спокойно смотрел, как наливается кровью его обычно равнодушное лицо. На висках вздуваются вены. Никогда я не видел его таким. Эмоциональным?!

Я грустно усмехнулся своим мыслям. Развернулся и покинул дом, в котором провел безумное количество унылых дней своей жизни.

Уже у машины меня догнала Людмила Александровна.

— Виктор, подожди!

Мне не хотелось ее слушать. Она всегда была на стороне отца, потеряв собственную личность. Я не особенно любил ее, но уважал ради Насти.

Женщина схватила меня за руку, пытаясь заглянуть в глаза.

— Пожалуйста, не отказывайся от поисков дочери! — со слезами прошептала она. — Я чувствую, моя девочка жива. Твой отец считает это глупой придурью. Ему не понять сердца матери.

Она зарыдала. Я обнял ее за плечи и погладил по спине.

— Не откажусь, обещаю.

Отодвинул ее от себя, сел в машину и выехал из поселка.

Куда ехал в тот момент я и сам не знал. В венах пульсировала злость. На отца, на жизнь, на себя. Моя вина. Я не смог уберечь любимую женщину. Не был рядом в самый важный и трудный для нее момент. Поставил под угрозу наш брак ради какого-то тендера. И все потерял. Все, что было для меня действительно важно!

Глава 23

— Это сделал отец? — взвился я, мгновенно впадая в ярость.

Кулаки сжались сами собой. Я смотрел в глаза Рустаму, с ужасом ожидая ответ. Простить отца, когда он организовал брак Насти и ее первого мужа, мне удалось, признав и свою вину в случившемся. Но исчезновение жены я отцу простить никогда бы не смог.

— Нет, на этот раз твой старый ни при чем. Я выясню, кто стоит за этой историей, не сомневайся.

— Виктор, у нас гости?! — сладко улыбаясь, по лестнице спускалась Надежда.

Мы с Рустамом переглянулись. Теперь, когда мне многое стало известно, я взглянул на нее по-другому. Актрисулька. Как верно подметил мой отец. Все в этой девке было наигранным и жеманным. И то, как она расплывалась в льстивой улыбке, и даже то, как поглаживала свой раздавшийся живот.

— Надежда, — протянул Рустам, одарив девушку восхищенной улыбкой. — Виктор столько рассказывал о вас. Как же ему повезло встретить такую потрясающую женщину на жизненном пути!

Я невольно прыснул. Вот из кого получился бы отменный актер, так это из Рустама. Женщины таяли от него, как мороженое. Надежда не стала исключением. Залилась удушливым румянцем, когда приятель поцеловал ей руку, удержав ее чуть дольше в своей большой ладони, чем позволял этикет. Была бы на месте Нади моя Настя, я бы с ума сошел от ревности.

— Смотрю я на вас, Надежда, и удивляюсь. Откуда у такой красивой женщины желание себя искусственно оплодотворять, — продолжил Рустам вкрадчиво. — Попросили бы меня о помощи, я бы сделал все бесплатно. А уж как ребята бы мои были рады помочь.

Девушка резко побледнела, хватаясь за перила.

— Не понимаю, о чем вы, — показательно обхватив живот, взвизгнула она.

— Ну как же! — всплеснул руками приятель, явно наслаждаясь игрой. — Я вот прямо сейчас из клиники. Там вас очень хорошо помнят. Не каждый день юная незамужняя девушка делает искусственное оплодотворение. Такое захочешь, не забудешь.

— Вы все придумали, — без особой уверенности в голосе, залепетала Надежда.

— Виктор, кто этот человек? Почему он позволяет оскорблять мать твоего будущего ребенка?

— А мне, знаешь ли, тоже любопытно, как ты оказалась беременна, если я ничего из нашей совместной ночи не помню?!

— Не надо было тащить меня в постель! — с вызовом заявила она.

Ее губы искривились в презрительной усмешке, мгновенно испортив смазливое личико. Рустам сделал шаг вперед и хорошенько тряхнул ее за плечи.

— Тебе лучше все рассказать! Кто тебя нанял?

Она отшатнулась. Глаза испуганно забегали. Руки задрожали.

— Вы ничего мне не сделаете. Я ношу наследника “Бегунстроя”.

Она гордо задрала подбородок.

— Ну так мы подождем. Недолго осталось, — намекая на скорое окончание беременности, усмехнулся Рустам.

— Боюсь тебя расстроить, деточка, но я вышел из концерна. Так что впереди нас ждет скромная жизнь обычных обывателей. Соски, пеленки, детский сад, кашки на завтрак.

Я, конечно, слегка сгущал краски. У меня имелся и собственный капитал, так что бедность нам не грозила.

— Твой отец позаботится о наследнике, — смешавшись, пролепетала девушка.

— Ты слишком плохо знаешь моего отца. Он уже пообещал раздать семейные капиталы на благотворительность.

Девица разочарованно всхлипнула. Я усмехнулся, а Рустам пошел в наступление.

— Лучше по-хорошему признавайся, кто втянул тебя в эту махинацию?

— Как вы можете?! Я Виктора люблю,— театрально хлопая ресницами и закатывая глаза, пафосно заявила Надежда.

— Так сильно, что чуть ли не насильником выставила меня на всю страну? — усмехнулся я, вспоминая многочисленные публикации в прессе.

— Это не я. Не понимаю, откуда они раздобыли информацию, — она показательно всхлипнула, вытирая платочком совершенно сухие глаза. — Единственное, что я хотела, — иметь ребенка от любимого человека.

Мне оставалось только рассмеяться, настолько все это было глупо и наигранно.

— Ничего. Мы все выясним, и тогда вам не поздоровится, — надвигаясь на внезапно притихшую девушку, процедил Рустам.

— Иди к себе и лучше не попадайся сегодня мне на глаза. Видеть тебя не могу.

Я с трудом сдерживал гнев. А ее бездарные кривляния еще сильнее выводили меня из себя.

Надежда обиженно надула губки, но убежала так быстро, что только пятки сверкали. Мы с Рустамом прошли ко мне в кабинет подальше от любопытных ушей прислуги.

— Что думаешь делать? — расположившись с бокалом в удобном кресле, поинтересовался приятель. — Уйти из семейного бизнеса — непростое решение.

Я устало устроился напротив.

— Давно пора. У меня уже есть кое-какие задумки. Я много раз думал об этом, но смотрел на Настю и не решался. У меня с отцом всегда были натянутые отношения, а вот для жены ссора с матерью могла стать испытанием. Сделай я раньше, что хотел, не было бы всей этой неразберихи. Никакая Надежда не проникла бы в нашу жизнь. И Настя с