мной. Другими бойцами занялся призванный Гардисто — потоки темной энергии оборвали грохот выстрелов и крики боли.

Через минуты полторы Вертиго, как и Мелкому, довелось на своей шкуре испытать объятия «жидкого робота».

Он раскололся еще быстрее, сообщив, где искать Саймона, но Гардисто перестарался с объятиями. Наверное, древний страж рехегуа хорошо считывает «напряжение в моем гормональном фоне», как говорил один рапторианец.

***

В дальней комнате нежно звенели колокольчики, а в просторной и светлой, пропахшей благовониями, где находились мы, стоял небольшой столик, на котором паровал медный чайник. За спиной, прикрыв меня со всех сторон, растекся каплей Гардисто, получивший указание распылить любого, кто попытается мне навредить.

— Нужно подождать, пока заварится, — сказал мужчина, сидевший передо мной, и снова надолго замолчал, перестав даже шевелиться. Лишь блеск узких глаз, уставившихся на меня, напоминал, что человек не спит. — Ваш стражник пьет чай?

— Это древний страж рехегуа, — ответил я. — Он питается реликтовым излучением.

Мужчину звали Ли Хуанг, он был тигром, то есть одним из трех боевых генералов Триады, как он сам объяснил, и, хотя путь к нему был недолгим, но все же — очень однообразным и кровавым. Я словно проходил уровни старой аркады, в конце каждого встречая и побеждая очередного босса.

Вертиго, по всей вероятности, предупредил своего босса Саймона обо мне через голографический интерфейс, а потому встречали меня силами, втрое превосходящими те, что были в Яме. Помехой это не стало, но пришлось использовать пошаговый режим, иначе силовые щиты с такой концентрацией огня могли не справиться.

Саймон к тому моменту уже скрылся, и мне пришлось преследовать его через Ла-Манш. Эпический мод «Снайперский вихрь» и точный выстрел помогли повредить двигатель его флаера, что позволило перехватить Саймона и взять его на подлете к берегу бельгийского дистрикта. Крепко сложенный британец с седой бородой держался смело, но все же заостренная конечность Гардисто, направленная в глаз, напомнила ему, как хороша жизнь, и он выдал местоположение Профессора.

Наученный горьким опытом, я нокаутировал Саймона, чтобы тот никого не предупредил, погрузил его в мусорный бак, и полетел в Кембридж, потому что Профессор оказался настоящим профессором, который преподавал в престижном учебном заведении.

Всегда приятно иметь дело с умным человеком — Профессор не стал создавать проблемы. Выслушав предложение и приняв во внимание мои доводы, он просто перенаправил мое предложение наверх некоему Агусу.

Коренастый хитроглазый индонезиец по имени Агус отправил за мной своего человека, принял в своей крепости на острове в Японском море, выслушал, но на этом его благоразумие закончилось. Комната, где мы встречались, заблокировалась, окна и двери затянулись металлическими щитами, воздух наполнился едким газом, а из потолка вылезли плазменные турели.

Когда мы с Гардисто выбрались из ловушки и вступили в бой с намного превосходящими нас силами боевиков, Агус попытался сбежать в суматохе, но был настигнут шальной очередью «Коррозии», на которую я перешел из-за большей скорострельности, чем у «Кромсателя».

К счастью, его помощник, низкорослый старик с седой бородой до колен, владел информацией обо всех делах мастера, и он же соединил меня с Ли Хуангом.

С экрана коммуникатора Ли Хуанг внимательно изучил руины, оставшиеся от крепости Агуса, выслушал старика, после чего обратился ко мне:

— За вами тянется громкий и грязный след, мистер Райли. Признаю, вы умеете добиваться своего. Я готов с вами встретиться, если вы дадите мне слово не причинять вреда ни моему дому, ни его обитателям.

Я дал такое слово в обмен на обещание не причинять вреда мне, после чего от Ли Хуанга прибыл обычный гражданский флаер с автоматическим управлением. Через полчаса я оказался в горной резиденции.

Приставленная ко мне девушка-андроид сообщила, что это потайная база для встреч девяти руководителей организации, одна из новейших, и что сам господин Ли Хуанг прибыл сюда недавно, после чего велел везти меня.

За время моих передвижений по миру мою личность проверяли дважды, и оба раза без всяких для меня проблем. Криминальные способности Лексы впечатляли — надо же, так легко обмануть неуязвимую систему гражданского контроля!

— Не думайте, что мне действительно интересно ваше предложение, — нарушил молчание Ли Хуанг. — Но я не могу нарушить древние традиции и правила организации. Вы достигли моих ушей, значит, я обязан вас выслушать, мистер Райли. Вы сообщили о чем-то, что может быть важным для организации, значит, я должен сообщить об этом всем Головам Дракона. Кроме того, как я уже сказал, за вами тянется грязный след. Такое не прощается, вы должны были это понять, когда навлекли на свою голову последствия за убийство наших людей на Сидусе.

— Из каждого правила бывают исключения, — уверенно сказал я.

Он ответил не сразу, словно не услышал меня, или долго думал.

— Бывают, — не стал спорить Ли Хуанг. — Но не мне решать, я всего лишь тигр, а это вопрос для драконов. Что касается меня, то для меня ты тот, кто убил моего человека. Грег Голова был никто, перхоть, но он служил мне, он был моим, а я спрашиваю за своих.

— Я одолел его в честном поединке, к тому же дрался один против пятерых, и победил.

И снова он промолчал, и молчал с минуту, и я тоже хранил молчание, уже поняв его тактику — он не дает сразу ответа, чтобы смутить, сбить с толку, заставить заполнить тишину болтовней и выдать что-то еще. Убедившись, что продолжения не последует, он сказал:

— Это неважно, мистер Райли. Око за око, только так.

В такой странной беседе, когда между репликами проходило по несколько минут, а воздух густел все больше, наполняясь сладковато-приторными ароматами благовоний, прошло несколько часов. Ли Хуанг невозмутимо сидел в одной позе, а я старался не уснуть, но все же задремал, контролируя происходящее вокруг…

Заставил себя пробудиться, когда тишина сменилась шорохом одежды, шепотом, шагами вокруг, и услышал тихие голоса — мужские, с различными акцентами, немолодые, некоторые даже скрипучие, старческие, и один женский.

Именно женщина сейчас и говорила:

— …всегда успеем. Случай неординарный.

Открыв глаза, я поднял голову. Семь мужчин расположились вокруг столика, удобно возлегая на подушках. Немолодая женщина, судя по внешности, латиноамериканка, улыбаясь, смотрела на меня.

Немного смутившись, я под оценивающим взглядом восьми (интересно, где девятый?) пар глаз сел, велев Гардисто взять под прицел всех присутствующих, и только потом сообразил, что все же никто из лидеров Триады, кроме Ли Хуанга, не рискнул присутствовать во плоти — это были голограммы. Неотличимые от реальности, но все же ненастоящие. Что ж, этого и следовало ожидать.

— Здравствуйте, — сказал я. —