будет весьма здорово и интересно, но вот стоит ли оно того? Пока еще не поняла. А то, может, моими идеями лишь подотрутся, как иногда бывает. Выстраиваешь палитру цветов, архитектуру помещения, радеешь за функциональность, а заказчик все равно ставит мебель по-своему и бесконечно придирается. Тогда мне вовсе становится непонятно, зачем меня звали на проект. Но, к счастью, таких случаев на моем веку было совсем немного. И единственные два проекта, которые я отказалась продолжать.

— Хорошо, — опустила взгляд на несчастное мясо, которое я уже измочалила, и все же наколола кусочек на вилку, отправляя его в рот.

Не хотелось показаться невежливой. Да и кто знает этого дракона, вдруг он меня вовсе без еды оставит, решив, что раз я не ем, то не хочу вовсе. Психов много вокруг бродит. Я на своей шкуре уже убедилась, оказавшись в этом странном мире ни за что ни про что.

И хотелось бы мне сказать, что мясо было и вправду вкусным, но сейчас я даже не чувствовала, какое оно. Словно жвачка, и все. Проглотила, глядя на мужчину. Он смотрел слишком пристально.

— Вкусно, — слабо улыбнулась, надеясь, что это не выглядит слишком фальшиво. — Просто я хорошо наелась на обеде, — попыталась было сгладить неловкость, отметив скептический взгляд голубых как небо глаз.

— И все же съешь хоть что-то, — мягко попросил Дар, словно я дите малое.

В чем-то он прав, так что даже отправила еще пару кусочков в рот, прожевав, но так ничего и не почувствовала, отодвигая от себя тарелку с подсунутым салатом.

— Думаю, нам лучше обсудить проект, — все же решила, что пора перейти к делу. Я не голодна, мужчина же уже подчистил все со своей тарелки. — Какие ваши любимые цвета? Предпочитаете классику или минимализм? Что насчет особых пожеланий?..

Я не была до конца уверена, понимает ли он, что такое классика, но раз молчит, то, наверное, понимает.

Глава 13

— Значит, больше голубого и зеленого, — пометила я на полях выданного чистого листа информацию, чтобы потом не забыть.

К слову, тут не оказалось ни привычного мне карандаша, ни ручки. А когда мне вынесли какое-то павлинье перо и чернильницу, едва не сбежала на фиг, представив, что мне придется чертить именно этим. Однако, увидев мой озадаченный и даже слегка испуганный взгляд, Дар, видимо, решил больше не издеваться над моей психикой и мне выдали угольный карандаш. Это было определенно лучше, чем ничего, так что я тут же приступила к делу.

— Что насчет освещения? — уточнила.

Поняв, что привычные мне стили интерьера здесь не в ходу, пришлось вести опрос по-другому. Хотя понять, что хочет заказчик, в условиях, когда мне даже нельзя посмотреть на примерную картинку, было сложновато.

— Полагаюсь на твой вкус, — уже в который раз улыбнулся этот гад чешуйчатый, явно пытаясь меня задобрить и вызывая все больше сомнений на тему, будет ли вообще ремонт.

Не может человеку быть настолько все равно, что я собираюсь творить. Обычно все, кто говорил подобным образом, потом дольше всех придирались к эскизам. Потому что вкус у всех слишком разный. А бывало, что и вовсе после того, как я выполнила работу, отказывались от нее. И вот это, кстати, вероятнее, потому что обычно людей хоть минимально интересовало, что я собираюсь сделать. А тут… «Полагаюсь на вкус», и все. Единственное, что мне выдали, — любимые цвета, и то после того, как я полчаса как заведенная расспрашивала обо всем на свете.

— Знаете, — прищурилась, психанув. Все это весьма выводило из себя. — Если вы не собираетесь делать ремонт, то не стоит тратить мое время, — бросила карандаш на стол и откинулась на спинку кресла, скрестив руки.

— С чего ты взяла, что не собираюсь? — удивленно посмотрел на меня мужчина. — И пожалуйста, называй меня на «ты», — попросил он.

— С того, что не может быть человеку все равно, что ему собираются сделать, — встала, ощущая свою беспомощность.

Если раньше меня держала на плаву мысль, что впереди интересная работа, то с таким отношением мне уже ничего не хотелось. И настроение, и так не слишком хорошее, плавно ползло вниз. Похоже, Дар это заметил, тоже вскочи и, глядя на меня уже без былой улыбки. Скорее, его взгляд выражал какое-то беспокойство.

— Мне не все равно! — воскликнул он слишком поспешно и громко, словно испугался чего-то.

— Тогда почему я должна все делать «на свой вкус»? — устало спросила.

— Я… — он явно не нашелся с ответом, — просто я ведь не слишком понимаю в том, как принято в вашем мире, — выкрутился он. — Мне интересно, как это может быть иначе. Ведь если я навяжу свое видение, то может не получиться новое.

Хм… с такой стороны я не рассматривала. Тогда да, это я слишком перенервничала и зря вскочила. Села обратно, вновь пододвигая к себе карандаш и листок бумаги.

К счастью, со стола уже давно убрали, и мне ничего не мешало творить. Хотя как, творить… просто схематично зарисовывать, что помню. Лучше бы, конечно, вживую все осмотреть еще раз. Да и снять замеры.

— Прошу прощения, — извинилась за свою вспышку. — Есть ли план помещения? — уточнила. — Мне нужны размеры.

Мужчина тихо сел обратно на свой стул, продолжая смотреть чуть испуганно, словно ему и вправду было важно, что я буду делать этот проект.

— Я не уверен, что чертежи сохранились… — начал было он, нахмурившись. Его красивое лицо почему-то в этот миг стало еще красивее, но это я отметила лишь самым краем сознания. — Но мы можем составить новые! Я могу приказать!..

Вот еще не хватало: ждать, пока их местный архитектор все тут измерит. Уж лучше сама сделаю. Да и есть такая поговорка: хочешь сделать хорошо, сделай это сам.

— Я сама, — открестилась. — Что ж, — глянула на одинокую запись про цвета и схематичный рисунок прямоугольного бассейна с нелепыми статуями, — думаю, можно начать сейчас.

— Я провожу! — тут же встрепенулся мужчина, вставая и подавая мне руку, словно я не могла встать со стула без посторонней помощи. Только вот руку я ему подавать не спешила, с подозрением и страхом глядя на самую обычную ладонь.

Перед глазами на мгновение снова встало то зубастое чудище, что способно меня сожрать за считаные мгновения. Факт — я все равно боялась этого мужчину, каким бы милым он ни пытался сейчас казаться. Это так просто не проходит.

— Спасибо, но я в состоянии сама встать со стула, — дернулась в другую сторону, стараясь никак не выдать свое состояние, украдкой вытирая вспотевшие от резко