в его груди. Он знал, что не сделал ничего плохого, но не мог вынести мысли о том, что его люди будут разочарованы.

К вечеру все было готово — палатка, пол, сиденья, места для отдыха.

— И в рекордно короткие сроки! — сказала Мелина, присоединяясь к нему перед входом в купол цирка.

— Только потому, что я весь день надирал вам задницы, — сказал он, ткнув ее в ребра. — Попробуем свет! — крикнул он Гасу и Говарту, инженерам по свету.

С возгласом они щелкнули переключателями, и шапито осветилось. Вздох пронесся по лагерю, как мексиканская волна. Это выглядело невероятно. Освещение было красным, зеленым и серебряным, а «Рождество» было добавлено к огромной зеленой неоновой вывеске «Цирк Страна чудес восхода луны», которая украшала переднюю часть купола, втиснутая между «Восход луны» и «Страна чудес». Были также неоновые звезды, ангелы и елки.

— Это так волшебно! — защебетала Милдред, подпрыгивая к нему со своей кроличьей командой, у всех у них были горящие глаза.

— Я думаю, мы сделали это, Сави, — сказал Флинт, его заместитель, подходя к нему. — Это выглядит даже лучше, чем мы себе представляли!

— Конечно, — согласился Сойер, его настроение немного улучшилось. Затем он повысил голос. — А ну-ка, ребята, трижды ура светотехникам!

Все приветствовали и хлопали.

— Мы собираемся подарить этому городу лучшее чертово Рождество, которое они когда-либо знали, — проревел Флинт.

«Первый, которого они когда-либо знали», — подумал Сойер про себя, зафиксировав улыбку на лице.

— Сделаем объявление, босс?

Челюсти Сойера сжались. Обычно они транслировали рекламу шоу за двадцать четыре часа до открытия, и это всегда вызывало большой интерес к цирку. Но он совсем не был уверен, как воспримут это.

— Конечно, — сказал он.

Сойер подошел к звукозаписывающей будке, взял микрофон, откашлялся, и через мгновение его глубокий, звучный голос загрохотал из динамиков на вершине шапито, через палаточный лагерь и, скорее всего, на всем протяжении этой маленькой ветреной лощины:

— Дамы и господа, мальчики и девочки! Самое невероятное зрелище в мире — Рождественский цирк «Страна чудес восхода луны» приехал в ваш город всего на несколько дней! Приходите и ослепите львов, тигров, медведей и лошадей! Станьте свидетелем невероятных подвигов ловкости и силы, а также магических трюков, которые заставят вас не доверять собственным глазам… — пока он произносил знакомые слова, его мысли блуждали к Харлоу, как это было в течение всего дня, и он задавался вопросом, была ли она все еще в пекарне или набивает чью-то руку, прислушиваясь к его голосу и узнавая его.

Сойер положил микрофон и повернулся к своему клану.

— Теперь все готово, я хочу, чтобы сегодня вечером все расслабились. Впереди у нас длинный отрезок пути, выступления каждую ночь, вплоть до Рождества. Ешьте, пейте, отдыхайте!

Клан одобрительно взревел и начал расходиться.

Пока он болтал с Мелиной и Флинтом о премьере, к нему подошла Резия, неся охапку плакатов.

— Готова расклеивать плакаты?

— Конечно! — ответила Мелина.

— Подожди, я пойду с тобой, — сказал он. — Но я подумал, что мы должны сделать городу подарок — немного подкупить их. Я вернусь через минуту. Флинт, ты пойдешь со мной.

Пятнадцать минут спустя ребята вернулись, таща десятифутовую сосну и несколько нарубленных щепок.

— Ты даришь им рождественскую елку! Это так мило, — воскликнула Мелина.

— Ага. Я подумал, что это поможет им проникнуться духом Рождества.

— Поэтому нам также нужны светодиодные фонари и блестящие детали. Я спрошу у осветителей.

Она ушла и вскоре вернулась с полными руками и несколькими гирляндами огней, обернутыми вокруг ее шеи.

— И наденьте пальто, ребята. Оно не зря называется Ветреной лощиной, — крикнул Сойер, направляясь к своему трейлеру, чтобы взять собственное пальто.

Он также схватил кучу гвоздей. При таком дуновении ветра удержать плакаты на месте будет непросто.

Глава 5

Харлоу возвращалась домой с работы, когда по городу разнесся низкий рокочущий бас. Она остановилась как вкопанная, сердце колотилось в груди, как бешенное. Она сразу же узнала в нем голос Сойера. Как бы она ни старалась выкинуть его из головы, она думала о нем более или менее постоянно, весь день. «Это происходит! Завтра цирк!» — подумала она про себя, и волнение и страх сжали ее живот. Другие люди, спешившие домой по темнеющей улице, закутавшись против ветра, останавливались и смотрели друг на друга, удивляясь, как вдруг рядом с ними оказался цирк, рядом с их городом, где ничего не происходило и не менялось из года в год. Харлоу чувствовала, что для горожан это было так же неожиданно и нежелательно, как предупреждение о ядерной бомбе. Объявление сопровождалось взрывом веселой праздничной музыки и звуками рожков. Старая матушка Гарви подошла и схватила Харлоу за руку своими скрюченными пальцами.

— О чем это, черт возьми, зеленая земля, Харлоу? — спросила она своим хриплым надтреснутым голосом.

— Это цирк, ма! Они расположились на месте старого лагеря. Они откроются завтра вечером!

Матушка Гарви уперла руки в бока и уставилась в сторону палаточного лагеря, и Харлоу наконец заметила, что он освещен. Яркие ленты света маняще струились по небу, словно манили город бежать к ним.

— Боже мой, здесь не было цирка уже лет двадцать с лишним.

— Цирк был? — спросила Харлоу, ее внимание сразу же привлекло внимание.

— Да. Помнится, тот тоже был очень хорош. Все оборотни были так прекрасны, и все трюки, которые они проделывали…

Ее обычно суровое лицо просветлело, и на мгновение Харлоу увидела в ее лице молодость, девушку, которой она была раньше.

— Но это было до того, как все изменилось, конечно.

— Подождите, когда все изменилось?

— Из-за цирка.

— Вы хотите сказать, что все изменилось в городе из-за цирка?

— Может быть. Дай мне подумать.

Харлоу раздраженно зажужжала, а старуха закрыла рот рукой, ее глаза бегали туда-сюда.

— Да, кажется, это было в том году. Но мы не должны говорить об этом. Никогда. Мне пора домой.

— Пожалуйста, ма. Скажи мне, что произошло?

Харлоу умоляюще держала ее за руку. Но старуха выхватила ее и побрела прочь, что-то бормоча себе под нос. Харлоу стояла в центре площади и смотрела на огни, обдумывая свои мысли, пока из темноты на краю площади не появился большой темный объект, напугав ее. Он был похож на восьминогое чудовище. Харлоу сильно моргнула, когда обнаружила, что это по крайней мере четыре человека, несущие большой громоздкий предмет.

— Сойер, это ты? — позвала она, когда они вышли на свет.

Его сопровождали две кошки, устроившие накануне на нее и Ребекку засаду, и Флинт. И они несли большую сосну и несколько деревяшек.

— Мы пришли с подарком, —