Харлоу подскочила к пассажирской двери, отбивая руки Ребекки, которые изо всех сил старались ее удержать.

— Харлоу! Будь осторожна! — прошипела Карли.

Не обращая на нее внимания, Харлоу нетерпеливо подняла лицо к окну. Сначала она никого не видела, но потом появилась голова мужчины. И она думала, что ее сердце перестанет биться. Он был совершенно великолепен. Шикарная кинозвезда. У него были угольно-черные волосы, зачесанные назад со лба в прическу, с короткими бакенбардами и отросшей за день бородой. Его глаза цвета океана — ну, во всяком случае, фотографии океана, которые она видела, — были обрамлены густыми черными ресницами и несли намек на веселье. Его правая рука была высунута из окна, рукав красной клетчатой рубашки закатан, обнажая большое предплечье с толстыми жилами. Его прямые темные брови сошлись вместе, а глаза сузились до тлеющих щелочек.

— Вы в порядке, мэм?

Харлоу встряхнулась, поняв, что смотрела на него, как ребенок в кондитерской.

— Уже да, — сказала она с ухмылкой. — Вам помочь?

Его губы приоткрылись, обнажив два ряда идеальных блестящих зубов.

— Можете ли вы все направить меня к Омеловой лощине? Кажется, мы немного заблудились.

В другой руке он помахал листом бумаги. Карли подошла к Харлоу.

— Кто хочет знать? — спросила она, скрестив руки.

Харлоу закатила глаза. Конечно, такой уровень агрессии был неоправданным. Но мужчина, похоже, ничего не заметил.

— Рождественский цирк «Страна чудес восхода луны» хочет знать, — ответил он, и его улыбка стала еще шире.

— Вы из цирка? — воскликнула Харлоу.

— Так и есть, мэм. Величайший цирк, который когда-либо был…

— Здесь нет Омеловой лощины, — вмешалась Карли. — Вы не туда приехали.

— Раньше была омела… — Харлоу не закончила фразу, потому что Карли внезапно схватила ее сзади и зажала ей рот рукой.

— Нам здесь не нужны такие, как вы!

— Перестань, Карли!

Харлоу вырвалась из рук Карли и быстро заговорила.

— Раньше это место называлось Омеловой лощиной, но местные жители давно переименовали ее в Ветреную лощину. У вас здесь какое-то дело?

— Нет, Харлоу. Здесь ни у кого нет дел, — настаивала Карли.

Пока они ссорились, мужчина наблюдал за ними, улыбка играла на его красивых губах.

— Так уж получилось, что у нас заказ в Омеловой лощине, — прочитал он с листа бумаги. — Трехнедельная резиденция в отличном месте на территории кемпинга Омеловой лощины. Все подтверждено и оплачено.

— Дайте мне посмотреть!

Карли выглядела так, словно собиралась броситься на борт буровой установки и вскарабкаться к окну. Парень протянул ей его так далеко, что она не могла до него дотянуться.

— Это все, что я собираюсь сказать. Не выхватывай его у меня из рук.

Карли встала на цыпочки и осмотрела его.

— Здесь нет палаточного лагеря, так что вам придется уехать.

Она сложила руки в завершающем жесте. Харлоу схватился за ее плечо.

— Подожди, тот клочок пустоши в полумиле отсюда. Я думаю, что раньше это был кемпинг. Хотя там больше ничего не происходит.

Харлоу посмотрела на красивого незнакомца.

— Он большой и плоский?

Она кивнула.

— Достаточно места, чтобы поставить большую палатку? По паре прицепов с каждой стороны? Парковка поблизости?

Харлоу еще больше кивнула.

— Это Джек-пот

Он наклонил голову каждой из них.

— Большое спасибо, дамы. Сегодня я больше не буду вас беспокоить. Но я надеюсь увидеть вас всех на одном из наших рождественских шоу. Кстати, меня зовут Сойер. Сойер Хантервилль.

— Не за что, и удачи, Сойер. Я Харлоу, — сказала она, но ее слова почти заглушил насмешливый рык Карли.

— Вам придется долго ждать, мистер, потому что у нас нет Рождества в Ветреной лощине, — отрезала она. — Никогда не было.

Он потер затылок.

— В самом деле? Ну, я думаю, нам просто нужно это исправить. Хорошего дня, дамы.

Шестеренки грузовика лязгнули и заскрипели, когда невидимый водитель включил заднюю передачу, и он поехал задним ходом по пути, которым приехал.

— Пойдем. Мы опаздываем, — сказала Карли, разворачиваясь и направляясь обратно к городу.

— Идем.

Ребекка пошла за ней, но Харлоу не удержалась и оглянулась на грузовик. Мужчина помахал ей рукой, а затем неторопливо подмигнул ей. Она резко вздохнула, чувствуя, как что-то сдавило ее внутренности. Она стояла неподвижно, наблюдая, пока не перестала различать его лицо, а затем помчалась за двумя другими, ее мысли кружились, вертелись и трещали от мыслей о цирке и об этом сумасшедшем красавце.

— Будут проблемы. Просто попомните мои слова, — сказала Карли, как только Харлоу снова оказалась в пределах слышимости, а затем быстро пересекла площадь и вернулась к пекарне, не дожидаясь, пока та ее догонит.

* * *

— Что значит, будут проблемы? — завопила Харлоу из-за шума, который устроила Карли, лязгая противнями на полках.

— Я имею в виду, им здесь нечего делать. Кем бы они ни были.

— Это цирк! — сказала Харлоу.

Карли хмыкнула.

— Так он говорит.

— Но ты же видела контракт, который он тебе показывал. Разве это не выглядело официально?

— И что? Официально ничего не значит в этих краях.

Харлоу подошла к ней и посмотрела ей в глаза.

— Ну, ты проводишь половину своей жизни, говоря о том, как скучно в Ветреной лощине, так что, может быть, это твой шанс испытать что-то новое.

— Это скучно, но на данный момент безопасно. Разве ты не видишь этого, Харлоу? Ты знаешь, что в этом городе что-то не так, что-то гнилое. Мы обе это знаем. И я уверена, что это как-то связано с большой тайной, которую все, кажется, скрывают, и что она объясняет, почему большинство из нас не меняются, и почему мы не празднуем праздники. Но пока все остается как есть, ничего не изменится и не ухудшится.

— Нет, но и лучше уже ничего не будет.

Карли посмотрела на нее долгим взглядом, полным печали.

— Ты не понимаешь, Харлоу.

— Так объясни? Объясни, что ты на самом деле имеешь в виду, вместо того чтобы придумывать эти мрачные загадочные фразы.

— Я не могу.

Харлоу в раздражении толкнула одну из тележек, и та покатилась по полу.

— Ты такая же, как мой папа. Как и все в этом проклятом городе.

Глава 2

Сойер Хантервилль наблюдал за тремя девушками, пока они не скрылись из виду, на его красивом лице играла улыбка удовольствия. Эта темноволосая адская кошечка. Он слышал, что люди в этих краях могут опасаться чужаков, но она была неприветливым комитетом, состоящим из одной женщины. Рыжеволосая тоже была адской кошечкой, но совсем другой. Его медведь проснулся в ту же секунду, как он посмотрел на нее. Она была дерзкой, задорной и полной жизни. Эти большие