Мы, Советский Союз, не раз обращали внимание на то, что основной причиной создавшегося в Греции положения как внутри страны, так и на границах является борьба между греческим народом и антидемократическими реакционными силами, которые сгруппировались вокруг своего правительства, поддерживаемого реакционными силами Соединенных Штатов Америки и Англии,

На это невольно, повидимому, обращает свое внимание даже и комиссия по балканскому вопросу.

Балканская комиссия констатирует, что военные действия греческой армии против сражающихся на границе и бежавших в Албанию партизан приводят на деле к частым пограничным инцидентам и мелким нарушениям неприкосновенности албанской территории греческими войсками, обостряя таким образом пограничные взаимоотношения. Балканская комиссия совершенно правильно констатирует это.

Разве можно при таком положении говорить, что отношения между Албанией и Грецией не имеют никакого отношения к внутреннему положению в Греции.

Разве при таком положении вещей можно отрицать связь между внутренним положением в Греции, которое характеризуется борьбой греческого народа в лице народно-освободительного движения партизанских армий, против афинского правительства, и, с другой стороны, между внешними отношениями, т. е. отношениями между Болгарией и Грецией? Ясно, что эти оба обстоятельства доказывают полную эту связь.

Но это не все. Известно, что бои на Граммосе и в Вици закончены. Но разве не происходят сейчас бои и стычки между партизанами и частями правительственной армии во многих и даже, я, может быть, имею право сказать, во всех областях греческого материка?

24 сентября штаб греческой правительственной армии говорит, что «по всей стране армия и жандармерия продолжают свои действия в целях полного восстановления власти государства».

Власти государства, следовательно, во всей стране нет? Она «восстанавливается», и по всей стране идут стычки, о которых говорит генеральный штаб.

Таковы реляции генерального штаба греческого правительства.

Они совершенно ясно говорят сами за себя, говорят о том, какое имеет действительное значение внутреннее положение в Греции для решения так называемого балканского вопроса.

И вот отсюда возникает, господа, задача: нормализация внутреннего положения в Греции может быть проведена при помощи ряда мер, о которых и говорят советские предложения. Это меры, которые начинаются с объявления общей амнистии, которые предусматривают демократические выборы под контролем высшего греческого органа с включением в него представителей греческих демократических кругов, возглавляющих народно-освободительное движение, установление наблюдения со стороны представителей держав, включая Советский Союз – единственное незаинтересованное государство.

Для сокращения времени я не буду перечислять другие наши предложения, так как тем более об этом мы будем иметь возможность говорить позже. Скажу только, что мы считаем необходимым организовать совместную комиссию держав с участием Советского Союза для контроля за состоянием границ Греции с соседними государствами.

Наше предложение о создании такой комиссии из представителей держав, включая Советский Союз, не исключает, разумеется, образования в целях предотвращения и урегулирования пограничных инцидентов двусторонней пограничной комиссии, на создание которой дали свое согласие, в частности, Албания и Болгария еще на той же третьей сессии Генеральной Ассамблеи в Париже в 1948 году.

Между тем для согласительного комитета оказалось невозможным принять эти советские предложения.

Каковы же наши выводы? Выводы таковы. Необходимо принять меры к тому, чтобы нормализовать положение в Греции. Путь к этому мы видим в принятии тех предложений, которые советская делегация представила согласительному комитету и которые она представит на рассмотрение Первого комитета в процессе нашей дальнейшей работы. Принятие этих предложений даст возможность действительно решить так называемый греческий вопрос.

ГРЕЧЕСКИЙ ВОПРОС

Речь в Политическом комитете 28 октября 1949 года

Советская делегация считает нелепым ставить вопрос о «компетенции» комитета в момент, когда дискуссия по обсуждаемому вопросу фактически уже подошла к концу.

В какое положение ставит себя комитет, когда он позволяет ставить вопрос о том, компетентны мы или не компетентны обсуждать вопрос о казнях в Греции после того, как этот вопрос уже три дня обсуждается в комитете и этому вопросу посвящается уже четвертое заседание. Где же вы, господа, были раньше? Неужели для того, чтобы додуматься до такого абсурдного предложения, вам понадобилось трое суток. Вопрос обсуждается три дня, комитет выслушал десятки выступлений, внесены по этому вопросу пять проектов резолюции, а вы теперь на четвертом заседании по этому вопросу вдруг заявляете, что комитет неправомочен обсуждать этот вопрос. Неужели не ясно, что нельзя после того, как дискуссия фактически подошла уже к концу, выступать с подобными, более чем странными, предложениями.

Представитель Англии поддержал ливанско-венецуэльские намеки на то, что вопрос, которым Политический комитет занимался эти три дня, будто бы не имеет никакого отношения к этому комитету. Вопрос о казнях в Греции самым тесным я непосредственным образом связан как с докладом согласительной комиссии по греческому вопросу, представленным Политическому комитету, так и с вопросом об общем положении в Греции. Как доклад, так и греческий вопрос в целом стоят на обсуждении комитета и, следовательно, полностью относятся к его компетенции.

Осенью 1948 г. на Парижской сессии Генеральной Ассамблеи тогдашний председатель Генеральной Ассамблеи Эватт заявил, что невозможно решать вопросы внешней политики и внешнепологического положения Греции, не решая вопроса о внутреннем положении в Греции. Оба эти вопроса тесно связаны между собой.

Я согласен на постановку вопроса о том, что мы не правомочны решать и обсуждать вопрос о казнях в Греции, если будет снят весь греческий вопрос в целом, если будет снят вопрос о какой-то вымышленной «угрозе» политической независимости и территориальной целостности Греции. Но нельзя отрезать одну часть вопроса и говорить: «Вот это мы обсуждать неправомочны», а остальные части оставить и заявить: «А вот это мы обсуждать правомочны», хотя это части одного и того же вопроса.

Мы компетентны обсуждать здесь любое предложение, внесенное любой делегацией по греческому вопросу. Вы можете отвергнуть, заголосовать то или иное предложение, можете отклонить и не принять его, но не ставить его на голосование комитет не имеет никакого «права, раз это предложение относится к Греции, вопрос о которой стоит на повестке дня.

Напрасно думают те, кто ставит сейчас вопрос о «некомпетентности» Политического комитета, что, когда мы будем обсуждать доклад согласительного комитета или доклад так называемой балканской комиссии, нас могут Заставить тогда говорить только о «покушении» на политическую независимость и территориальную неприкосновенность Греции и не позволят нам говорить и вносить предложения ни по одному вопросу, который выходит за пределы этой темы. Но эта тема представляет собой лишь общее название вопроса, в него включены все аспекты, касающиеся Греции, и я имею полное право вносить любое