дракон. Как он помещался в принце и куда девалась лишняя масса при обороте, я старалась не думать.

Несмотря на размеры, он выглядел скорее грациозным, чем устрашающим.

Значит, наши усилия не пропали даром.

Еще одна вспышка — и напротив припал к земле серебристо-белый ящер с короткими крыльями, больше похожий на змею из-за длинного хвоста и тела. Как при таком строении он умудрялся летать — не знаю, но в воздух поднялся легко и непринужденно.

— Будь осторожен, — крикнула я взлетевшему следом Гуангмину.

Сердце замерло при виде кружащих над поместьем противников.

За кого болеть?

Больше всего, если честно, мне хотелось, чтобы этого боя вовсе не происходило. Но умом понимала, что иначе никак. Мужчины должны выяснить, кто из них сильнее, отчаявшийся отец должен получить возможность выплеснуть свой гнев, а пришлый принц — доказать, что его следует уважать не только за титул.

До смерти одного из них дойти не должно.

Но тревога не отпускала все равно.

Оба дракона были сильны. Господин Цинь старше и опытнее, Гуангмин — горячее, быстрее в силу молодости и порывистее. Они слетались, сцеплялись в клубок и разлетались в стороны, посылая в небеса клочья чешуи и шкуры. Пар от столкновения льда и пламени превратился в клубящееся облако, в котором невозможно было разобрать силуэты.

Первым из него вынырнул ледяной. И почему-то понесся к земле.

Точнее, прямо на меня.

Разявил зубастую пасть, выдыхая искрящийся холодом поток плазмы. Таким, наверное, и прорезали в свое время тоннели в граните.

Гуангмин метнулся вниз быстрее света, прикрывая меня распластанными крыльями.

Идиотский поступок, если подумать. Какой вред мне могло причинить ледяное пламя?

Но он не рассуждал. Действовал на инстинктах.

И отец это понял.

Синеватый огонь погас так же резко, как загорелся. Гуангмин охнул, пошатнулся и осел в образовавшуюся из растаявшего снега грязь.

— Позаботься о нем, — бросил господин Цинь, приземляясь и превращаясь обратно в человека. — Мы пока составим предварительное соглашение для империи.

— Только не ставьте туда ничего вопиющего, — молящим тоном попросила я, тревожно поглядывая на пребывающего без сознания принца. Вот кто его просил геройствовать?

— Разберусь, — хмыкнул отец почти беззлобно.

Боль от утраты сына не исчезла, но притупилась от осознания того, что изгоев могут принять обратно.

Мало того. Учитывая мой возможный брак с принцем, у рода Цинь появляется немалый шанс приблизиться к престолу.

— Имей в виду, мы не станем претендовать на трон, — поспешно добавила, внимательно глядя на реакцию правителя. — Я не пойду против императрицы. Вообще бы во власть не полезла, но отдавать право наследования кузену не хочу. Он еще наворотит дел, втянет ледяных в очередной виток проблем…

— Я понял. Вы останетесь здесь, — с нескрываемым сожалением вздохнул господин Цинь. — Жаль, конечно, но так, наверное, даже лучше. Зачем полностью присоединяться к империи, если можно стать союзным, но суверенным государством? Вряд ли ледяные захотят подчиняться золотым. Не для того мы столько столетий проливали кровь!

— Да, так гораздо лучше, — с превеликим облегчением улыбнулась я.

Все же связанные браком две страны намного выгоднее и спокойнее в перспективе, чем вошедшая в состав империи провинция. Да и на трон претендовать Гуангмин уже не сможет, если станет моим консортом. Императрице будет спокойнее.

Сплошная выгода для всех.

Доволочь бесчувственного принца до убежища оказалось сложнее, чем я думала. Под конец едва переставляла ноги, но не сдалась — дотянула его до лежанки и с облегчением рухнула рядом.

— С тобой все в порядке? — негромко уточнил Гуангмин, не открывая глаз.

— Ты что, притворялся⁈ — рявкнула я, от души втыкая кулак ему в солнечное сплетение.

Принц охнул и согнулся пополам:

— Полегче, у меня все-таки ожог!

— Тебя зацепило? Дай посмотреть! — тут же встревожилась я, силясь распахнуть полы его халата. Мин не сопротивлялся, позволив обнажить идеальную рельефную грудь, сейчас покрасневшую и местами покрытую неприятного вида пузырями. — Нужен целитель, срочно! Потерпи, я позову кого-нибудь…

— Само пройдет. Ложись рядом, — принц привычно притянул меня под бок и обнял, не позволяя суетиться. Я дернулась пару раз и притихла, искоса глядя на совершенный профиль.

— Ты не против того, что я сказала отцу? Если ты нацелен на трон…

— Меня никогда особо не интересовала власть, как, полагаю, и тебя, — криво усмехнулся Гуангмин. — Поверь, если мне придется стать твоим консортом, это уже в разы больше ответственности и обязанностей, чем мне когда-либо хотелось бы иметь. Хорошо, что твой отец жив и здоров. Надеюсь, к моменту смены власти наши дети достаточно подрастут, чтобы спихнуть трон на первенца.

Я хохотнула в голос, скорее нервно, чем весело, но от истерики удержалась.

Господин Цинь вроде бы принял моего партнера по культивации, но это полдела. Еще нужно как-то подданных убедить в том, что их недавний противник и смертный враг — достойный кандидат в мужья принцессе. Но, учитывая мою упертость и стойкую силу Гуангмина, уверена, мы справимся.

— Меня сейчас беспокоит первичный договор, — продолжал тем временем принц. — Со стороны империи, почти уверен, будет предложена амнистия, возможно, обмен посольствами. Опять же, товарообмен. Моего дядюшку, конечно, придется наказать, но не до смерти. Все-таки у него есть налаженный канал поставок, глупо было бы обрывать его из-за банального воровства. Отдаст награбленное — и пусть дальше укрепляет мир между странами. Только вот у меня есть некоторые сомнения в выгодности такой торговли. Ведь золото у ледяных не бесконечно!

— Мы тоже можем найти, что поставлять ко двору, — я глянула в окно на заснеженную равнину, и в голове щелкнуло. — Например, мороженое!

В горле забулькал неудержимый смех. Истерика все-таки прорвалась, но не сокрушающая, а умиротворяющая. Накопившийся страх выходил спазмами, уступая место твердой уверенности, что все будет хорошо.

Эпилог

Мое появление верхом на драконе произвело неизгладимое впечатление на гвардию императорского дворца.

Точнее, меня они разглядели не сразу. Их внимание приковало сияние золотой чешуи третьего принца. Теперь, когда он вновь обрел ипостась, власть императрицы пошатнулась. В конце концов, она всего лишь женщина с консортом, а тут — законный сын с полноценным драконом, без примесей посторонней крови фейри…

Ничего удивительного, что приняли нас настороженно. Лишь завернутый в шелк договор, тщательно составленный накануне отцом, немного успокоил придворных и императрицу. Там четко, в первых же строчках, значилось, что представителями ледяных на первых порах переговоров будут принцесса Цинь, старшая дочь правителя, и ее консорт, генерал Гуангмин.

Ее величество вздернула бровь и окинула принца испытующим взглядом.

— Вы хотите сказать, уважаемый брат, что согласились на эту авантюру по доброй воле? И никто вас не шантажировал