мере, заставим их бежать. А вот если не сумеем обратить в бегство… Тогда огрызаться они будут серьёзно.

— А воины? Как выглядят?

— Доспехи у них добротные, бронза! — разведчик на мгновение задумался. — Ещё… Один держал такое странное копьё, с изогнутым концом.

— Это не копьё! Это даже не оружие! — вмешалась Наана. — Это стионский серп, знак абахара Стиона.

Абахар — это должность правителя. Стионский серп — это символ всего края Западного Приозёрья, припомнил я то, что когда-то слышал из рассказов торговцев и путешественников.

— Куда рога направлены? — спросила Наана. — Вниз или вверх?

— Вверх, — ответил разведчик.

— Тогда точно воины из Стиона, — кивнула Наана. — Мы не обязаны им помогать, Ишер! Нам бы самим без проблем пройти!

Я покосился на неё, но отвечать не стал. Ибо ничего хорошего сказать ей не мог. Во-первых, она клялась и божилась, что разбойники по пути будут неорганизованные, и банд больше трёх десятков человек не встретится — а тут сразу полторы сотни… А, во-вторых, напоминать ей про Законы Песка явно не стоило, с учётом ночного разговора.

— Истор! — рявкнул я, разворачивая перехана.

Сотник поддал своему зверю пятками, спеша ко мне.

— Бери своих, сотни Гвела и Одори, — приказал я. — И кочевников Гелая, пусть готовят луки. Обоз и караван поедут со своей скоростью, под охраной оставшихся. А мы с вами поскачем вперёд, раскатаем разбойников.

— Понял! — кивнул Истор, развернувшись в сторону своей сотни.

Его примеру последовали Одори, Гвел и Гелай с подчинёнными молодыми ханами.

— Ишер, ты не можешь нас оставить без охраны! — возмутилась Наана.

— А вы и не останетесь без охраны, — пожал я плечами. — С вами остаётся большая часть наших людей и три шептуна.

— Но ты командир, ты не должен туда ехать! — обиженно выпятив губу, заметила купец.

Получилось бы мило, если бы я этой женщине хоть капельку доверял. К счастью, доверять змеям — это не про мои плохие привычки.

Зато мне стало жутко любопытно, чего это она так переживает. И почему не хочет соваться на помощь воинам и союзникам Святилища. Я долго смотрел на Наану, пытаясь заметить признаки вранья и умалчивания. Однако в этом вопросе она была непрошибаема. Купец всё-таки, не рядовая врушка. И не мне, обычному наёмнику, её игру раскалывать.

— Должен, — просто ответил я.

И пустил своего перехана в голову отряда.

А вслед за этим и всё войско пришло в движение. Всадники снимались с мест, строились в походный порядок, проверяли оружие. Кочевники Гелая натягивали тетивы на луки.

Я же думал о другом. Если военный отряд встретился в этих местах — значит, где-то поблизости есть войска. Возможно, из Стража или Царского Сбора. И если мы им поможем, это будет не только благородный жест, но и отличный повод завязать полезные знакомства. А заодно размяться перед серьёзными делами.

А ещё я думал о том, откуда такая орава разбойников взялась, и что утаивает от меня Наана. Нам определённо требовался «язык» для допроса.

— Выдвигаемся, — скомандовал я, когда всадники построились. — Идём быстро, но без глупостей. Разбойники — не демоны, могут и стрелами встретить. Держать строй, слушать мои команды.

Мы понеслись по тракту, вздымая клубы серой пыли. Дорога сделала поворот, и впереди, за россыпью валунов, я увидел то самое место. Невысокий холм, на вершине — несколько повозок, поставленных кругом. Внутри — сбившиеся в кучу гнуры и переханы.

Люди сцепились в смертельной схватке. Я насчитал около двух десятков фигур в бронзе, занявших позиции на повозках и между ними. Толпа оборванцев, наседавших со всех сторон, пыталась продавить защитников. Однако выходило плохо.

Разбойники орали, улюлюкали, размахивали оружием. Но при этом действовали хаотично, регулярно мешая друг другу. Военные, напротив, работали слаженно, прикрывались щитами и методично огрызались короткими выпадами копий.

— Ясно, — бросил я и, привстав в седле, махнул рукой, приказывая колонне остановиться. — Истор! Гелай! Ко мне!

Сотник и хан подлетели через несколько мгновений. Я быстро обрисовал выводы и отдал приказ:

— Гелай, твои люди обходят место схватки с флангов. Скрытно. Ваша задача — стрелять, ловить беглецов и следить за окрестностями… Мало ли, вдруг здесь ещё где-то такая же орава бегает. Истор, мы растягиваем сотни вокруг холма и берём разбойников в кольцо.

Оба, кивнув, умчались передавать распоряжение. Вскоре кочевники рванули в стороны, а мы подъехали к холму, со всех сторон охватывая его подножие тремя сотнями. И принялись торопливо спешиваться.

Увы, верхом воевать против людей я своих бойцов не обучал. Да и сам, откровенно говоря, не умел. Впрочем, это было полбеды. В конце концов, таранный верховой удар копьями можно и по людям провести. Копьё, конечно, потеряешь. Но нас и так в два раза больше, чем противников. А копья очень жалко.

Ещё и переханы неуверенно чувствуют себя на крутых склонах. Они всё-таки уроженцы пустынь и равнин, а не обитатели холмистых круч. А значит, дальше нам пешком, исключительно пешком.

Командовал Истор. Илосцы, не теряя времени, строились. Я вытащил из седельной сумки свой стальной топор, привычно взвесил в руке. Тратить шёпот на толпу оборванцев я не собирался. И без него справимся.

Кочевники Гелая, тем временем, рассыпались по склонам окрестных холмов. Их фигуры на переханах мелькали то тут, то там. Естественно, нас даже в пылу боя заметили наверху. Разбойники явно начали нервничать, оглядываться, куда бы в случае чего удрать. И бой на вершине, сам по себе, стал утихать.

А когда три сотни моих двинулись вверх, разбойники уже всерьёз забеспокоились. Самое удивительное было в том, что их беспокойство выразилось не только в том, что они приготовились отражать атаку с тыла… Но и в том, что очень поспешно развели костерок!

Один из разбойников, одетый получше всех остальных, бросил в костёр тёмный шарик, который начал сильно дымить чем-то чёрным. А ещё один разбойник принялся перекрывать дымный след деревянным щитом.

И будь я простым наёмником, то подумал бы, что он просто дурак. Но я отлично видел закономерности в его действиях. Он выпускал три коротких дымных струи и одну — длинную. И так раз за разом…

«Ну и кому он там дымом знаки подаёт, а?» — спросил я себя.

«Богам, наверняка, ага! Или местной живности! А не тому человеку, который сумел полторы сотни разбойников объединить!» — отозвался мой внутренний голос.

«Давай ещё