понимаю, вы обо мне забыли? Да? Как я того цыпленка в песочнице, когда маленький был. Но он мне не нужен был, поэтому забыл. Я не нужен вам?

Глава 2

Последняя фраза Илюхи, словно удар под дых. Цыпленок этот, черт бы его подрал! Зачем он, вообще, вспомнил про этого цыпленка?

Виталина, конечно, умела давить на больное, вечно напоминала сыну об игрушке, напоминала, как нельзя, но Илья… он же ребенок!

Неужели я так плохо скрываю свою усталость и раздражение, что сын не ведется на мое хорошее настроение?

— Ну, ты чего, Илюх? — присаживаюсь на корточки, чтобы быть с ним на одном уровне. — Вовсе не забыли. Я летел к тебе так быстро, как мог, но знаешь, вечером в городе пробки. А мама… — запинаюсь, подбирая слова, — А мама уехала.

— Куда уехала? — хмурится Илья.

— В командировку, — выпаливаю я. — В другой город. Ей нужно показать один очень красивый дом важным дядям.

— А почему она мне не позвонила? У меня же телефон в рюкзаке. Мы же хотели провести круто выходные? — его взгляд прожигает меня насквозь.

Этот маленький умник умеет ставить в тупик.

— Она торопилась, — продолжаю нести чушь. — Но обещала позвонить, как только у нее появится минутка.

Вру. Нагло и цинично вру собственному сыну. Зато взгляд его немного смягчается. Кажется, версия с командировкой сработала.

— Ну, ладно, — вздыхает он, а я улавливаю, что нужно что-то сделать или сказать еще, чтобы полностью стереть его сомнения о своей матери.

— А давай свои крутые выходные проведем? И можно начать прямо сейчас.

— Точно! — подхватывает сын. — А можно доставку заказать?

— Конечно! — беру его на руки. — Что ты хочешь? Пиццу? Картошку фри? Мороженое?

— Все вместе! — улыбается он.

В итоге он ограничивается пиццей и мороженым, которые обещают доставить через час. Но уже то, что он начал улыбаться, для меня огромная победа.

По дороге домой покупаем ему новый конструктор. Пытаюсь компенсировать отсутствие матери игрушками. Глупо, конечно, но сейчас я готов на все, чтобы он чувствовал себя счастливым.

В квартире, как всегда, царит хаос. Точнее, как всегда, царит зона комфорта моего младшего брата, Платона, который привык, что за ним здесь убирают.

Грязная посуда в раковине, разбросанные вещи по всей гостиной, на столе гора пакетов с чипсами и сухариками и снова посуда. И запашок специфический, смесь пота, еды и чего-то еще неопределимого.

Платон, собственно, прилагается к этому великолепию. Он дрыхнет на диване с наушниками в ушах. Бодрствует он в основном по ночам, вынося мозг соседям своими онлайн-играми. А днем отсыпается. Работа? Нет, не слышал. Даже в свои двадцать пять лет.

— Блин, опять в гостиной все разбросано, — вздыхает Илюха, оглядывая комнату из коридора.

— Не переживай, сейчас поднимем твоего дядю, и он все приберет, — говорю я, пытаясь скрыть раздражение.

Не хочу, чтобы сын видел, как меня бесит этот бардак.

Сгребаю грязную посуду в раковину и освобождаю немного стол. Скоро привезут доставку, а нам и сесть негде. Илюха, вооружившись своим новым конструктором, усаживается на ковер и начинает собирать какую-то немыслимую конструкцию, потом задумчиво смотрит на спящего дядю и приходит ко мне.

— Пап, а почему дядя Платон всегда спит, когда мы приходим домой? — спрашивает он, задумчиво оборачиваясь.

Вот еще вопрос, на который нужно придумать ответ. Платон, конечно, мой брат, но оправдывать его образ жизни перед сыном, то еще удовольствие.

— Он играет в онлайн-игры по ночам, — говорю я правду. — А днем вот отсыпается.

— А что так можно? — недоумевает сын.

— Нельзя, Илья. Посмотри на дядю Платона и запомни, как делать никогда не нужно.

— А что в этом плохого? Наверно кайф ничего не делать. Всю ночь в тишине играть, а днем спать, потом поел и снова играть. Я люблю играть.

— Как тебе сказать, Илюха. Когда ты ребенок, это еще допустимо, но когда ты здоровый мужчина, то нужно вести себя соответственно. Нужно иметь образование, достойную работу, семью, детей, нести ответственность за свою жизнь. А кто доверится такому мужчине, как Платон? Ты бы доверился?

— Наверно, да. Он же мой дядя. Он не обижает меня.

— Логично, — соглашаюсь я, не зная, какие правильные слова подобрать, чтобы объяснить сыну, что его дядя иждивенец, который сел на голову.

В этот момент просыпается Платон, выходит на кухню и смотрит на нас мутным взглядом.

— Чего так орете? — ворчит он. — Разбудили.

— Мы не орем, — пожимает плечами Илья. — Просто разговариваем.

— Ну, хоть двери бы закрыли.

— Ты так устал, играя ночами в игры? — наивно, но искренне беспокоится сын, а я начинаю закипать.

Решаю, что пора поговорить с братом серьезно. Но не сейчас. Сейчас Илюха рядом, а малому не стоит знать и половину, что я собираюсь сказать его дяде.

Приезжает доставка, мы садимся ужинать и снисходительно делимся и с Платоном. Потом я с сыном около часа собираю конструктор, и завершаем вечер душем и мультиками перед сном.

Сам почти вырубаюсь, но нужно еще договор прочитать и все документы изучить, а вот Илья засыпает у меня на руке. Не хочется его тормошить, но аккуратно перехватываю маленькое тельце и несу сына в его комнату.

— Словно и не уезжал, — бормочет Илья, переворачиваясь на другой бок, и опять засыпает.

Да, сын, иногда все идет совсем не так, как планируешь.

Иду в гостиную и сажусь рядом с Платоном. Он, как обычно, сидит за компьютером, уткнувшись в экран, а на ушах наушники.

— Сними, — говорю я и показываю на его голову. — Нам нужно поговорить.

— О чем? — не отрываясь от игры, спрашивает он, но наушники снимает.

— О тебе. И о твоем образе жизни.

— А что с моим образом жизни не так? — огрызается он. — Я никому не мешаю.

— Не мешаешь, — говорю я. — Но подаешь плохой пример. Это во-первых.

— Ну и что? — пожимает он плечами. — Я что, должен теперь жить, как нравится другим?

— Не должен, если живешь в своей квартире и сам себя обеспечиваешь, — говорю я. — А пока ты живешь здесь, будь добр хотя бы прибирать за собой, и поменяй день с ночью.

— Захар, чего ты прицепился? Я что не убираю? — встает в оборону брат.

— Нет. Только когда я тычу тебя носом. Ты живешь в моей квартире, ешь мою еду, гадишь везде и даже не думаешь о том, чтобы помочь мне. Я тебе не нянька и мама с папой, давай уже включай мужика и выбирайся из берлоги.

— Слушай, ну чем я могу тебе помочь? — спрашивает он с сарказмом. — Я же не умею зарабатывать деньги,