Оба мужчины замерли каждый со своими мыслями и целых десять секунд молча размышляли.

Савельев, что был в другой части города, задумчиво бросил очередной взгляд на распечатанное фото «призрака» всего в муке, что атаковал вместе с каким-то непонятным мутантом его фабрику, и затем на нечёткую фотографию этого же «призрака» во время драки у одного из ночных клубов этой ночью.

– Ладно, Сабитов. Есть у меня ещё кое-какая информация… Но только между нами! «Призрак», что всё это устроил, передал мне записку с извинениями за фабрику. Мы ищем его, но безуспешно… Фотографий и видео всего несколько, но лицо совершенно нечёткое. Понятно лишь, что это мужчина. Если появятся соображения о том, кто это может быть, сообщи, будь добр. Очень уж хочу с ним пообщаться…

Дела столичные

Звёзды склонились над страдающим старшим сыном покойного главы рода Берестьевых, что едва не потерял и мать. Когда врачи сообщили, что она вышла из комы и её показатели начали стабилизироваться, Владимир даже сперва не поверил.

«Скорее уж это ложь врагов и прихвостней регента, нежели правда! Всё, чтобы поиздеваться надо мной!..» – подумал он тогда сгоряча.

Быстро придя в норму, Владимир отправился из номера столичной гостиницы, что оплатил дед, в императорскую больницу в сопровождении своего надзирателя Екатерины Измайловой. И как выяснилось, новость не была шуткой. Войдя в палату, он увидел полные эмоций глаза матери, что говорили красноречивее тысячи слов. К её лицу была приставлена кислородная маска. Обессиленная женщина волевым рывком её стянула и хриплым, не своим голосом позвала сына.

– Матушка! – Владимир бросился к ней, благодаря всех богов, все высшие силы, всё на свете за то, что она начала поправляться. – Не снимайте маску! Вдруг вам станет хуже…

Владимир переживал, что весть о её выходе из комы распространится как пожар, и скоро здесь будет не продохнуть от следователей. И он оказался прав. Те прибыли всего через пять минут после того, как он сам вбежал в палату.

К его удивлению, стоящая молчаливой статуей подле двери Екатерина Измайлова вмешалась, отвлекая внимание своих коллег, пусть и не из магического корпуса. Владимир с благодарностью посмотрел на девушку, выпроваживающую следователей по делу о покушении.

– Сынок, долго я так лежу?

– Уж две недели почти… Врачи говорили, что состояние ухудшается, что есть риск отказа лёгких и печени, что смерть может наступить в любой момент… Целители приходили каждый день и поддерживали в тебе жизнь. Я, честно говоря, уже и не верил в положительный исход. Дед только вчера улетел из столицы…

Не успел Владимир вспомнить о главе рода Золотарёвых, как тот объявился, звоня по телефону.

– Это правда?! Очнулась?! – первой же фразой дал граф понять, что у него в больнице есть свой человечек, что предоставил ему столь важную информацию.

– Да, деда. Я в палате. Сейчас видео включу… – тут же отреагировал внук, позволяя родственникам разделить момент радости.

К сожалению, разговор слишком быстро прервали. Екатерина зашикала, предупреждая о чрезвычайно важном визитёре, остановить которого она была не в силах.

– Я вылетаю в Москву! Внук, не отходи ни на шаг от матери, пока я лично не прибуду! Слышишь?! Напали раз, нападут и второй. Мои старые друзья разместятся поблизости, в паре кварталов от вас, они помогут в случае чего…

– Ваша помощь не понадобится, граф. У империи хватит сил, средств и людей, чтобы обеспечить безопасность человека, которому я самолично это гарантировала.

В один миг ситуация изменилась. Екатерина словно испарилась: её вывели имперские гвардейцы регента империи. Берестьев крайне удивился такой скорости реакции.

«Она прибыла всего на десять минут позже, а значит, менее чем за двадцать минут с момента появления новостей… Хотя наверняка она узнала об этом даже раньше меня… Впрочем, всё равно приехала очень быстро…»

– Благодарю за заботу, ваше императорское величество Стефания Алексеевна, – раздался из телефона голос Золотарёва.

– Как вы себя чувствуете, Мария Васильевна? Можете говорить?

Женщина с едва скрываемым презрением и ненавистью посмотрела на ту, кто отдал приказ об убийстве её мужа, а также о заточении и пытках сына. Той, из-за кого второй её ребёнок вместо обещанной спокойной и размеренной жизни был вынужден вести собственную игру на грани жизни и смерти.

– Видимо, не очень. И тем не менее я бы хотела с вами пообщаться. Молодой человек, уберите телефон, сдайте его моим сопровождающим. Сами можете остаться тут. К вам у меня тоже есть небольшой разговор, – не терпящим возражений голосом произнесла регент, стоя в окружении бойцов, силы каждого из которых было достаточно для боя с Химерой один на один.

Стефания щёлкнула пальцами, и техномагическое устройство создало непроницаемый для звуков барьер.

– Итак, теперь, когда нам с вами никто не помешает, я бы хотела внести немного ясности между нами. Я действительно рада, что вы выжили и пришли в себя. Клянусь своей силой и своим статусом, что ни мои руки, ни длинные руки имперской разведки и службы внутренней безопасности не были приложены к этому инциденту. Враг проник в империю и, увидев раскол между представителями старой власти и новым законным правителем, решил вбить клин, что лишь усугубит наше положение. Я много думала, ночами не спала, пытаясь понять, почему всё сложилось именно так и как избежать того, о чём мечтают наши враги и «дорогие сердцу» соседи.

Стефания Романова сделала паузу, внимательно смотря на реакцию собеседников. Она ведь была псиоником-эмпатом, и подобные беседы, в которых требуется войти в доверие к слушающему, её профиль. На могущественных людей своей силой она практически не могла повлиять, но эти двое к таковым не относились. Пятый и шестой ранги для неё ничего не значат.

Своё фирменное восприятие настроения собеседников Стефания высвободила с самого начала, и после вступительной речи она ощутила, как ненависть, скрываемая глубоко внутри сына и матери, начала постепенно отступать.

«Слова не о себе, а об империи всегда неплохо влияют на таких, как они», – мысленно улыбнулась регент и, удовлетворившись первым эффектом, продолжила:

– К моему огромному разочарованию, заказчики нападения так и не были найдены, за что уже два генерала и множество офицеров были смещены со своих должностей, а некоторые даже лишились погон. Последний след привёл нас к дому в каком-то болоте, где обнаружены неидентифицируемые останки трёх человек. Кто-то очень сильный, талантливый и подготовленный обрубил все хвосты с одной-единственной целью – не дать России найти общий язык между разными группами.

Если у вас, Мария Васильевна, есть какие-то мысли о нападавших, сейчас