Бом. — Я помню, нам рассказывали об империи, что наш остров ее часть. Но это больше походило на сказки.

— У нас в поместье есть древняя карта, которую не обновляют, — кивнул Ичиро. — Это бесполезно, ведь наш остров на ней почти не различить, хоть изображение и на всю стену. А мы защищаем именно Скрытый дворец. Наш город и род. Но в целом на картине отражена империя, как ее видели десять тысяч лет назад, до великого раскола.

— О! Вот это действительно важная и интересная тема. А не то, кого больше Валор любит, — вступил в диалог Хироши. — И я бы вернулся к вопросу про императора. Он меня давно, очень давно волнует, и я не раз об этом спрашивал, но сейчас, мне кажется, уже бесполезно скрывать, разве что ты таким же ментальным приказом собираешься стереть нам всем память.

— Все повернулось несколько… ладно, — потерев двумя пальцами переносицу, я открыл ладонь, чтобы проще видеть точку отсчета. — Для начала хочу сказать, что это не имеет особого значения, ведь я почти ничего не помню из своей прошлой жизни. Месяцы сражений и схваток, где самое приятное воспоминание — это смерть врагов, не лучший советчик. Тем более с вами я провел больше времени, чем там. Можно смело говорить, что от моей прошлой жизни и личности ничего не осталось. Ну хорошо. Почти ничего.

Что же до империи, то ни одна карта на Чщаси не может отразить происходящего на континенте. Как верно заметил Ичиро — остров, на котором сотни поколений бурлила и боролась жизнь, не просто маленький — он крохотный. Но для того чтобы понять, вы должны увидеть, — сосредоточившись, я спроецировал изображение академии и Скрытого дворца в виде иллюзии, а затем начал отдалять перспективу, все уменьшая масштаб, до тех пор, пока в комнате не отобразилось государство Ничто, занимавшее большую часть помещения.

— Да! Именно так выглядит карта в покоях моего отца, — кивнул Ичиро. — Огромная империя, а мы на самом краю — вот эти два островка.

— Ты почти прав. Кроме огромности империи Ничто, — хмыкнул я, еще уменьшая масштаб. Чщаси и Гэге почти растворились, сливаясь с серым океаном, но остановился я, лишь когда перед нами предстала вся карта Валтарсии, на которой даже королевство, отрезанное от всего остального мира великой стеной, оказалось едва заметно. — Вот так на самом деле выглядит наш мир.

Это небольшое пятнышко на юго-западе — так называемая великая империя Ничто, частью которой мы формально являемся. А вот эта коричневая область, занимающая почти треть от всего континента — великая империя демонов, поглотившая десятки королевств и государств. Она ведет… хотя правильнее будет сказать, вела, войну на тотальное завоевание, уничтожая и порабощая любых несогласных. В том числе — альянс бога Света Святогора.

— Как же огромен на самом деле мир… — ошарашенно произнесла Аи.

— Если империя демонов так велика и могущественна, почему мы о ней ничего не слышали? — нахмурившись, спросил Ичиро. — Пусть мы и находимся в изоляции, но она могла бы уничтожить всех демонических тварей и спасти нас?

— Могла бы, — кивнул я, не став спорить. — Вот только ты, Аи и Куват, как орки и полукровки, отправились бы на каторгу или в рабство. Хироши, скорее всего, просто убили бы, как и большинство эльфов, не подчинившихся демонам. Дварфов, включая Бима, Бома и Юн, отправили бы на заводы и мануфактуры для строительства их демонических машин. Хотя, учитывая способности Юн, возможно, ее взял бы в наложницы один из наместников-демонов. Меня же, как и остальных тифлингов острова, казнили бы на месте.

Пусть я и не помню всего, что происходило в моей прошлой жизни, но так уж вышло, что последние два месяца были непрекращающейся схваткой, в которой погибли даже не сотни тысяч, а миллионы. Понимаю, для острова, на котором живет меньше ста тысяч разумных, цифры непредставимые. Но во время битвы за Рубеж, в которой я погиб в первый раз, мне удалось с помощью военной хитрости уничтожить главнокомандующего армией демонов и почти триста тысяч его войск. Это как три полных населения Чщаси.

— Ты прав, это звучит безумно, — сказал Ичиро, помотав головой. — Выходит, что все наши действия, наша борьба, схватки, сражения — не имеют никакого смысла. Мы все — едва заметные песчинки в великом круговороте событий.

— О, не стоит спешить с выводами, — усмехнулся Хироши. — Хоть я тоже предпочел бы, чтобы все сказанное оказалось бредом или сном, но отказываться от своей роли и, тем более, жизни, не собираюсь. Тем более перед нами целый император! Пониженный до главы мелкого клана, конечно. Но кого это особенно интересует?

— Ты прав, дружище, — кивнул я, развеивая иллюзию. — Как гласит девиз Пинг: «Мы должны делать то, что можем». А от себя я скажу, что мы должны вести за собой и освещать путь тем, кто последует за нами. Чщаси уникален: своей системой подготовки и теми дружескими связями, что объединяют кланы. Мы должны спасти остров, и тогда, возможно, появится шанс спасти весь мир.

Глава 20

На протяжении трех дней мы восстанавливали силы, зашивали и заживляли раны с помощью техник и медитаций. Несмотря на стартовую неприязнь, Имаджин с удовольствием общалась со мной и продолжала принимать пищу даже тогда, когда ее собственные руки достаточно окрепли, чтобы держать ложку. Волосы девушки почти полностью выпали, оставшись совершенно седыми, но возвращающиеся силы делали лицо молодым и привлекательным. Морщины, покрывавшие кожу, начали рассасываться, стоило ей получить достаточно жидкости.

По возможности я оберегал пленницу от разговора с посторонними, не давая приблизиться к импровизированной камере никому из Пинг. В чем мне, без сомнений, помогала Юн со своими телохранительницами, следующими за госпожой. Когда к утру четвертого дня Аи констатировала достаточное возвращение сил — мы вышли из крепости, походным темпом направившись к единственному известному проходу вниз.

Раненых, не до конца оправившихся от сражения, несли на спинах. Благо вес не запредельный для нашей подготовки. К чести Кувата, он не только не потратил наших основных запасов, но и сделал новые из сушеного мяса ящеров, орехов, ягод и топленого жира. С добавлением специй и соли это было не только питательно, но и чертовски вкусно. Единственной серьезной проблемой стали низкие запасы воды. Всего по пять литров на человека. Ведь совершенно непонятно,