И мы вышли к костру. Тех, кто за мной приехал, было трое. Высокие, крупные, светлоглазые. Один — в белом. Двое — в серых одеждах. У всех на боках сабли. А больше я ничего толком не разглядела, потому что лица их были закрыты платками. Даже возраст не угадать. А лошадей было четыре. Одна, видимо, для меня.

— Сайд Шаардан, приветствуем, — густым голосом поздоровался один из мужчин. — Сайдэ Дара готова?

— Да, ее можно забирать.

— А вы?

— Я пока останусь тут.

Шаардан держался совершенно свободно, а вот мужчины рядом с ним склоняли голову и даже сутулились. Не кланялись, не падали на землю, но видно было, что боялись.

— Сайдэ берегите в пути, она плохо ездит верхом.

— Да, сайд. Конечно.

— Вот ее вещи. Я сам посажу Дару на лошадь.

Руки у меня дрожали. Оглянулась на Шаардана и решилась:

— Я кое-что забыла. Поможешь найти?

Он взглянул удивленно, но послушно проследовал за мной в гэр.

— Хочешь что-то спросить?

— Ну почти.

Я подошла вплотную, положила ладони ему на плечи. Поднялась на носочки и потянулась к губам. Мой первый поцелуй — и я хочу разделить этот миг с Шаарданом. Потому что он мне ужасно нравится, потому что я почти влюблена. В конце концов, уже давно пора узнать, что это такое!

— Дара… — тихо выдохнул шаман, осторожно скользя руками по моей спине. — Не нужно нам…

А потом сам прильнул ко мне. Обхватил крепко — одна ладонь на затылке, другая обжигает поясницу. Губы в губы. Душа к душе. Я боялась, что будет странно, некомфортно, быть может даже противно, но вот чего совершенно не ждала, так это того, что провалюсь в него по самую макушку. Чужое волнение закрутилось темной хмельной воронкой. Он хотел этого не меньше, чем я. И представлял не реже, чем я. Наши мысли сплелись в клубок, и теперь я познала все его сомнения и желания. А он почувствовал всю меня, от пылающих губ до немеющих кончиков пальцев.

Это был не поцелуй, а что-то большее.

А потом мы оторвались от друга, и я уловила смутное, потаенное: «Как мало нам дали времени. И как бездарно мы его потратили!»

Слов больше не осталось. Молча мы вышли к воинам. Молча шаман посадил меня на лошадь: тонконогую, белую, без единого пятнышка. Молча задержал ладонь на бедре. Я долго еще чувствовала ее жар.

— Пора, — уронил воин в белом.

— Да будет ваш путь спокоен. Пусть духи хранят вас.

— Благодарю, шайд.

Мы медленно двинулись в путь. Спустя пару минут я не выдержала, обернулась и обомлела. Больше не было никакой травы, исчезли цветы, бабочки и птицы. Только песок позади, только потрескавшаяся от зноя земля. Белый купол гэра смотрелся на ней как нечто лишнее, чужеродное.

— Господа, — испуганно спросила я. — Вы видели луг? И зелень?

— Нет, сайдэ, — ответил сумрачно тот, что в белом. — Сулать год как пересохла. Нет в Шамхане ничего зеленого. Но хвала предкам, три ночи шли дожди. Засуха, похоже, окончилась. Скоро пустыня зацветет. Добрый знак.

Я прикусила губу и снова оглянулась. Вот ты какая, магия шамана! Или — заповедное место?

— А вы видели траву, сайдэ?

— Да. Прекрасную долину, цветы, бабочки. В реке была рыба, в поле куропатки.

— Многое я бы отдал, чтобы вновь искупаться в Сулати.

Мы замолчали. Солнце стояло высоко, было безумно жарко. Воздух над песком дрожал и клубился. И все же кое-где в трещинах блестели капли воды, и уже начала пробиваться трава. Это моя заслуга. Это я вызывала грозы.

Волосы под шарфом взмокли от пота. В горле першило. Страшно хотелось пить.

— Господин… не знаю вашего имени…

— Алхар, сайдэ. Без господин, просто Алхар. Я ваш покорный слуга.

— Мы можем где-то остановиться?

— Да, конечно. Сейчас?

— Да.

Алхар махнул рукой, и его безмолвные серые тени послушно замерли. Я нервно сдернула с себя все украшения, которые уже нагрелись на солнце так, что обжигали кожу. Сунула все в мешок. Глотнула теплой воды из протянутой воином кожаной фляги. Подумав, размотала шарф на голове и закрыла нос и рот, оставляя открытыми только глаза.

— Можно ехать дальше.

— Слушаюсь и повинуюсь, сайдэ.

* * *

Воду не экономили, но пили на ходу, на привалы не останавливались, спешили. Очевидно, мои сопровождающие не хотели ночевать под открытым небом. Мне было крайне некомфортно. Если мужчины просто пару раз отстали, а потом как ни в чем не бывало нагнали наш маленький караван, то у меня такой возможности не было. Я смогла преодолеть смущение только однажды, когда проезжали мимо небольшой засохшей рощицы. Хоть какое-то укрытие. Пока пряталась, заметила робкие зеленые побеги. Нужно еще дождя.

И поэтому, когда мы приблизились к какому-то населенному пункту, я решительно достала из мешка бубен. Без Шаардана я еще не колдовала, но была уверена, что справлюсь.

— Сайдэ? Вы бы сначала поели…

— Успею. Идите, устраивайтесь, я быстро.

Села прямо на еще горячую землю, скрестила ноги, ударила в бубен — громко, весело. Духи любят музыку, это я уже знала. И тихо замурлыкала немудреные куплеты.:

— Дождик, лей-лей-лей, на меня и на людей.

Сочинять сама больше не пыталась. Как оказалось, для колдовства вполне годились русские песни, а их я помнила — у отца было немало старых дисков и даже кассет. И радио Ретро постоянно играло. Репертуар у меня был неплох: «Лей, ливень, не жалей», и «Я снова слушаю дождь», и даже «Подожди, дожди, дожди». Слова я, конечно, не все помнила, но и тех, что знала, мне хватило для того, чтобы начали стягиваться тучи, зашумел ветер и на землю упали тяжелые капли.

Поднялась, отряхнула бедра и спокойно пошла в деревню, на краю которой столпилось уже довольно много людей. На смуглых лицах я разглядела и страх, и восторг. Все кланялись мне, какая-то женщина даже заплакала.

Какая экзотика, однако! Я такие домики только в интернете и видела! Маленькие, квадратные, с плоской крышей. Все белые, точнее, были когда-то белыми. Близко-близко друг к другу лепятся, какие-то даже крышами касаются. А некоторые соединены сверху мостиками, наверное, родственники так живут.

— Сюда, сайдэ, — окликнул меня Алхар.

В одном из небольших каменных домов меня ждал ужин. Судя по всему, трапезничать мне предстояло одной. Низкий потолок, невысокий круглый стол, подушки рядом. На большом металлическом блюде — рис, жареная курица, какие-то овощи. В глиняной кружке — травяной отвар. Умыться бы для начала! Я вся потная, пыльная.

Только подумала, как в комнату заглянула юная девушка лет пятнадцати на вид в простом белом платье.