заботливую наседка, окружающая единственного цыплёнка удушающей заботой.

Магия понемногу поддавалась контролю. Я научилась поджигать свечи с первой попытки, не устраивая пожар при этом, создавать полупрозрачный щит размером с обеденную тарелку и даже левитировать небольшие предметы: чайные ложки, перья и даже яблоки. Правда, с концентрацией было по-прежнему плохо.

— Это нормально, — успокоил Карл после очередной неудачи, когда чашка со звоном разбивалась вдребезги об пол. — Магия как мышца. Тренируется со временем. Через месяц-другой будете удерживать предметы по полчаса.

— А через год смогу летать на метле? — съязвила я, подметая осколки.

— Если очень постараетесь — возможно, — совершенно серьёзно ответил он, и я не поняла, шутит или нет. — Но зачем вам летать на метле? Это же неудобно!

Ответа я так и не придумала.

После очередного изнурительного занятия с Карлом я вернулась в свою комнату, чувствуя себя выжатым лимоном. Хотелось просто рухнуть на кровать и проспать до утра.

Взгляд случайно упал на зеркало. Отражение смотрело на меня с укоризной: бледное лицо, тёмные круги под глазами, и эта прокля́тая лысая макушка, полированная, как бильярдный шар.

— Ужасно выглядите, миледи, — с сочувствием прокомментировало зеркало. — Совсем измучились. И эта лысина… простите, но она вас не украшает.

— Спасибо, что напомнило, — мрачно буркнула я, плюхаясь на пуфик перед туалетным столиком. — Как будто я сама не вижу.

Я устало провела рукой по гладкой, лишённой волос голове и с горечью подумала: «Было бы здорово, если на этой несчастной лысине появился пушок. Хоть какой-нибудь».

Словно в ответ, макушка зачесалась, заколола тысячей крохотных иголочек. Я вскрикнула от неожиданности и схватилась за голову. Пальцы тотчас мягко защекотал едва пробившиеся рыжеватые волосики.

— Боги, что это? — выдохнула я, не веря своему счастью. — У меня появился пушок? Это я сделала? Просто подумала — и получилось?

— Поздравляю, миледи! — зеркало полыхнуло от радости. — Вы снова будете красавицей, когда отрастите прилично.

Следующие два часа я просидела, уставившись в отражение и отчаянно силясь отрастить волосы ещё хотя бы на десяток сантиметров. Представляла роскошную каштановую волну, ниспадающую до самых колен, как у принцессы из сказки. Рисовала в воображении, как волосы быстро и послушно растут. Но пушок так и остался пушком – рыжеватым, тоненьким и с проплешинами.

Зато к моему огромному, невероятному облегчению, брови и ресницы вернулись на своих законных местах, сделав меня снова похожей на человека, а не на инопланетянина.

— Ну и ладно, — сдалась я, поднимаясь с пуфика. — Пусть волосы растут в своём темпе. Пушок сегодня, а там, глядишь, через недельку-другую и до приличной длины дорастут. И больше не придётся носить дурацкие парики.

Наутро дом проснулся от моих истошных, душераздирающих воплей, которые наверняка разбудили всю улицу.

Минди влетела в спальню с видом человека, ожидающего столкнуться лицом к лицу с убийцей. Карл ворвался следом, размахивая скалкой. Видимо, схватил первое, что попалось под руку на кухне.

— Миледи! Что случилось?! — не обращая на меня внимания, горничная заметалась по комнате, пытаясь найти источник опасности.

Глядя на слуг с выражением немого ужаса, я указала на собственную голову

Волосы, которые вчера категорически отказывались расти дальше пушка, за ночь выросли до самых пяток! Густые, рыжие, переливающиеся в утреннем свете огненно-красным отливом, они лежали на полу роскошной волной, путаясь под ногами. Кроме того, они оказались невероятно тяжёлыми.

Голова то и дело запрокидывалась назад под весом этой шевелюры, словно кто-то привязал к затылку мешок с камнями. Шея ныла от напряжения, а мне казалось, что я чувствую каждый волосок.

— Всеясные Боги! — ахнула Минди, прижав руки ко рту. — Вас… вас кто-то проклял, миледи!

— Никто меня не проклял! Я жертва собственной магии, — простонала я и повернулась к вознице. — Карл, сделай что-нибудь!

Карл окинул меня ошалевшим взглядом, почесал подбородок скалкой и хмыкнул:

— Боюсь, миледи, вам здесь только ножницы помогут.

Оправившись от шока, Минди метнулась к шкафу, вытащила огромные портняжные ножницы и решительно направилась ко мне.

— Стойте смирно, миледи. Сейчас исправим это недоразумение.

— Режь их к чёртовой матери! А то у меня скоро шея отвалится.

Следующий час, сопя от натуги, Минди срезала длину. Волосы падали на пол шелковистыми рыжими прядями, образовав целую гору. Наблюдавший за процессом Негодяй заинтересованно каркал и даже попытался утащить несколько локонов. Зачем ворону потребовались мои волосы, осталось загадкой.

Наконец, когда со стрижкой было покончено, я облегчённо вздохнула. Избавившись от такой тяжести, шея перестала болеть, да и настроение значительно улучшилось. Впервые за долгое время я выглядела не как арбуз.

— Вот так лучше, — удовлетворённо констатировала Минди, отступая и критически оценивая результат. — Хотя жаль. Все же длинные волосы — это красота женщины.

— Бесполезная красота, — буркнула я, разглядывая свою стрижку в зеркале. Конечно, из горничной парикмахер так себе. Но длину до лопаток спрятать под шляпкой куда проще, чем косу в кулак толщиной. — Я не собираюсь ходить, спотыкаясь о собственные волосы.

Зеркало театрально всхлипнуло и проскрипело:

— Варварство! Резать такие шикарные волосы — настоящее варварство!

Но на следующее утро всё повторилось с пугающей точностью. Снова волосы до пяток. Мои вопли. Минди с ножницами, как палач с топором.

Так прошла целая неделя абсурда. Я просыпалась, запутавшись в своих волосах. На крики прибегала горничная, которая снова обрезала рыжие локоны. Как день сурка, только с волосами.

— Похоже, на самовоспроизводящееся проклятие, — предположил Карл на пятый день, наблюдая за очередной стрижкой.

— Вряд ли, — вздохнула я. — Я же случайно их вырастила. Просто хотела, чтобы они были чуть длиннее и красивее, чем были до этого.

— Я бы предложил обратиться к Гильдии Целителей. Но если это не проклятие, то вряд ли они что-то подскажут.

К концу недели я просто смирилась с образом Рапунцель. Когда утром в спальню в очередной раз вошла Минди, вооружённая ножницами и решительным выражением лица, я подняла руку:

— Не надо.

— Что «не надо», миледи?

— Не обрезай. Оставь как есть.

Минди чуть не выронила ножницы:

— Но они же до пола! Вы не сможете ходить!

— Заплету в косу. Обмотаю вокруг головы. Или соберу в пучок размером с подушку, — я устало пожала плечами. — Если магия так хочет, чтобы у меня были длинные волосы, то пусть они будут. Я стала бороться.

Ещё несколько дней ушло на то,