— О-о, поворот дороги впереди, как раз градусов тридцать! Справишься с таким манёвром или мне стоит взять управление в опытные мужские руки?

— Просто лошади знают, что ими управляет женщина, которая до сегодняшнего дня свято верила, что поводья — это что-то из арсенала средневековых пыток!

На последнее ехидное замечание я не выдержала накопившегося раздражения и показала ему язык, совершенно по-детски, что вызвало гомерический хохот с его стороны.

Наконец наша кавалькада добралась до нужного места. Широкая полоса земли вдоль главного тракта, густой лес с одной стороны, образующий естественную границу, поворот дороги с краю, отмечающий границу моих земель — как раз конец территории поместья. Идеальное место!

Я остановила бричку, потянув оба повода на себя, и лошади послушно замерли на месте, даже не дёрнувшись. Получилось! У меня получилось остановить повозку!

Коньяку мне…

Слезая с козел и пытаясь при этом не упасть в грязь, я огляделась по сторонам, оценивая обстановку и прогресс работ.

Рабочие, прибывшие на телегах, уже споро разгружали привезённые материалы, складывая доски штабелями, вбивая разметочные колышки в землю по периметру будущих строений и натягивая брезентовую ткань для временных палаток.

Часть мужчин взяли что-то вроде топоров-кувалд и пошли разбирать у самого края леса остатки старого фундамента. Благо, что с деревянным нет проблем.

В самом центре всей этой суеты стоял Феррас, наш бригадир. В руках он держал листы с теми чертежами, которые я доработала и отдала Райнору.

Он что-то почти воинственно гаркал своим подчинённым, активно размахивая свободной рукой и указывая то в одну сторону участка, то в другую, то на кучу досок, то на место будущего фундамента. Голос у него был очень громкий.

Я направилась в его сторону, а Райнор сразу же увязался следом, видимо желая посмотреть на нашу очередную встречу. Феррас заметил приближающуюся компанию, оторвался от изучения чертежей и поднял голову и…

Словно громом поражённый, он уставился на меня широко раскрытыми глазами. Вернее, если быть точной, на мои брюки. Его глаза расширялись всё больше и больше, густые брови поползли вверх по морщинистому лбу, достигая линии роста волос, рот слегка приоткрылся в немом изумлении.

— Это… та самая леди? — пробормотал он севшим голосом, не отрывая ошарашенного взгляда от моего наряда и обращаясь к Райнору, как будто и нет меня тут. — Та вчерашняя баронесса Верлис, для которой мы тут всё это строим?

— Она самая, во плоти, да, да, вчерашняя, — с нескрываемым весельем подтвердил Райнор. — И да, на ней штаны, а не юбка, ты не ослеп и тебе не мерещится. Так что привыкай к этому виду, Феррас, потому что она твой заказчик и работодатель.

Бригадир словно в замедленной съёмке покачал головой, будто пытался стряхнуть с себя наваждение, и потом… философски пожал мощными плечами:

— Ваше личное дело, леди, в чём вы предпочитаете ходить, — буркнул он, возвращаясь к изучению чертежей. — Мне без разницы, хоть в мешке появляйтесь, лишь бы деньги за работу платили вовремя, а материалы поставляли качественные.

Приземлённый мужик, сфокусированный на деле. Мне нравится такой подход!

— Платить буду исправно, не сомневайтесь, — твёрдо заверила его. — А теперь давайте обсудим план размещения построек и перепроверим вчерашние расчёты.

Следующие полтора часа мы с Феррасом провели, активно бегая туда-сюда по участку с охапками колышков и мотками верёвок. И бригадир оказался… невероятно упрямым человеком. Нет, даже не просто упрямым — он был упрям, как целое стадо ослов!

ГИГАНТСКОЕ СТАДО КОЗЛОВ! Тьфу, ослов.

Феррас спорил и препирался со мной буквально по каждому пункту, по каждой детали, не соглашаясь ни с чем:

— Баня не должна быть так близко к основному зданию двора, леди! Это же пожар, один уголёк из печи — и все в огне!

— Конюшня получается слишком большой! Вы планируете принимать армии что ли⁈

— А склады правильнее делать с северной стороны участка, а не с южной!

А я не уступала ни на йоту, отстаивая свою позицию и видение не менее упорно:

— Баня будет стоять тут и точка, потому что мне нужен крытый переход от главного здания к ней, чтобы гости не мёрзли зимой!

— Конюшня будет именно такого размера, потому что я планирую принимать большие торговые караваны!

— Склады останутся с южной стороны, там лучше освещение через окна! И вообще, что это за фэн-шуй вообще!

На последнем замечании бригадир завис, и было аж (!) десять минут тишины.

Мы препирались до хрипоты, я рисовала схемы прямо на земле острой палкой, Феррас махал руками, чуть ли не прыгая вокруг меня, доказывая свою правоту. Когда уже совсем рассвело, Райнор стоял поодаль в тенёчке и откровенно ржал, наблюдая за нашими баталиями.

Но в конце концов, после споров и взаимных уступок, мы с бригадиром всё-таки сумели прийти к компромиссу. Феррас, скрипя зубами, согласился почти со всеми моими идеями. Я со своей стороны, отойдя под кусты и поматерясь на русском, согласилась с изменениями в материалах и возведении.

К полудню мы разметили верёвками с колышками территорию основного здания будущего постоялого двора. Потом отметили места для конюшни на двадцать лошадей, бани с несколькими отделениями, ремонтной мастерской для чинки повозок, складских помещений для хранения провизии и товаров. Забор по всему периметру для безопасности и защиты от непрошеных гостей и диких зверей.

И да, да, нечисти.

Я даже показала Феррасу место, которое оставила свободным для небольшого здания, правда, ещё не придумала, для чего оно. Может быть, со временем открою там небольшую лавку с товарами в дорогу? Посмотрим, время покажет, что будет нужно. Но пусть оно будет сразу.

После разметки Феррас поднял вопрос о ночлеге для слуг и караванов, не имеющих денег на оплату отдельной комнаты в постоялом дворе.

— Обычно таких отправляют спать в конюшню рядом с лошадьми или под телегой на сене, — буркнул он.

Я поморщилась от такой перспективы:

— Нет, так не пойдёт. Слуги и работники такие же люди, а не скот. Я хочу сделать для них навес со съёмными стенами.

Феррас уставился на меня, как на сумасшедшую:

— Со съёмными стенами⁈ Это ещё что за блажь⁈

Вдох-выдох, Мика. Нельзя убивать людей! Произнесла сквозь зубы:

— Летом это будет открытый проветриваемый навес, где прохладно и свежо. Зимой — закрытое помещение с жаровней для отопления. Съёмные стены из плотного брезента или досок, вуаля, и мы сможем все менять под сезон и погоду.

Бригадир почесал густую бороду, обдумывая услышанное и взвешивая все за и против. Но победа в раунде была за мной:

— Хм… в этом есть смысл, не