class="p1">— Вроде справились, — с облегчением сказала Юн, по бокам которой стояли телохранительницы, недоверчиво вглядываясь в лица каждого из нас. — Что это было?

— Скорее всего, яд, — нахмурившись, сказала Аи. — Я о таком никогда не слышала и в книгах о такой дряни не читала. Если бы это была болезнь, ей понадобилось бы несколько дней, чтобы, постепенно прогрессируя, дать такой эффект. Но мы всего несколько часов как столкнулись с первыми врагами, а у нас уже первый безумец.

— Вон тот, — указала Фенг Вен на раненого, лежащего на носилках. — У него тоже глаза красные!

— На всякий случай нужно связать всех, кто был ранен, — нехотя сказал я, приступая к связыванию ближайшего, еще не обезумевшего, воина на носилках. — Помните, Шунюан говорил, что открывает хранилища самых жутких болезней и вирусов? Могу поспорить, это одно из них.

— Сомневаюсь, что дело только в ранениях. Ведь меня тоже задели при прошлом нападении, а я здорова, — призналась Аи. — Легкие признаки недомогания у меня были, но ничего серьезного. Так что, скорее всего, это распространяется через воздух или прикосновения. Вот только почему одни оказываются заражены, а другие нет — мне неизвестно, — доктор присела у ног раненного, в белках которого медленно вздувались кровеносные сосуды. — Расскажи, что ты чувствуешь?

— Голод, — подумав секунду, сказал воин. — Я помню, что мы перекусили всего час назад, и мне стыдно переводить припасы, но с каждой минутой есть хочется все больше. Мяса, сочного, с еще горячей кровью, так, чтобы напиться ею досыта.

— Кровавая жажда? — нахмурившись, уточнила Аи. — Ничего не понимаю. Организм часто может требовать абсурдного, когда ему не хватает строительных элементов. Солений со сладким. Сушеной рыбы с яблоками. По-разному бывает. Но я не вижу никаких проблем. Свертываемость крови нормальная, метаболизм чуть повышен… можно попробовать решить эту проблему приемом большого количества воды, но сомневаюсь, что разжижение крови положительно повлияет на ситуацию. По крайней мере, голод притупит.

— Почему этому эффекту подвержены не все? Разве Чжен-ци не должна решать подобные проблемы, излечивая от всех известных болезней? — спросил я, вглядываясь в глаза остальных товарищей. — Ведь техники излечения у защитников стоят на первом месте, так что и их использование должно быть особенно эффективно.

— Все так, — согласно кивнула врач. — И, тем не менее, у Кувата все симптомы, совпадающие с иглосвинами. Можно предположить, что у них началась эпидемия. За несколько дней заразилось большинство жителей. Учитывая, что скота у них не было, кровавую жажду удовлетворяли каннибализмом. В результате выжил самый сильный и свирепый, он же показал куда лучшие мыслительные возможности, чем у напавших на нас в первый раз.

— Получается, пока они сыты — могут мыслить здраво, — понял я. — Но тогда с чем связано то, что Кувата заразили, а у некоторых других раненых даже симптомов с покраснением глаз нет? Может, у них болезнь развивается медленнее?

— Скорее всего, дело в другом. Но вначале я должна проверить свою теорию. Хироши, тебя же не ранили? — спросила наш врач, подбирая с земли иглу. Эльф нехотя покачал головой. — Отлично, из тебя выйдет превосходный тестовый образец. В отличие от большинства из нас, ты обладаешь лишь одним видом Ци, а значит, сможешь точно описать ее реакцию.

— Но на всякий случай мы тебя свяжем, — продолжил я мысль Аи. — От греха подальше.

— О, можете не беспокоиться, я уже давно привык к стесненным условиям, — усмехнулся Хироши. — В конце концов, кто-то не слишком торопился меня спасать.

— Не ерничай, — поморщилась врач. — Это решение и так далось нам всем с большим трудом.

Связав эльфу запястья и голени, Аи аккуратно поцарапала ему шею, введя содержащийся в игле яд. Хироши зашипел от боли, но ни через пять, ни через десять минут никаких симптомов заражения у него не появилось.

— Дело не в Чжен-ци. И не в ее количестве. За годы тренировок Куват вышел на одно из первых мест по запасу Ци среди адептов.

— Слишком много факторов, — покачал я головой. — Это может быть что угодно.

— Нет, не может, — отмахнулась Аи. — Все случайности не случайны. Чжен-ци напрямую должна бороться с инфекциями и вирусами. Паразитов в его органах я не чувствую. К тому же если бы это было связано с кровью, то в первую очередь должны были бы заразиться все, кто использует Сюэ-ци и связанные с ней техники. Но, к счастью, и ты, и Юн в полном порядке.

— А что, если все несколько сложнее? Что, если Сюэ-ци, наша энергия среднего дайнтяня, и есть тот паразит? — предположила ученица верховной жрицы. — Ведь все, что происходит с Куватом и остальными, лишь вышедшая из-под контроля техника кровавой ярости.

— Логично, — нехотя признала Аи. — Но тогда получается, что единственным действенным противоядием является владение Юань-ци. Это все, что нас всех объединяет. Умение контролировать собственный разум благодаря энергии верхнего дайнтяня. Выходит, она неким образом блокирует изменение в мозге.

— Отлично, вот только совершенно бесполезно. Если сама энергия Сюэ-ци работает против нас, воспользоваться техниками очищения крови не выйдет, — заметил я. — Если с помощью энергии Жизни от этого не избавиться, то у нас вообще не остается выхода. Только полная очистка организма от крови, что равносильно смерти. Да еще и остальным при применении техник Души нужно быть очень осторожными, чтобы ее уровень постоянно находился выше, чем у Крови.

— Пока все это только предположения и у меня нет возможности их подтвердить или опровергнуть. Мы не в лабораторных условиях, и задачи у нас другие, — сказала Аи, доставая свою врачебную сумку. — Попробуем пойти по пути наименьшего сопротивления. Вначале — обычное противоядие, затем полная очистка крови, ну а если уже и это не сработает, станем искать альтернативные методы. Сейчас, на всякий случай, примените все известные вам техники очищающей и оздоровляющей медитации.

— Не самая худшая идея, — кивнул я, проверяя, надежно ли связаны наши товарищи.

— Между прочим, — сказала, появляясь на моем плече, Джи, — мог бы и помочь подруге. Она ведь по наивности считает, что у нее под рукой лаборатории нет, но по крайней мере себя мы можем протестировать и внимательно изучить.

— О чем ты говоришь? — удивленно спросил я, и