— У меня и так все есть. К тому же я помогаю своей стране от чистого сердца, а не ради наживы.

— Я бесплатно работать не буду, — хмуро предупредила я. — У меня ведь нет ни дома, ни семьи. Ничего нет.

— Ты женщина, — вздохнул Шаардан. — Конечно, тебе будут платить.

Угу, женщина. Тебе не интересная. Это я помню.

— Считаешь всех женщин меркантильными? — холодно спросила.

— Что? Глупости говоришь, — ответил он спокойно. — Женщины детей рожают, им нужен комфорт, покой. Они не должны жить в бедности. Позор тому мужчине, у кого дочь, сестра или жена голодает и мерзнет.

— У меня нет ни отца, ни мужа, — вздохнула я, втайне надеясь, что он скажет: у тебя есть я. Но он сказал совсем другое.

— Такая, как ты, быстро найдет мужа. Мужчины будут драться за право позаботиться о тебе.

— В жопу, — грубо ответила я, поднимаясь. — Мне никто не нужен. Я спать, пожалуй.

Не удержалась, обернулась. Прямо глядя в его невозможные глаза, представила, как прижимаюсь к нему всем телом, как целую в щеку. И имя его мысленно произнесла, чтобы он уж точно увидел. Но длинное гладкое лицо оставалось совершенно невозмутимым. Обидно даже. Как будто не он вчера лапал меня под дождем! Ну и ладно. Не больно-то и хотелось. А даже если хотелось — что делать с влюбленным шаманом, я себе не представляла. А вдруг он и в самом деле целоваться полезет, я ведь с криками убегу в поле!

На самом деле у меня были попытки в отношения. Мне в шестнадцать нравился один мальчик из класса. И я ему, кажется, была интересна. И в том злополучном походе он даже меня робко обнял. Но я перепугалась до чертиков, вырвалась и убежала. На этом роман был закончен. А на первом курсе института я танцевала с одним, а когда он полез с поцелуями, сказала, что мне срочно надо в туалет. Обратно я не вернулась, конечно. С Шаарданом, наверное, было проще. Он ведь как бы не совсем и человек. И он мне близок, ближе, чем кто-либо на свете. Да мы мысли друг друга читаем!

Но проблема-то не в нем, проблема во мне. Я немного поломанная, по ходу. Может, такой родилась, а может, это последствия жизни с двумя мужиками в однушке. Мне так хотелось уединения, а у нас даже в ванную комнату была дверь сломана. Нет, они не подглядывали, но мне было жуть как некомфортно. Да и в общаге с общим душем, общим туалетом, общей кухней, если честно, было не лучше. Да что там, я в одиночестве впервые ночевала здесь, когда Шаардан по своим теням ходил!

Мне вдруг стало ужасно жалко себя. Бедная я несчастная, за что мне такая жизнь? В чем я провинилась? Лучше б мама меня не рожала, лучше б я в младенчестве умерла! Задрожали плечи, из глаз хлынули слезы. Я уткнулась в подушку, пытаясь сдержать всхлипы.

Зашуршала ткань, крепкие мужские руки подняли меня и прижали к груди.

— Это все из-за магии, — прошептал Шаардан, гладя меня по волосам. — И физическое, и душевное истощение. Я тоже вначале плакал. Все будет хорошо, Дара. Поплачь. Полегчает.

И я, не сдерживаясь, зарыдала в голос, зачем-то объясняя ему, рассказывая про свое детство и юность. Он молчал, баюкал меня в объятиях, бормотал что-то утешительное, пока я не обессилела окончательно и не задремала.

— Если б я мог, я бы забрал тебя раньше, слышишь? — укутал он меня в одеяло. — Но я ведь не знал.

— Если бы ты забрал меня раньше, я бы не познакомилась с Муськой, — возразила я сонно. — Мы с ней встретимся, обязательно встретимся. Я вас познакомлю, вы подружитесь.

— Сомневаюсь, голубка. Спи. Времени осталось так мало…

* * *

— Огонь ты освоила, с духами дождя познакомилась, — так начался новый день. — Сегодня пойдем с тобой в долину теней.

— Погоди, как сегодня? — испугалась я. — Но это лишь огонь и вода! А это… воздух, земля и все такое?

— Ты пока не сможешь. В тебе нет такой магии. Вот пройдешь инициацию, тогда научишься. А вода и огонь — твоя исконная сила.

— А по теням — зачем?

— Чтобы найти уходящие души. Это одна из главных задач шамана. Когда человек болен — значит, его душу хочет забрать кто-то из демонов. Шаман должен попытаться…

— У-у-у, демоны.

— Да. Здесь, в верхнем мире, тоже есть духи, они сильные, но не добрые и не злые. А там, внизу, в долине теней, всякое можно встретить.

— Что-то мне страшновато.

— Не бойся. У тебя очень яркое «ши». Это они будут тебя бояться.

— А ты? У тебя ведь нет собственной магии?

— А я пойду с тобой, — ухмыльнулся Шаардан.

— Зашибись.

— Именно так.

Шаардан вручил мне наш любимый бубен и достал мешочки с краской. Я закатила глаза: что, опять? А мне тоже нужно наносить макияж? Нет? Мне достаточно того, что внутри? Ну ладно. Не хочется выглядеть клоуном. Хотя ему, наверное, шло. Ему вообще идет все, что он делает.

Или я просто начинаю в шамана влюбляться. Глупо и бессмысленно, Дашка. оставь дядю в покое, ты ему не интересна как женщина.

— Поможешь? — негромко спросил Шаардан, заметив мой сердитый вид.

— Как?

— Нанеси узоры. Так будет даже лучше. Мы же вместе пойдем. Ты оставишь свои знаки, демоны сразу все поймут.

Я вытаращила глаза, но спорить не стала. Без проблем, милый. Я щас так тебя размалюю, что демоны описаются от смеха. Тем более что зеркала у тебя нет. Высунув язык от усердия, я закрасила ему веки синим, а губы подвела желтым. Нос — зеленый. На щеках и лбу — голубые спирали. Он ничего не говорил, позволяя мне хулиганить. А ведь не мог не чувствовать мое настроение. Наверное, узоры и в самом деле не имели значения. Главное — цвет.

— Лучше уйти подальше от гэра. Не стоит открывать демонам двери даже временного дома. И уж точно не показывать им еду. Потом не прогоним.

— Ладно, — неуверенно согласилась я. — Тебе виднее.

— Ах да, для тебя есть туфли. Сейчас принесу.

И мне в самом деле выдали обувь, почти такую же, как у него, только розовую. Мягкая кожа, серебряная пряжка, подошва такая тонкая, что впору только по паркетам и мрамору гулять, но точно не по полю. У него туфли явно более прочные.

— Извини, но это лучше чем ничего. Если что, я тебя понесу.

Тяжко вздохнув, я последовала за ним в сторону от