— Киша, не надо резать, — осклабившись, велел Мелкий. — Наш друг кэп хочет еще пообщаться с девочкой…

На самом деле я смог поговорить с Микки минут двадцать. Бандиты увлеклись осмотром оружия, потом начали обсуждать, кто на Земле может взломать систему привязки оружия и за сколько фениксов это можно сделать, а если нельзя, то за сколько можно продать неотвязанный заблокированный тазер редкого качества.

Следующим прикормом я выдал бандитам рапторианский волновой модулятор. Поняв, что и он заблокирован, бандиты засуетились еще больше, начали куда-то звонить и с кем-то договариваться, а Мелкий подошел ко мне и взволнованно поинтересовался, сколько всего у меня оружия.

— Много, — сказал я. — Но если хотите его получить, мне нужно что-то большее, чем даете. Например, жизнь.

Перспектива стать миллиардерами вскружила им головы. Мелкий начал откровенно рассуждать о том, что то, что капитан Райли предлагает в качестве компенсации за жизнь Грега Головы, превосходит стоимость жизни десятка таких, как тот, и по-хорошему неплохо бы собраться всей бригаде и обдумать все хорошенько. Пепел, косясь на меня, шипел, что некий Саймон такого не спустит, что меня надо кончать «по-бырому», а то им всем «звездец за попытку быть самыми умными». Шрам колебался, а трое молчаливых кивали лысыми головами и курили косяки один за другим.

Третьей порцией я выдал бандитам эпический комплект доспехов производства огья, и это произвело настоящий фурор.

Микки окончательно оттаяла и будто забыв, где находится, рассказывала мне об однокласснице Габриэле, которая ее достает своими придирками. На заднем плане Бертран переговаривался с Джослин, скулил, жаловался и своим нытьем достал даже ее. Мужчина моей бывшей недоумевал, что за игру я веду и почему просто не сделаю то, что от меня хотят, чтобы их поскорее отпустили, ведь это неслыханно: их так долго держат в таких антисанитарных условиях, а у него сегодня уже пропущен пилатес, не говоря уже о сбившемся режиме питания, все полетело к чертям, и качество сна тоже наверняка ухудшится. Он бесил меня, потому что заглушал речь Микки, но я делал вид, что не слышу его, что поглощен разговором с дочерью, потому что вот-вот должен был наступить момент действовать.

«Будь готов через десять секунд», — наконец написала мне Лекса.

Мелкий возник передо мной и грубо вмешался в наш разговор:

— Продлевать будешь, кэп? Гы-гы…

— Буду, — сказал я. — Щас такую штуку выдам, обоссышься, Мелкий. Эпик!

Тот потер руки:

— Давай-давай!

— Микки, — сказал я, глядя на дочь, которая закивала, пока не понимая, к чему я клоню. — Помнишь, как мы играли в «Защиту крепости»? Представь, что мы снова в нее играем, и ты — мирный житель. Готова? Три… Два…

Понеслась! Микки упала лицом вниз, прикрыв голову руками, следом повалилась догадавшаяся о чем я Джослин, потом — яркая вспышка голограммы, обрыв связи, материализующаяся у меня в руках «Задняя нога», и матовая капля, вытекающая из точки в воздухе на уровне глаз Мелкого.

«Чисто, твои все целы», — доложила Лекса.

Страж стек из своего измерения на пол и трансформировался в двухметровую каплю.

— Познакомься: эпический древний страж рехегуа, — сказал я Мелкому. — Крайне редкий, практически уникальный! Забирай, братан, если унесешь — он тяжелый.

Пока бандит ошалевшими глазами смотрел на Гардисто, тот, выполняя мою команду, выдал поток темной энергии по остальным. Те осыпались исчезающей, растворяющейся в воздухе трухой, а я в это время освободил себя.

Бывшая конечность Убамы рассекла металлическую ручку шкафа, как лезвие — бумагу, потом так же просто развалила силовые браслеты на ногах.

Спрыгнув со стола для покойников, я размял затекшие мышцы и недобро взглянул на Мелкого. Он, хоть и человек выше среднего роста, все равно уступал мне полголовы, а оттого, что ссутулился и втянул голову в плечи, готовясь к смерти, показался мне действительно мелким.

Опомнившись, он расстрелял в меня весь заряд бластера, но живая броня почти сразу восстановилась. Подойдя к нему, я отобрал оружие.

Мелкий в ужасе озирался, но сбежать или побоялся, или не смог — ноги стали ватными. Он не просил пощады, не умолял, он, казалось, лишился дара речи — уж слишком резким был поворот событий. Минуту назад он видел себя без пяти минут миллиардером, хозяином положения, властителем судеб и лидером банды. Сейчас он был никем.

Он оставался жив лишь потому, что мне нужна была информация. Освобождение и расправа над этими мелкими бандитами Мелкого не решала проблемы в корне. На меня все еще охотятся, причем и власти, и Триада. И даже если я скроюсь на Сидусе, никто не гарантирует безопасности для Джослин и Микки.

Все, что я знал, это только то, что человек по имени Саймон, который, очевидно, в бандитской иерархии занимает ступеньку повыше, считает меня мертвым и доложил об этом кому-то еще выше. Чтобы добраться до самого верха, мне нужен этот Саймон.

— Где можно найти Саймона? — спросил я у Мелкого. — Мне нужна вся информация о нем.

К нему приблизился Гардисто и подчиняясь моей мысленной команде, направил острую конечность ему в глаз. Ближе, ближе…

Стоит отдать Мелкому должное, как бы он ни был напуган, да что там — он считал себя покойником, он был в ужасе — раскололся не сразу, а лишь когда Гардисто коснулся матовой иглой конечности его глазного яблока. А когда заговорил, оказалось, что он мне и не нужен:

— Саймон — большой босс, тебе его не достать даже со всеми твоими штучками. — Он покосился на Гардисто, откатившегося в сторону и безмолвно и неподвижно вставшему у входа, но уверенности в голосе Мелкого не было. — Но Саймон послал сюда Вертиго. Это его правая рука. Хотят лично посмотреть на твои пушки.

— То есть Саймон знает, что я жив?

— Нет, сказали ему, что ты все отдал перед тем, как отбросить коньки. Короче, Вертиго везет сюда эксперта по оружию чужих. Будет через часа два, ему тащиться через полконтинента.

— А здесь что вообще?

— Морг, — пожал плечами Мелкий. — Наша база, прикрытие. Голова привозил сюда тех, кого не должны были найти…

В этот момент в дверь требовательно постучали. По всей видимости, ногами. Мелкий вжал голову в плечи. Оставив с ним Гардисто — страж шустро каплей ртути перекатился к нему и растекся вокруг него в полный рост, — я открыл дверь.

За порогом, улыбаясь, стояла Лекса, за ее спиной прятались Джослин, Микки и Бертран.

В следующее мгновение я попал в объятья сразу двух женщин — настоящей и будущей — Лексы и Микки. Первая крепко прижалась, но тут же разжала объятья, чтобы освободить