матерей. А еще — невинные жертвы. Или во время войны не гибнут дети?

— Гибнут, — признал Шаардан. — Но они вернутся…

— И будут другими. Не напишут книг, не споют песен, не изобретут пенициллин. Разве человек — это рыба? Или жук? Нет, каждая жизнь бесценна. Иначе какой тогда смысл в том, чтобы возвращаться?

— Ты не шаман, — помолчав, буркнул Шаардан. — И не воин.

— Странно, что ты только сейчас это заметил!

— Ты — женщина, — продолжал он, не обращая внимания на мой сарказм. — Ты мать. Не случайно Природу мы называем матерью, а не отцом. Я начинаю понимать, почему пришла именно ты.

— О, так это был комплимент? — обрадовалась я. — Супер. Слушай, на будущее — а что нужно делать, чтобы вернуть равновесие как-то менее масштабно? Без кровавых сражений? Только не говори, что приносить жертвы!

— В принципе, ты правильно догадалась. Демонов можно задобрить. Казнить с десяток-другой преступников, отправить им черных козлов или баранов… или попросту обмануть.

— Как? — подалась я вперед.

— Ну, смастерить чучело из соломы, одеть в человеческую одежду, вымазать в крови и сжечь. Или утопить. Обычно помогает.

— О-о-о…

Я вспомнила сжигание масленицы и кивнула. Знакомо.

— И почему сразу так не сделали?

— Делали, много раз делали! — взорвался вдруг Шаардан, и я поняла, что все это время он был на взводе. — Но оно больше не работает!

— Почему?

— Откуда мне знать? Дара, я шаман, а не провидец! Я не всемогущ, не предсказываю будущее, я не переплетаю нити жизни! Я просто лечу людей, вызываю дожди и провожу всякие обряды! И с духами разговариваю. Да у меня даже магии собственной нет, я все черпаю у природы!

— Не ори на меня! — я скрестила руки на груди и уставилась на него с неприязнью. — Я вообще к вашим проблемам отношения не имею!

— Я знаю, — сдулся шаман. — Просто… ты все правильно говоришь. Я облажался. И за это буду расплачиваться.

Мне стало его жаль. Наступила парню на больную мозоль, да не просто наступила, а еще и попрыгала на ней. А он и вправду не виноват. Он лишь человек. Никому в одиночку мир не спасти.

Опустилась рядом с ним, погладила по плечу. Он рвано вздохнул и криво улыбнулся:

— Не нужно. Лучше покажи еще похабных снов. Это бодрит куда эффективнее.

— Это не похабные сны! — возмутилась я. — Это невинные сны!

— Ну да. А голые мы в твоих мыслях потому, что собрались купаться.

— Эй! Ты опять копался в моей голове?

— Извини, оно само. Я не хотел, — окинул взглядом мои покрасневшие щеки и хмыкнул: — А может и хотел.

Я фыркнула, а потом залезла под крышку котла. Всего лишь чай? А каша где? Жрать хочу.

— Что сегодня на завтрак?

— Остался хлеб и сыр. Еще медовые орехи и халва. И колбасы немного, будешь?

— Еще бы!

Мне было вкусно, а вот Шаардан завтракал совсем без аппетита, хотя обычно это я по утрам кривлялась, а он, как настоящий мужик, съедал свою порцию и остатки моей.

— Какие у нас ближайшие планы? — попыталась отвлечь я мужчину от невеселых дум.

— Воевать, — коротко ответил он.

— А еще ближе?

— У нас есть дней пять-шесть, чтобы окончательно пробудить твою магию. И нужно возвращаться. Духи считают, что без тебя победы не будет.

— Какие именно духи? Те, что снизу?

— Нет. Снизу — демоны. А духи — они везде. Все просто на самом деле. В верхнем мире — те, кто умер. Наши предки. И чужие предки тоже. В нижнем — демоны. А мы — посередине. Иногда демоны выходят в наш мир. Иногда предки спускаются с небес, дабы вразумить своих внуков.

— А духи? — я окончательно запуталась.

— А духи, как и мы, просто живут на этой земле и иногда помогают. Иногда вредят. Но видят и знают больше, чем люди. Я шаман, я разговариваю с духами, вижу демонов и слышу голоса предков. Теперь понятно?

— Более-менее. А я?

— Духов ты пока не слышишь. Предков у тебя здесь нет, к моему народу ты не принадлежишь. Но вот демоны тебя боятся, и это хорошо. Значит, твое предназначение — ходить по теням. И еще с огнем и водой у тебя хорошо получается. Это очень полезный дар. Мы еще несколько раз спустимся в долину теней. И попробуем вызвать дождь. В конце концов, лишним не будет.

— А дальше?

— А дальше ты отправишься к эмиру. На все воля Природы, Дара.

— То есть ты меня бросишь? — холодно уточнила я.

— Да. Шаману не место во дворце, у него другая служба. Но не бойся, за тобой присмотрят.

Я крепко задумалась. Откровенно говоря, жизнь на природе хороша, но не вечно. Не думаю, что во дворце хуже. Вернуться в гэр я всегда успею, верно? Тем более у меня и в самом деле есть магия. Себя защитить я сумею.

Те законы Шамхана, про которые рассказывал Шаардан, кажутся мне вполне справедливыми. Похоже, женщин тут не сильно притесняют. А во дворце вряд ли мне придется голодать или тяжело работать. Что же касается военных действий — ну, саблю я в руках ни разу не держала. Если понадобится — вызову дождь или огонь, это у меня вполне получается. А в битву соваться не стану, я все же девочка, а не воин.

В этом мире нужно как-то обживаться. Чем быстрее я разберусь, как тут все устроено, тем лучше. Жаль, конечно, что Шаардана не будет рядом. Но не может же он нянчиться со мной вечно! У него и без того дел по горло.

— Ты приняла решение, Дара?

— Да. Будем учиться. А потом — во дворец.

Слова были сказаны и оказалось, что все, что еще вчера у меня был отпуск. Теперь же начался тяжелый труд. На рассвете, в тот час, когда грань между мирами истончается, мы спускались в долину теней. Потом, после завтрака, ехали к реке. Купались, ловили рыбу, разбирались с магией огня. Я уже легко вызывала небольшое пламя, а вот с огненной стеной или метательными снарядами выходило хуже. Огненные шары летели куда угодно, но не в цель. Хорошо, что рядом с рекой можно не бояться пожаров! На четвертый день фаербол получился компактным и полетел хотя бы в нужную сторону. Шаардан меня очень хвалил. Несмотря на то что у него не было своей магии, он колдовал очень ловко, объясняя это тем, что здесь место особое: Заповедный Луг, практически Междумирье. Не каждый может сюда попасть, но если уж духи приняли, то не прогонят больше и защитят от любого врага.