Это не так, она не пробовала, но вдруг?

- Маг, что ли? – мужчина средних лет, одетый, как крестьянин, осмотрел лежащие туши. – Только маги умеют так, чтобы без оружия и насмерть.

- Маг, - кивнула Элизабет.

- Маг, да ещё и девушка, надо же, - он оглядел их с Черити. – Как звать-то?

- Элизабет, - сказала она.

- Как-как? Изабель? – переспросил мужчина.

Изабель так Изабель. А Элизабет Горэй больше нет. Она осталась где-то тут, на поляне, вместе с госпожой Норвич, Джеймсон… и волками.

9. Рождение Изабель

Крестьянин по имени Туше смотрел на Элизабет и явно не знал, что делать. Нужно было подтолкнуть его к правильному решению.

- Ты здешний? – спросила Элизабет.

- Здешний, лесник я. Я не за магов, и не за дворян, и не за Собрание, я за себя! Дочка у меня и внуки!

- Не трону ни дочку, ни внуков. Если поможешь спастись отсюда, помогу в ответ, - она сама не понимала, почему говорит именно так. – Ты, конечно, можешь сдать нас кому-нибудь и получить за это денег, но подумай, вдруг я сделаю для тебя что-нибудь, чего не получишь за деньги?

Лесник задумался, но тут подбежала девушка, что была с ним и ходила вокруг кареты.

- Дядюшка, если маг обещает, он потом непременно выполнит! Маги всегда исполняют, что обещано!

- А что ж она сможет-то, пигалица, - усмехнулся лесник.

- Смогу поставить такую защиту, что никто посторонний не найдёт, нужно? - если даже господин де Риньи не нашёл, а он мощный маг, то какие-то там простецы и подавно не найдут!

- Чтобы никто не нашёл, говоришь, - раздумчиво протянул лесник. – А ты сама то чьих будешь?

- Я нездешняя. Мы обе нездешние. Я ехала к жениху… на нас напали. И мы спаслись только потому, что я защитила наш экипаж.

- Неужто смогла? – лесник по-прежнему не верил.

А Элизабет на миг стало страшно – вдруг она делает ошибку, вдруг этого человека ни в коем случае нельзя просить о помощи? Она зажмурилась, вдохнула, выдохнула… маг она или кто, в конце концов? Ей никогда не лгали ни слуги, ни арендаторы, потому что боялись, и потому что она всегда видела, правду ли ей сказали.

- Смогла, - спокойно ответила она. - Как бы мы иначе выжили? Мои люди погибли, осталась одна Черити. Человек, который вёз меня к жениху… кажется, остался жив, но не смог меня найти.

- Маг?

- Маг.

- И не смог найти?

- Да.

- Говоришь, и меня не смогут найти? Домик мой?

- Не смогут. Обещаю.

- Ладно, поглядим, что ты там сможешь. Сейчас сходим за лошадью. Надо ж вашу карету забрать.

Элизабет сначала подумала, что карету можно бросить, но если её уже один раз не нашли, то, наверное, пусть и дальше не найдут?

- Только… только я хочу похоронить моих людей. Они… они не хотели ехать сюда со мной, будто чувствовали, что не вернутся, - проговорила она.

- Значит, те, кто придёт за тобой поутру, сразу поймут, что ты жива и здорова, - покачал головой лесник. – Потому что кто ещё мог позаботиться о них, кроме тебя?

- Но волки, птицы, другие животные, - Элизабет была готова спорить.

- До света провозишься, - пожал плечами лесник. – Ладно, я за лошадью. Хорошо, к утру дождь будет, следы наши смоет. Не найдут.

Он ушёл, его девушка осталась, она с любопытством разглядывала и Элизабет, и Черити. А Элизабет поняла, что она может сделать для госпожи Норвич и камеристки Джеймсон.

- Черити, пойдём, там ещё один мой сундук, и твои вещи тоже, - скомандовала она.

И она пошли, и вправду разыскали под обломками треснувший сундук, и суму, в которой были сменные рубахи, башмаки и юбки Черити.

- Отойдите, - велела Элизабет ей и здешней девушке.

Те и впрямь боязливо отодвинулись. А Элизабет вспомнила… она однажды видела, как подобное делал отец, но там были лошади, павшие от какой-то болезни домашнего скота. Она не думала, что будет делать, если у неё не получится… получится.

Зажмурилась – так ей проще всего находить внутри себя силу. Позвала, потянула. И вывалила на остатки кареты и три тела.

- Мэри Джеймсон, Энн Норвич и… - как звали кучера, она не знала, это был человек де Риньи.

Но проговорила про себя молитву. Хоть так.

Открыла глаза – пепел, много пепла. Дальше проще. Снова зажмуриться, сосредоточиться, обратиться к силе и раскрыть землю, она так даже пару раз делала. И отправить весь пепел туда. И закрыть обратно.

И прийти в себя, сидя на земле рядом, потому что силы вдруг внезапно иссякли.

- Миледи, миледи, вы живы? Как так можно-то, вы же не милорд Томас и не милорд Эдвард, не надо вам такое делать, - причитала Черити.

- Я в порядке, - прошептала Элизабет.

Но до прихода лесника так и не двинулась с места.

Здешняя девчонка сразу же побежала ему рассказывать, что видела. И видимо, произвела впечатление – он подошёл, рассмотрел то место, где ещё не так давно громоздились обломки кареты, и только покачал головой.

- Ты какой маг-то? Они ж разные бывают, - показал он знание. – Одни огнём швыряются, другие ветрами командуют, третьи дождь вызывают, четвёртые всех, знай подчиняют и командуют. А ты кто?

- А я… - Элизабет никак не могла вспомнить нужного слова по-франкийски. – А я смерть.

И девчонка что-то говорила ему о том, как было страшно, когда она, Элизабет, колдовала, и молилась, и что-то там ещё делала.

- И волков убила, значит, - качал головой лесник. – Ладно, глядишь, на что и сгодишься. Забирайтесь, поехали, пока не полило.

Элизабет попыталась подняться, но у неё получилось только с помощью Черити и здешней девушки.

- Как тебя зовут? – спросила она тихо-тихо.

- Жермена, - выдохнула та.

Придётся привыкать. К Жерменам, дядюшкам Туше и прочим. Ничего, не самое страшное в жизни.

В карете она снова задремала, всё ж равно ничего не видно. И дождь пошёл – как и обещали. Пусть идёт, пусть смоет все следы от кареты. И пусть смоет все следы Элизабет Горэй.

А Изабель отправится в новую жизнь.

Новая жизнь не была