надо, — наверху хмыкнули. — Я всё-таки не умею читать мысли и предугадывать желания.

— Шавр… — простонал Корн, его опять начало мутить.

Глава 8

Победить аморфотит

Корн мучился уже около суток, его самочувствие становилось всё хуже. Лекари нашли подходящее заклинание, чтобы его не рвало. Может быть, организму в целом это и помогало, но вот только чувствовал Корн себя после этого заклинания ещё хуже, чем до него. Его всё так же, если не сильнее, мутило, казалось, что сейчас он вывернет всего себя наизнанку, но ничего не происходило. Голова то кружилась, то болела. Грэг погружал его в сон, в это время лекарь мог спокойно уходить и заниматься своими делами.

Корн кричал от кошмаров, просыпался, как будто побывал в демоническом пламени, но никогда не помнил, что ему снилось. Он устал от тошноты, но никуда не мог от неё деться. Только во время сна она проходила, но там было гораздо хуже, чем наяву…

Через сутки опять пришёл Сур. Зрение так и не вернулось, Корн узнал его по торопливым шагам.

— Я приготовил противоядие, — с ходу выдал он, всовывая Корну в руку пузырёк. — Запах и вкус — полный отстой. Поэтому откупоривай быстро и сразу глотай. Оно должно сработать.

— Ты же на мне не ставишь опыты? — Корн усомнился в безопасности зелья. — Спрашивал у лекарей?

— Не спрашивал. Они не разрешат. Так что, можно сказать это экспериментальный образец. Но я уверен, что после него тебе станет значительно лучше. Я могу перечислить ингредиенты, входящие туда, но боюсь ты и треть из них не знаешь, поэтому по сути это бесполезно. В общем, если доверяешь мне — пей. А если нет, то мучайся дальше… Больше я тебе ничем не могу помочь.

Сур больше не говорил, но и не уходил. Корн тоже молчал, думая. С одной стороны, у него не было поводов не доверять Суру. С другой, он знал его слишком недолго, чтобы пить не пойми что из его рук.

Корн решил, что хуже, чем сейчас, ему вряд ли может стать. Он быстро откупорил пробку и вылил содержимое в рот, язык ощутил горечь с привкусом чеснока. Запах и вкус были отвратительны, как и предупреждал алхимик, но только он сильно преуменьшал! Корн заставил себя проглотить ужасную жидкость. После чего его стало клонить в сон.

Когда он проснулся и открыл глаза, изображение комнаты перед его глазами сфокусировалось. Он видел! Одно это стоило жертвы его вкусовых рецепторов. Корн прислушался к ощущениям — в теле чувствовалась слабость и оно едва шевелилось.

Но тошноты не было!

Корн решил, что отныне будет верить в возможности Сура, как алхимика. У него действительно получилось создать антидот к аморфотиту!

Корн медленно поднялся, но ноги не удержали его, он свалился обратно на кровать.

Открылась дверь, в палату вошёл Грэг и пристально посмотрел на Корна, тот встретил его взгляд.

— Ты меня видишь?

— Да, — улыбнулся Корн.

— Как это может быть? Потеря зрения — один из редких побочных эффектов аморфотита, но он проходит только тогда, когда вещество полностью выводится из организма.

— И я не чувствую тошноты, — с улыбкой добавил Корн.

Грэг приблизился к кровати, и под ней развернулась одноуровневая печать. Она была золотой, с небольшим количеством простых символов. Корн ощутил лёгкое покалывание по всему телу.

— У тебя обезвоживание, но, в целом, ты в порядке. Как будто аморфотита действительно нет в твоём теле… Как это возможно?

— Сур дал мне зелье.

— И ты выпил его? Он же самый настоящий… — Грэг оборвал себя.

— Чокнутый? — дверь открылась и в помещение вошёл Сур. — Или гений? — он посмотрел на Грэга и поднял бровь.

— Как ты можешь давать пить непроверенные зелья больному?

— Кто сказал, что непроверенные? Я его пробовал.

— Да у тебя такой послужной список, что ты наверняка выработал иммунитет ко всем ядам!

— Фи-и-и… Как грубо, — поджал губы Сур. — Всё же классно вышло. Даже без последствий.

— Только чудом! Ладно уж, оставляю его на тебя. Всё равно вы живёте в одной комнате, — Грэг вышел и громко хлопнул дверью.

— Какой темпераментный, — хихикнул Сур. — Ну что, поползём в комнату? Или останешься здесь? Тебе пока можно только водичку, есть начнёшь завтра.

— Спасибо, — тихо произнёс Корн.

Сур улыбнулся.

* * *

Через пару дней Корн себя прекрасно чувствовал и стучал в кабинет директора, чтобы назначить новую «отработку». Ведь он так и не смог в тот злополучный день, когда его отравили, дойти до подвала. Он немного волновался. Вдруг директор будет принципиален и откажется помогать ему дальше, сославшись на пропуск Корна и его несерьёзное отношение.

— Открыто, — отозвался голос директора.

— Светлой Рэи, — поздоровался Корн. Лорд Ниро отложил бумаги и поднялся.

— Ты не пришёл, когда мы договаривались, — он сделал паузу, а у Корна засосало под ложечкой. Предчувствия его не обманули. А директор продолжил: — Теперь у меня нет времени. Я же правильно понял причину твоего прихода?

— Да.

— Тогда я позову тебя, когда найду свободное время.

— Хорошо, — Корн кивнул и направился на выход, гадая, действительно ли лорд Ниро когда-нибудь его позовёт.

— Ещё кое-что.

Корн обернулся и внимательно посмотрел на директора.

— Что ты слышал о кураторах? — спросил он.

— Некоторым талантливым студентам назначают кураторов со старших курсов, и они помогают осваивать магию.

— Верно. Талант, правда здесь ни при чём. Имеет место лишь согласие куратора и его подопечного. Или распоряжение руководства, как в твоём случае… — улыбнулся лорд Ниро.

— Что это значит? — нахмурился Корн.

— То, что я назначил тебе куратора. Он найдёт тебя сам. Теперь можешь идти.

— А… — Корн хотел задать вопрос, но ему не дали этого сделать.

— Иди, — с нажимом повторил директор, Корну ничего не оставалось делать, как подчиниться.

Интересно, кого же он назначил ему в кураторы. И очень-очень жаль, что из-за того инцидента, его овладение магией откладывается на неопределённый срок. Или вообще навсегда…

Корн понимал, что вряд ли директор оставил его в Академии, если бы действительно не планировал обучать магии. С другой стороны, как лорд Ниро как-то сказал, сейчас Корн находился здесь полностью на законных основаниях, поэтому директор при желании избавиться от него, мог бы просто подождать экзамена, который Корн ни за что не сдаст. Тогда его исключат, всё также на абсолютно законных основаниях…

Пока Корн восстанавливался от аморфотита, пропуская занятия и тренировки, у него было много свободного времени, и он тратил его на тренировки с артефактом в форме белого шара. Теперь точка светилась куда уверенней, и даже линия стала более