мы поняли, ещё не подходя к самодельным памятникам.

Глава 13

– То есть мы принимаем версию, что это Серёжа? Тот самый – погибший во время войны?

Женька осмотрела нас непривычно строгим взглядом. Обычно она весёлая, если не дерётся, а тут прямо на учительницу стала похожа.

Мы спрятались вчетвером в маленькой комнатке графского дома, чтобы обсудить – стоит ли остальных посвящать в случившееся. Мне казалось, надо предупредить всех Максимовых, да и наших тоже, чтоб они не напугались до смерти, если Серёжа вдруг заявится снова.

Или он только того и хотел, что показать нам могилки? Это вряд ли.

Петька в разговоре не участвовал, но мы решили подержать его при себе, чтобы не разболтал раньше времени. Он стоял возле пыльного окна – Янка и не думала наводить тут порядок! – и смотрел, как его братья и сёстры метают дротики в мишень, которую притащил Андрей.

Никто уже сто лет не играл в дартс, у всех были компьютерные стрелялки. Но на Горке интернета не было и приходилось развлекаться, как в старину нашим родителям. И знаете, нам это понравилось! Правда, Петьке никак не хватало сил воткнуть дротик в мишень, хотя ему и разрешали подходить ближе всех.

А лучше всех, как назло, играл Бородавка… Всё-таки руки у него что надо. А характер всё равно противный! Вот уж он поприкалывается над нами, если мы скажем, что встретили в лесу привидение.

– Мы ж все его видели… Кто спорит? – выдавил Пират.

Всё это время он выглядел каким-то униженным. Видно, ему стало стыдно за то, что струхнул при встрече с Серёжей. Но мы не собирались его дразнить: из живых-то Пират никого не боялся, а призраки – дело особое, от них не знаешь чего ждать и как себя с ними вести. Что может быть на уме у мёртвого мальчика? Тем более зверски убитого… Хоть мы и не фашисты, но непонятно же, какими Серёжа нас видит.

Но Женька была уверена, что агрессии в Серёже нет:

– А то он уже нам бошки поотрывал бы к чертям!

Она, конечно, девчонка начитанная, но иногда как сказанёт!

Но в общем-то Женька была права, мне тоже казалось, что если б Серёжа хотел нас погубить, то уже закопал бы на том лесном кладбище.

– Скажем, что сами наткнулись на могилы, – предложил Пират. – Их скрывать ни к чему, раз друг Мороженщика всё равно про это напишет.

– А Серёжу зачем скрывать?

Мы оба уставились на Женьку: правда не понимает?

Чтобы Пирату не пришлось позориться снова, я сам сказал:

– Над нами все ржать будут, если заикнёмся о призраке.

Мне показалось, что в единственном глазу моего друга мелькнула благодарная улыбка. А что? И один глаз может улыбнуться!

– Поржут и перестанут, – отрезала Женька. – Когда сами его увидят, по-другому заговорят.

– А если не увидят?

– В смысле?

– Вдруг он только нам показался?

– С чего бы? – Она посмотрела на меня неуверенно. – Думаешь? А зачем?

И тут неожиданно подал голос Петька:

– Мальчик хочет, чтоб мы его похоронили. Рядом с теми дядями.

Даже слово «похоронили» выговорил! Хоть и по слогам.

Мы все на него уставились, и только Женька спросила:

– А ты откуда знаешь?

– Он сам сказал.

Петька смотрел на нас с таким простодушным видом – как не поверить? И потом Серёжа ведь ему первому показался, значит, доверяет больше, чем другим. Отец Глеб говорил, что детям до семи лет даже исповедоваться не надо – у них души чистые. А у нас уже нет. Понятное дело…

– Серёжа хочет, чтобы мы нашли его кости?! – у Женьки слегка дрогнул голос.

Хотя чем кости страшнее призрака?

Петька кивнул и улыбнулся, как будто речь шла о самой обычной просьбе. Я слышал, как Пират сопит рядом, видно, ему не особо это предложение понравилось. И опять пришлось его поддержать, пока Женька ничего не заметила:

– Где ж их тут найдёшь? Горка большая…

– Ага, – выдавил Пират.

Но Петька не сдавался:

– А он нам покажет!

– Призрак? – Женька так растянула губы, точно хотела улыбнуться, но не решилась.

– Серёжа, – уточнил малыш.

Похоже, Петьку мёртвый пацан, слоняющийся по лесу, вообще не пугал! Хорошо быть маленьким: реальность и сказка так переплелись – не разделишь. Что баба-яга, что тётка из опеки…

– Это хорошо, – кивнул я, чтобы его успокоить. – Но всё же надо остальным сказать. Вместе мы быстрее его кос… останки найдём.

И шутки ради спросил:

– Серёжа не против?

А Петька ответил совершенно серьёзно:

– Не, не против.

И помотал головой, чтобы у нас не осталось сомнений.

После этого Пирату легче стало, всё же толпой не так страшно с мертвецом общаться.

И мы спустились во двор, где Бородавка опять класс показывал. И что самое противное – каждый раз, как его дротик в самый центр вонзится, он на Лину косяка даёт. Она-то особых восторгов не выражает, как всегда спокойно смотрит, а Дашка-Богомол прямо из кожи вон лезет, чтобы расхвалить Бородавку:

– Вот это меткость! Да ты просто Орлиный Глаз!

Заплатил он ей, что ли?

– Дай мне уже!

Янка его оттолкнула и дротики отобрала. Мне её прямо расцеловать захотелось! Только больно уж она противная. Захочет ли с ней кто-нибудь целоваться? А вдруг так до конца жизни и останется одна? Тоже жалко…

Но показать класс Янке не удалось – Женька вмешалась. Мне как-то не по себе было, что Пират позволяет ей командовать с тех пор, как Серёжа объявился. Конечно, Женька классная и она тоже мой друг, но всегда же Пират у нас лидером был. А тут она его вроде как потеснила. И мне обидно за него больше, чем ему самому.

– Разговор есть! – заявила Женька, встав между Янкой и мишенью.

– Отвали, – процедила Янка. – Мешаешь.

– Перебьёшься. Это важнее. Серьёзное дело.

Тут я про себя согласился, что Пират так не смог бы ответить, а Женька запросто. Его хоть и воспитывает пьяница, но Пират уважительно к девочкам относится. Особенно к Женьке, конечно…

А она уже руками замахала, подзывая остальных. У меня от волнения сердце аж выскакивать стало: вдруг ребята не поверят Женьке? Поднимут нас на смех… А Серёжа возьмёт и не покажется!

С чего это мы решили, что можно верить призраку? При жизни он, конечно, был героем, никто не спорит. Но ведь Серёжа погиб уже семьдесят лет назад, даже больше. С математикой у меня плохо…

За это время он вполне мог обозлиться на людей, которые так и не похоронили его достойно. А ведь правда – стыдно. Отблагодарили, называется… Тоже мне – потомки!

Глава 14

Воздух сухой и горячий.

Его не