Если синоги не слишком хорош, якудза не может платить свой дзюноукин (членские взносы ассоциации). Если он не может заплатить взносы, это конец его карьере якудза. Если разобрать это слово по частям, джуноукин можно перевести как «деньги, которые вы кладете сверху». Все, кроме человека на самом верху, должны платить.

Синоги Сайго был надежным. У него было около пятидесяти постоянных членов, работающих на него, и пятьдесят партнеров, работающих неполный рабочий день. Деньги поступали через множество источников дохода, таких как принуждение корпораций покупать или продавать акции, взыскание долгов и предоставление высокодоходных кредитов. У «Убежища» были денби, канпа и напечатанные информационные бюллетени, но они всегда изучали и другие виды синоги: начиная от субподряда на строительные работы и заканчивая принуждением людей освобождать помещения или собственность. Подобные действия назывались цзяге, или «выманивание хитростью».

Сайго также собирал деньги со всех своих членов. Многие зарабатывали на жизнь нелегальным игорным бизнесом. Сам Сайго не занимался этими делами и не хотел знать подробностей. Использование имени Сайго было полезно для их бизнеса, и он был доволен своей косвенной долей прибыли.

Все, что находилось на территории Сайго, облагалось «налогом», поэтому, если вы занимались теневым бизнесом на территории Сайго-гуми, вы должны были платить деньги за «защиту», которые назывались басходай и также были известны как шобадай. Один из самых популярных в Японии районов красных фонарей, Танбо, находился недалеко от южного выхода станции Мачида. Этот район возник в конце войны, и там было множество ресторанов и баров, которые в том числе служили прикрытием для проституции. В 1998 году в этом районе насчитывалось более восьмидесяти сомнительных заведений. Только от этих магазинов Сайго получал 12 миллионов иен в месяц. Его группа также собирала дополнительные 5000–9000 иен в день с уличных проституток.

Налогом облагались даже городские телефоны. Через несколько недель после открытия офиса в Мачиде Сайго вызвал к себе местного представителя НТТ (Ниппонская Телефонная компания). Он жаловался на плохое обслуживание телефонов-автоматов в своем районе. Рычаги монетоприемника заржавели. На улицах все еще можно было найти телефоны, которые не принимали телефонные карточки и брали только наличные. Сайго не мог совершать международные звонки, и это было также несправедливо по отношению к корейским членам его банды, которым приходилось время от времени звонить домой. Как местный босс якудза, он считал своим гражданским долгом следить за тем, чтобы эти важнейшие общественные службы поддерживались в рабочем состоянии – по крайней мере, так он утверждал.

Представитель НТТ кивнул и что-то записал. Через несколько дней он вернулся в офис с конвертом, полным телефонных карточек, которые суммарно стоили почти 40 тысяч иен. Иногда Сайго обналичивал карты. В других случаях он просто отдавал их своим людям. В те дни, когда сотовых телефонов еще не было, телефоны-автоматы и пейджеры оставались неотъемлемой частью жизни якудза.

Сайго также близко сотрудничал с местными агентами по недвижимости – он находил для них хорошие объекты, представлял их клиентам, а иногда и силой выселял арендаторов. За это агенты платили ему хорошее вознаграждение, иногда до 5 процентов прибыли от сделки.

Сайго-гуми также получал приличную сумму денег за молчание о постыдных поступках. Другими словами, они вымогали деньги таким способом. У Сайго были связи с людьми, работающих в индустрии развлечений для взрослых, которые снабжали его информацией о президентах банков, генеральных директорах компаний, богатых врачах и жуликоватых политиках в этом районе. Иногда сомнительные журналисты тоже оставляли ему чаевые. Вымогательство было основой его бизнеса, хотя никогда не было постоянным источником дохода. Шантаж – дело сложное. Если доить жертву слишком долго, рано или поздно она или кто-то из ее близких обратится в полицию.

Скандалы всегда приносят деньги. Чаще всего они касались банкиров или президентов компаний, злоупотреблявших своими полномочиями и принимавших плохие деловые решения, которые они хотели скрыть. Прелюбодеяние и нескромные интрижки тоже были хорошим материалом для шантажа. Собери компромат, назови цену, возьми деньги и уходи. Такова была его стратегия. Он не испытывал судьбу, заставляя людей платить ему снова и снова. Именно так они и попадались. Ему не было жаль богатых или глупых жертв, из которых он вытряхивал деньги. Они были жертвами собственной жадности. А он – лишь молотом кармы.

Однажды летом Сайго взял с собой президента местной компании и его команду в гостиницу неподалеку от Атами. Прелестные гейши, работавшие в гостинице, обслуживали гостей и пили вместе с ними. На следующее утро Сайго отправился на совещание руководства «Инагава-кай», поэтому вернулся в Мачиду пораньше. В ту ночь президент компании и одна из гейш спали вместе.

На следующий день муж этой женщины, местный якудза, появился в отеле и ворвался в их номер. Он угрожал убить бизнесмена. Расстроенный президент позвонил Сайго, который вернулся в гостиницу и согласился выступить в качестве посредника в сложившейся ситуации.

После обсуждения, которое длилось около часа, Сайго высказал свои условия. Президенту компании пришлось извиниться, поклясться никогда больше не спать с женой этого человека и выплатить компенсацию в размере 100 миллионов иен. Это был почти миллион долларов, но у него не было выбора. Сайго пообещал держать все это в секрете от средств массовой информации и позаботиться о том, чтобы никто больше не требовал возмещения ущерба. Перепуганный босс компании согласился заплатить на месте, и Сайго заставил его принести деньги в течение нескольких часов. Деньги были уплачены, и проблема была решена.

Конечно, все было подстроено. Они разработали этот план с самого начала. «Муж» получал десятую часть денег. Обычно женщина была сотрудницей хостес-бара или другого заведения, управляемого якудза, а иногда она действительно была девушкой или любовницей одного из участников аферы. Она тоже получала щедрую долю. Сайго и его команда оставляли себе остальное. Якудза занимаются этим видом мошенничества уже несколько десятилетий. В США это называется «барсучья игра». В Японии подобное называется цуцумотасэ, это слово пишется с использованием иероглифов «красивый», «человек» и «ситуация». В повседневной речи «Биджин» (красивый человек) почти всегда употребляется по отношению к красивым женщинам. «Ситуация с красивой женщиной».

Ведение переговоров также было хорошим источником дохода. Например, прежде чем обратиться в суд, человек может вместо этого обратиться к Сайго-гуми и попросить их договориться об урегулировании гражданских споров или о возмещении ущерба. Гражданские дела в Японии могут тянуться годами и стоить тысячи долларов. Даже если суд обязывал проигравшего выплатить компенсацию, судебные издержки почти никогда не были включены в эту сумму. Якудза могли уладить гражданский спор за несколько дней или недель. Даже если они оставляли себе половину денег,