ну в смысле, у них же нет разума. Они не могут эээ... объединяться. Возможно, профессор Ким использовал ту же гравитационную схему, что и при создании планеты.

— Но как мы пробьёмся внутрь? — задумался Мин. — Если там нет оставленного для этой цели прохода, то наш корабль просто не пройдет. И я почему-то уверен, что проект K.A.I. немножечко больше, чем наш космолёт.

— Возможно проход и есть где-то, надо только поискать, — Ифань почесал подбородок.

Выслушав их, Кай материализовался на своём кресле, активировал систему лазеров и пальнул по ледяному шару. Ледяные шипы безмолвно отделились от общей массы и медленно поплыли в пустоту.

— Ты что творишь?! — шикнул на него Мин. — Повредить можешь!

— А как ты предлагаешь его оттуда достать?

— Я ещё не придумал, — ответил Мин, рассматривая скопление. — Ты не даёшь мне даже подумать. И потом, мы его ещё не облетели.

— Только зря время потратим. Да ещё и свой корабль можем повредить, — отрезал капитан.

— Продолжай, только осторожно, — подбодрил его Чен.

Кай приподнял одну бровь и снова дёрнул за рычаг. Второй луч беззвучно полетел к астероидам, вызвав разрушение ещё одного сектора. В безвоздушном пространстве не имелось кислорода, поэтому не проходил совершенно никакой звук, и не могло произойти взрыва. Осколки отделялись от астероидов в тишине, дробясь на небольшие фракции, потом медленно расплывались в стороны, что позволяло рассмотреть образовывающуюся дыру.

Кай пальнул ещё несколько раз, прежде, чем показалось нечто, похожее на проход. Тогда он завёл двигатель и направил космолёт внутрь. Поначалу проход выглядел даже излишне широким, но чем дальше, тем у́же он становился и, наконец, они решили, что дальше не пройдут. Мин хотел сдавать назад, но его остановил Ифань.

— Смотрите. Это уже не астероиды. Мы упёрлись в стену.

Все присмотрелись и увидели, что перед ними действительно была металлическая стена, покрытая льдом.

— Надо достать скафандры, — решил капитан, внимательно осматривая находку. — Мин, отстыкуй спасательный шлюп, если что, на нём вернёмся. Мы пойдём вдвоём с Ченом, если всё получится, свяжемся с вами или вернёмся.

Мин без разговоров отстыковал от космолёта небольшое устройство, напоминавшее лодку с куполом, вмещавшую двоих. Как только капитан и инженер покинули борт корабля, Ифань тяжело осел на пол. Парень бросился к нему.

— Тебе плохо? Что барахлит?

— Нормально. Главное, чтобы они попали внутрь, потом я уже буду не нужен.

— Глупости!

— Мин, я знаю, ты очень любишь Мисс Чу, поэтому уверен, она будет в порядке с тобой.

— Ифань, ты меня пугаешь.

— Ты же знаешь, я не вечен, — Ифань посмотрел ему в глаза и улыбнулся.

— Нет. Не смей, слышишь?! Мы вместе прилетим на станцию Чена и там тебя вылечат. Что хоть беспокоит то?

— Сердце. Оно давно сбоит. Я думал попросить дока поменять, но, как видишь, не успел.

— Продержись немного, скоро всё порешаем. На станции тебе помогут.

— Там меня разберут на запчасти, ведь я был одним из тех, по чьей вине пропал проект K.A.I.

— Почему ты нам раньше не сказал?!

— Да я как-то помирать не собирался. Просто, видишь как всё круто повернулось. Но теперь, если они смогут активировать проект, моё участие сведётся к нулю.

— Но ты нужен нам! Нам с Каем.

— Зачем? Если приведёте корабль к станции Чена, вас примут, как героев, вы обретёте дом. А в этом случае моя миссия будет окончена. Как и задумывалось с самого начала. — Он тяжело дышал, помолчал какое-то время, пока собирался с силами и Мин его не тревожил.

— Но как же... Мы столько лет прожили вместе. Всё не может закончиться просто... Не может и всё!

— Послушай меня. Профессор Ким отдал мне свой биороидный комплект, потому что знал, сам он не сможет защитить Кая. Да и возраст брал своё, а его тело не протянуло бы долго. Я был почти на 40 лет моложе и мои шансы были значительно выше. Но я отказывался. Мы отчаянно спорили с ним несколько лет, пока не попали под облаву. В меня угодил заряд бластера, половину тела практически разнесло...

— Ты никогда не рассказывал, — Мин даже побледнел.

— Это не то, что хочется вспоминать. Я должен был умереть в тот день. Но профессор нашёл дока и вместе они восстановили меня, хотя теперь я выгляжу не совсем так как раньше. Они сохранили, что могли. Я ругался, когда пришел в себя. Но после разговора с ними обоими смирился. Взял на себя обязательства по защите Кая и проекта. Надеюсь, я достойно справился. По крайней мере он жив, чип в его руке работает. А теперь мы нашли корабль. Я могу умереть с чистой совестью. — закончил своё признание Ифань, помолчал, восстанавливая дыхание, и добавил: —Почти. Ты можешь потом рассказать Каю. Ну, если я не дождусь их. Но не раньше. Не тревожь их сейчас, проект важнее.

— Хорошо. Мы с капитаном что-нибудь придумаем, ты только держись, ладно?

— Я постараюсь. Пойду посплю, после сна лучше становится.

— Так вот почему ты так много спишь в последнее время? — Мин сам уложил его на кушетку и стал с напряжением ждать сообщений со шлюпа. Ифань никогда не жаловался на своё состояние. Как выяснилось, он его даже скрывал. Если искусственное сердце начало барахлить, значит выработало свой ресурс и подлежит замене. Оно может остановиться в любой момент и тут уже Чен не поможет, нужны биоинженеры, аппараты жизнеобеспечения и новое сердце. Он не стал ничего сообщать на шлюп, надеясь только, что они успеют спасти полковника.

️

Шлюп двигался вдоль стены так долго, что казалось, ей нет конца, впрочем скорость была минимальной, чтобы ничего не пропустить. И вот появился просвет и что-то, напоминавшее причал. Кай замедлил движение шлюпа почти до остановки, движение продолжилось по инерции. В нужный момент он ловко, но осторожно пристыковался к причалу и открыл купол.

— Ну, давай рискнём. Если тут ещё что-нибудь работает.

Чен только кивнул, но осознал, что его кивок в скафандре попросту не заметен, и подтвердил по радиосвязи. Причал вёл к шлюзовому отсеку, куда можно было пристыковать их космолёт. На двери имелся код и считывающее устройство. Чен попробовал несколько вариантов, которые запомнил из записей, но они не подходили. Тогда Кай ввёл несколько цифр. Шлюз активировался и открылся.

— Что ты ввёл?

— Дату своего рождения.

— Значит, он поменял код, когда спрятал эту штуку.

Внутри было темно и холодно. Парни передвигались медленно, стояла полная тишина, если не считать глухого звона металлического пола от прикосновения магнитных ботинков. Непроглядная тьма не помогала ничего рассмотреть, но судя по звукам, можно было сделать вывод, что