– Но в большинстве случаев твоя чуйка работает на отлично! Мы же так избежали стольких передряг. Садились за правильный вариант в школе, который оказывался легче. Ты всегда вытягивала простые билеты на экзаменах! А тут… Ну, тут просто сам бог велел. Пожалуйста, это же как в кино! – Катя канючила, пытаясь расположить меня к нахалу.

Я отвернулась, уткнувшись носом в стол. Женя причитала, взвешивая все за и против. Катя повторяла вслух факты о Максиме, кажущиеся ей наиболее привлекательными. Знали бы они, что я на самом деле не так уж и против, сменили бы тактику. Оставалось только взять себя в руки и не дать им этого понять.

Телефон засветился, когда на него пришло новое сообщение.

Нахал: «Ладно. Кафе, кино, прогулки – все в топку. Зайду с козырей: хочешь поиграть со мной в теннис? Я разрешу выиграть. И даже в сеть выложить».

Еванга: «Ты пытаешься соблазнить на встречу меня или Кирилла? Если Кирилла, то он уже согласен».

Нахал: «Прекрасно! Сомневаюсь, что родители отпустят его одного. Ему нужен сопровождающий. Старшая сестра отлично подойдет, а ваши родители смогут провести пару часов наедине без вас».

Еванга: «Готов играть с ребенком, лишь бы я согласилась на встречу?»

Нахал: «Готов приехать к вам домой и играть в полную версию “Монополии” со всей твоей семьей, если там будешь ты».

Я вздохнула. Ну и что с ним делать? Рассказала на свою голову про папину любовь к «Монополии». Катя попыталась отнять мобильник, Женя села рядом, недовольно буравя меня взглядом. Решила не отвечать на сообщение, но его это не устроило.

Нахал: «Ева?»

Нахал: «Я сказал что-то не так?»

Нахал: «Или что-то не сказал?»

Пальцы дрожали, пока я набирала сообщение. Откладывать нельзя. Нужно сделать это быстро, не задумываясь. Как пластырь оторвать. Случись еще хоть одна встреча, и я уже не смогу сделать это.

Еванга: «Считаю нашу встречу ошибкой».

Отправила, выдохнула и сразу продолжила писать дрожащими пальцами, торопясь отправить продолжение раньше, чем он опомнится. Катя рядом почти рыдала.

Еванга: «Завтра не приду на встречу. Нам лучше больше не видеться. Никогда. Мы слишком разные, у нас разные цели, жизнь и желания. Прости».

По щекам потекли слезы. Он прочитал и не ответил. Не перезвонил. Не устроил истерику. Значит, все правильно. Тогда почему мне больно? Женя обняла меня сбоку, Катя положила голову на плечо. Тяжело. Очень тяжело. Мы виделись всего лишь пару раз, а я так страдаю. Страшно представить, что было бы, продолжи мы общаться.

Нахал: «Понял. Понимаю, хочешь провести время с семьей. Это правильно, к тому же тебе нужно хорошенько выспаться. Сегодня толком не спала. Завтра заеду в четыре, как договаривались».

Еванга: «Никуда не нужно заезжать. Я не выйду к тебе. Сказала же – нам не стоит общаться».

Нахал: «Сегодня больше и не будем. Завтра прихвачу с собой пончики. Будь готова к четырем».

Написал и вышел из сети. Я взвыла от негодования, а девчонки рассмеялись. Катя поставила чайник, а Женя выбежала в коридор. Вернулась через минуту с ворохом моих вещей. На шум заглянула мама.

– Девочки, у вас все хорошо? – Ее лицо выглядело встревоженным.

– Да, просто сейчас будем выбирать, в чем Ева пойдет на свидание, – подтвердила Катя, раскладывая с Женей в четыре руки мои вещи на кухонном столе.

– Свидание? С кем? – Она посмотрела на мои покрасневшие щеки. – С Максимом? Серьезно?

– Мама! – Я закрыла лицо руками. И почему все решали без меня?

– Что «мама»? Он показался мне милым, но у него перебор с настойчивостью. Хотя, может, сейчас тебе только такой и нужен.

– А если он сделает мне больно? Опять. Как вообще можно кому-то доверять после того, что было? – Мои руки безвольно повисли вдоль тела, а слезы продолжали литься по щекам.

Подруги снова облепили меня, а мама присела на корточки передо мной, взяв за руки.

– Милая моя, как же тебе страшно. – Она погладила меня по щеке. – Саша поступил с тобой очень подло. Очень. Чтобы встречаться с двумя девушками одновременно и каждой говорить о любви, нужно быть невероятно плохим человеком. Но это же не значит, что тебе теперь навсегда нужно закрыться в кокон и ни с кем не встречаться.

– Я любила его! А он, он… – Я окончательно разрыдалась. Воспоминания заставили едва зажившее сердце вновь кровоточить.

Мы встречались целый год. Я чувствовала себя самой счастливой на свете, когда он обнимал меня и целовал. Думала, мы будем вместе всегда. Закончим учебу, съедемся, через пару лет поженимся, как более-менее встанем на ноги. И что в итоге? Его слова, признания, весь он – все было пронизано ложью. И когда я об этом узнала? В свой день рождения!

Я сидела на подоконнике и ждала его, всматриваясь в каждого прохожего, когда мне пришло сообщение с незнакомого номера. Считала, такое выдумывали ради драматичных сюжетов, но нет, подобное могло произойти с каждым. К сожалению, в самый неподходящий момент.

Во вложении находилось видео. Все происходило, как в фильме. Стоны, ахи, вздохи. Томное дыхание. Его голос я узнала сразу. Потом и самого Сашу увидела. Помню, что сидела и продолжала смотреть на экран с закончившимся видео абсолютно молча. Не могла пошевелиться. Казалось, сдвинься на миллиметр – и я рассыплюсь. Рассыплюсь на тысячу осколков и уже никогда не соберусь.

Из транса меня вывел звонок в дверь. Сползла с подоконника и пошла в коридор. Мама принимала от него поздравления, когда я набросилась на Сашу, вцепившись ему в волосы и что-то бессвязно крича о предательстве. Мама позвала папу, он оттащил меня от парня, потом заставил его объясниться. Под угрозой страшной расправы тот признался, что у него есть еще одна девушка.

Отец за шкирку выбросил его из нашего дома, уже самостоятельно угрожая более жуткой расправой, если Саша еще хотя бы раз приблизится ко мне. Видимо, угрозы оказались действенны. Мы учились в одном колледже, но теперь он делал вид, что мы не знакомы. Не знаю, хорошо это или плохо.

Больше полугода я рыдала, свернувшись в комочек, пока мама, папа, Кирилл и подруги окружали меня любовью и заботой, пытаясь вернуть веру в людей. С тех пор ненавижу свой день рождения. Восемнадцатый, к слову, не праздновала. Не собиралась праздновать и девятнадцатый, который будет в октябре.

– Первая любовь, она почти всегда бывает жестока к юному сердцу. – Мама тяжело вздохнула.

– У вас с папой все хорошо, – прохныкала я, вытирая лицо низом футболки и пытаясь взять