Позже выясняется, что характеры не совпадают, биоритмы живут по разным правилам, а принц так вообще имеет дурную привычку «спасать» любую, кто встает на его пути.

И сейчас, пока я стояла у окна и наблюдала за тем, как лорд Арчибальд умело латает ребят, я испытывала слишком много эмоций. Они словно горели внутри меня, ища выход на свободу. Но такой микс точно не стоит показывать окружающим. И страх, и злость, и разочарование, а еще признательность, вина и сильная симпатия, если не желание… Хотя кого я обманываю?..

Не может человек столько чувствовать! Ну не может!

Я молча наблюдала, скрестив руки на груди так сильно, что пальцы побелели. Мне хотелось подойти, помочь, сделать хоть что-то. Внутри меня бурлила сила — та самая, которая могла бы затянуть раны близнецов за секунды. Но стоило мне только подумать об этом, как я почувствовала ледяной сквозняк по спине — немое напоминание от Фионы.

«Не смей, — шептал внутренний голос. — Одно твое „хочу“ — и она исчезнет».

Поэтому я просто стояла и смотрела, как работает Арчибальд. Лорд закатал рукава своей белоснежной рубашки, не заботясь о том, что на манжеты попадут грязь и пятна. Его руки двигались четко и размеренно. Он не шептал заклинаний, не размахивался руками: он просто прикладывал ладонь к побагровевшим синякам на боку Энзо, и воздух вокруг начинал вибрировать. У моего подопечного явно оказались сломаны ребра, и я просто молилась всем известным богам, чтобы его раны не оказались смертельными. Арчибальд продолжал водить руками по телу Энзо.

— Терпи.

Лорд был немногословен. Энзо зашипел сквозь зубы, вцепившись в край лавки. Под пальцами лорда кожа начала светлеть, порезы и синяки спадали буквально на глазах. Арчибальд работал иначе, чем городской маг Ирис. Если тот после лечения требовал выпивки и падал в обморок, то лорд лишь слегка побледнел, а на лбу выступила испарина. Это была сила другого порядка. Дисциплинированная, военная, контролируемая умелым магом.

Рядом с Энзо суетилась Лира. Девушка, что, казалось, боялась собственной тени, сейчас не отходила от парня ни на шаг. Она держала миску с водой, смывая кровь с его лица, и по ее собственным щекам текли слезы. Лорд лишь пару раз бросил на нее предостерегающий взгляд, который девушка словно не заметила.

— Боль? — шептала она, касаясь ссадин, стирая кровь.

— Ерунда, — хорохорился Энзо, хотя голос его дрожал. — Просто комарик укусил. Большой такой комарик… с дубинкой.

Он попытался улыбнуться разбитыми губами, но поморщился, за что был награжден недовольным вздохом Арчибальда. Лира тут же промокнула его лоб влажной тряпкой, и в этом жесте было столько заботы, что я почувствовала себя лишней. Когда Арчибальд закончил с ним, тот лишь блаженно вздохнул и продолжил слегка постанывать. Лорд усмехнулся и поджал губы, приступив к исцелению Лоренса.

А с другой стороны стола разыгрывалась абсолютно иная сцена. Если Энзо стонал и играл на эмоциях, то Лоренс сидел молча, глядя в одну точку. Его рука, рассеченная ножом, в один миг затянулась, скрывая рану, но Арчибальд все еще колдовал над его плечом. Айла стояла рядом. Она не плакала и не суетилась. Она подавала лорду чистые тряпочки с четкостью операционной медсестры.

Когда Арчибальд закончил и отошел, Айла положила руку на здоровое плечо Лоренса. Просто положила, без поглаживаний. Лоренс поднял на нее глаза. Они посмотрели друг на друга — молча, долго. Они словно видели друг друга в первый раз. Несмотря на серьезность ситуации, я почувствовала себя свахой, которая очень удачно сложила пазл из одиноких людей.

— Ты не кричать, — сказала она утвердительно. — Сильный.

Лоренс лишь коротко кивнул, но я заметила, как расслабились его напряженные плечи. Кажется, этот экзамен он сдал.

— Жить будут, — вынес вердикт Арчибальд, вытирая руки полотенцем. — Кости теперь целы, внутренние органы тоже. Пару дней покоя, и смогут снова таскать бочки.

— Спасибо, — выдохнула я, отлипая от подоконника. — Я… я вам должна.

— Бросьте, Софи, — он устало опустился на стул. — Лучше налейте воды.

Я метнулась к графину. Руки дрожали, когда я протягивала ему стакан, и наши пальцы соприкоснулись, и меня снова ударило током, но на этот раз — слабым, остаточным, что заставил меня лишь тяжело вздохнуть. Опять мне помогли… Опять я просчиталась. Чувство вины грызло меня изнутри почище любой термитной матки, а благодарность в очередной раз застилала глаза. Я — взрослая женщина, «попаданка» с опытом выживания в мегаполисе, отправила двух наивных парней в пасть к акулам. И теперь они расплачивались за мою самонадеянность своей кровью.

Пока я занималась самобичеванием, глядя в пустоту и сжимая в руках полный бокал воды, в зале стало слишком тихо. Даже Чак и Дэниэль, что смотрели на все с лестницы, притихли.

— Не смейте, — голос Арчибальда ворвался в мои мысли.

— Что «не смейте»? — буркнула я, подавая ему воду.

— Не смейте себя винить. Вы не могли этому помешать. К тому же у меня начинает зудеть между лопаток, когда вы так громко думаете о том, какая вы плохая.

Он принял стакан, не сводя с меня пристального, изучающего взгляда. Арчибальд пил медленно, словно вода была дорогим коллекционным вином, а я чувствовала себя школьницей, вызванной к директору. Хотя, по сути, навредили мне, а виноватой осталась я же.

— А теперь, — он поставил пустой стакан на исцарапанную столешницу с глухим стуком, который в тишине прозвучал как приговор, — рассказывайте. И не пытайтесь смягчить углы, Софи. Я чувствую запах лжи так же отчетливо, как и ваши попытки наказать саму себя.

Я обернулась на своих помощников. Энзо, уже пришедший в себя и даже порозовевший благодаря магии лорда, сидел, виновато опустив голову на плечо Лиры. Лоренс сверлил взглядом стену, а его здоровая рука сжималась в кулак так, что костяшки побелели. Им было стыдно. Боже, им, взрослым мужикам, было стыдно передо мной за то, что их избили в численном меньшинстве!

— В том сундуке, что мы нашли, были деньги. Немного, но хватило бы на то, чтобы приготовить партию настойки, что мастер Ирис сможет потом продать в столицу, да и я обещала Сулейману приготовить для его команды, — я чувствовала, как спазм перехватывает горло. — Я отправила близнецов рассчитаться с бочкарем, что делает для меня тару на заказ, и закупить основы для настойки…

— И на вас напали?

— Да, мой лорд, — потупил глаза Энзо. —