центре посёлка находится, я туда часто захожу, хотя у меня и дома книг полно. Но там ещё журналы про собак можно полистать. Мы не можем завести свою из-за маминой аллергии, а я их люблю.

Иногда мы с Пиратом специально ходим в дачный посёлок, чтобы разные породы живьём посмотреть. Правда, собаки чаще за заборами сидят, но иногда хозяева их выводят. Там есть такой овраг, где собачники собираются и даже курсы дрессуры проводят – специальный инструктор приезжает. Так интересно наблюдать за ними!

Сейчас я только покосился на стеллаж с журналами – не до этого. Мороженщик уже сидел в читальном зале вместе с заведующей библиотекой Эммой Марковной – Женькиной мамой. За глаза в посёлке её прозвали Морковкой: не из-за отчества, а потому что волосы у неё рыжие-рыжие, прямо точно морковного цвета. И мелкие кудряшки торчат во все стороны. Это называется «химия». Моя мама считает, что такая причёска давно вышла из моды, но, видно, Эмме Марковне никто об этом не сказал.

Никакого журналиста с ними не было.

– Привет! – Мороженщик поднял руку. – Садитесь, пацаны… И девочки.

– Мы так поняли, есть разговор? – осторожно поинтересовался Пират.

А я показал глазами на Эмму Марковну и добавил:

– Конфиденциальный.

Мороженщик удивился:

– Ого! Какие ты слова знаешь!

Женька фыркнула:

– Нам же не по три года! – И упёрлась ладонями в стол, за которым сидела её мать: – Мам, тебя дела не ждут?

– Спокойно, – отозвался Мороженщик. – Эмма… Марковна в курсе дела.

– Разболтали?! – вырвалось у меня. – Мы же просили – никому!

Остальные тоже возмущённо загудели. Вот почему взрослые только собственные тайны считают серьёзными, а наши ни во что не ставят?!

Переждав, Мороженщик вдруг встал, и лицо у него сделалось таким серьёзным, что мне стало не по себе. Сейчас прозвучит ужасное…

– Женя, – начал он и вдруг закашлялся.

Морковка вскочила и похлопала его по спине. Но садиться почему-то не стала, даже когда Мороженщик продышался. Так они и стояли перед нами, как провинившиеся школьники на педсовете. Пирата однажды вызывали из-за разбитого стенда, а я с крыши школьного перехода подглядывал. Вот примерно так всё и выглядело…

Мороженщик повторил:

– Женя…

Правда, на этот раз сумел продолжить:

– Этот разговор давно назревал. Но последние события… Все эти козни нашей администрации… – Он покосился на Андрея, но тот и бровью не повёл. – В общем, мы решили, что пора… Чтобы вместе бороться и всё такое… Нет, не только бороться, но и жить… Главное – жить!

Я ничего не понимал. О чём вообще говорит этот человек?!

Но Женька соображала лучше меня и отрывисто спросила:

– Мама? У вас с ним… что-то есть?

– Мы хотим пожениться.

Эмма Марковна ответила таким будничным тоном, словно это было обычное дело. А мы прямо рты разинули: Мороженщик и Морковка – кто бы мог подумать?! Вот это парочка…

– Если ты не против, конечно, – быстро вставил он.

На Женьку этот взрослый человек, прошедший войну, глядел совершенно несчастными глазами. Так собаки умоляют взглядом не прогонять их и дать приют.

– Морковное мороженое – тренд сезона, – шепнула Лина, и я едва не заржал во весь голос.

– Или мороженая морковка, – добавил Андрей.

И это показалось мне ещё смешнее.

А Пират только выдохнул:

– Офигеть.

Вдруг он встал и быстро вышел из библиотеки. Я сначала замешкался, всё-таки хотелось услышать, что ответит Женька, но Пират беспокоил меня больше. И я выскочил за ним.

Он сидел на деревянном библиотечном крыльце, зиявшем чёрными трещинами, и никуда не думал убегать. Просто смотрел перед собой, прищурив глаз, и потирал старый шрам на коленке – есть у него такая привычка. Сама коленка уже почти коричневая, а шрам до сих пор розовый. Когда Пират в джинсах, его не видно, но сейчас жарко, мы все в шортах бегаем.

– Ты чего? – спросил я и сел рядом.

– Да ерунда. – Он хмыкнул, но совсем невесело. – Это всё бред полный… Но мне хотелось… Только не смейся!

– Когда это я над тобой смеялся? – обиделся я.

Пират хлопнул меня по колену – извинился.

– Короче, мне хотелось, чтобы этот мужик не на Морковке женился… А на моей матери. Не сейчас, ясное дело! Когда она завяжет.

Мы оба знали, что никогда его мать не бросит пить. И Мороженщик на тётю Риту, наверное, сроду внимания не обращал… Но Пирата я понимал: кому ж не хочется такого геройского отца? Только мне разве что… У меня свой отличный!

– Сердцу не прикажешь, – сказал я, не придумав, чем бы ещё его утешить.

– Ясное дело. Женькина мать – интеллигентная женщина. С ней интересней.

– А ты женись на Женьке, когда вырастешь, – вдруг осенило меня. – И Мороженщик станет тебе почти что отцом! Как отец жены называется?

Пират вылупил на меня глаз и выдавил:

– Н-не помню…

Потом вскинулся, как пёс, которого блоха цапнула:

– Ты что несёшь?! Не собираюсь я ни на ком жениться!

– Почему? – удивился я.

И Пират тоже сообразил, что ляпнул глупость. Впервые он начал так мямлить:

– Ну, не то что не собираюсь… Но не сейчас же! Я и не думаю…

Вдруг он замолчал, но такие от него исходили злые импульсы, что меня как будто током шарашило. Потом он отрезал тем тоном, которым не со мной, а с чужими разговаривает:

– Да кому я нужен! Сам не видишь?

Хорошо, что я быстро нашёлся:

– А Мороженщик? Морковка же влюбилась в него! Хоть две руки, хоть одна… И с глазами так же. Какая разница? Это же всё равно ты.

Пират не отвечал, но я плечом почувствовал, что он расслабился. И добавил уверенно:

– Не за это любят.

Хотя понятия не имел – за что.

И Пират, видно, о том же подумал:

– Ага, а если б Линка безглазой была? Ты типа всё равно бы в неё втюрился?

– А я и не втюрился, – пробормотал я.

Больше сказать было нечего. Он прямо в точку угодил! Рассуждать-то легко, но разве девчонка с чёрной повязкой на глазу мне понравилась бы? Даже не знаю…

– Девочка – это совсем другое дело.

– Почему это? – не унимался Пират.

– Ну как? Ею же восхищаться надо! Все поэты воспевали… Ну помнишь: гений чистой красоты, и всё такое.

Он язвительно ухмыльнулся:

– А как же Морковка?

Я понял, что попался в собственный капкан. Не надо было упоминать эту пару, неудачный пример.

– Они с Мороженщиком уже старые, а я про нас говорю.

– А потом что? По фигу, что ли, становится, кто как выглядит?

– Может, и по фигу. – Я не был в этом убеждён, но надо же было вселить в Пирата уверенность в будущем!

Вздохнув, он подтолкнул меня в бок:

– Заглянуть бы в это будущее… Ну хоть одним глазком.

И хохотнул.

А у меня