— Пыточные? — ошеломленно переспросила я.

— Конечно. А как же еще узнать у предателей, что они замышляют, — как само-собой разумеющееся ответил мужчина.

— Кошмар, что за средневековье тут у вас? — осиплым голосом спросила я.

На что Аргус повернул голову, и не сбавляя шага, с ехидством ответил:

— Не у вас, а у нас. Отныне это и ваш дом, моя королева. Привыкайте. Это мы понимаем, что вы потеряли память, но, если кто-то из поданных узнает, могут пойти нехорошие сплетни. А за сплетнями могут начаться и бунты. Бунт мы, конечно, подавим, но не хотелось бы терять поданных. Их и так последнее время из-за невыносимых морозов стало мало.

— А если я не хочу, — спросила я.

— Что не хочу? — переспросил мужчина, опять наклонив голову на бок, от чего стал сильнее похож на любопытного кота.

— Не хочу быть королевой? Я хочу обратно…

Но ответил Теурус, и не так как мне хотелось бы:

— Мы пришли, здесь вход на лестницу на пятый этаж. Открыть их сможете, только вы. Наверное, — добавил он задумчиво. Сделал шаг назад встав полу боком и махнул приглашающе рукой, указывая мне на очередные высоченные ледяные двери.

Глава 7

— Стоп, — я вдруг кое-что вспомнила, о чем за всеми этими перипетиями совершенно забыла, — вы говорили, что это я построила этот замок, верно?

— Верно, этот замок был от и до построен вами, моя повелительница, — сказал Теурус.

— Но, когда я успела это сделать? Я же точно помню тронный зал, и вас в корзине, и я тогда была совсем ребенком? — я уставилась на мужчину с подозрением.

— Вы создали его незадолго до знакомства с нами, моя королева, — спокойно ответил тот. — Ваша сила с детства была велика. До вашего появления у Мороза не было вообще никакой резиденции. Он ведь Бог, и она ему не нужна.

— Ничего не понимаю, — пробормотала я. — А как он умер, тогда?

— Он не умер, вы ведь видели его в ритуальном зале. Там вы заточили его сами.

— Я, — сказать, что я была поражена, значит ничего не сказать. — Он нас чуть не прибил! Не похож он на узника! Еще и вышвырнул за двери, как нерадивых детишек…

— Такова была основная версия вашего восхождения на трон, — пожал плечами мужчина. — Мы не были непосредственными участниками тех событий.

— А когда появились вы в моей жизни?

— Моя королева, время… нам надо поторопиться. Волки ждать не будут. Любое ваше промедление — минус жизнь очередного оленя, — прервал мои вопросы Аргус.

А я осознала, что он прав. Хоть и хотела узнать чуть больше, но проклятые волки…

Поэтому взялась за дверь и потянула её на себя, и она спокойно открылась. Мои мужчины опять с шумом выдохнули. Видимо не ожидали, того, что произойдет.

Интересно…

Мне явно в чем-то дурят голову, только в чем именно, не понятно.

За дверью опять был лишь сизый туман. Я подумала, что раз Мороз нас не убил, то не должен и сейчас это сделать и шагнула внутрь, а туман тут же развеялся, явив мне обычный длинный коридор. С одной его стороны были широкие панорамные окна, а с другой — двери.

Естественно, первым делом я рванула к первому же окну, надеясь хоть так понять, где я нахожусь, а когда увидела, то просто рот раскрыла от шока.

За окном было бушующее море. Причем на море явно был шторм. Только до нас не доносилось ни одного звука.

— Это Северный Ледовитый океан, — услышала я голос Теуруса. — Если не ошибаюсь, в следующем окне вы должны увидеть Южный океан.

— Что? — не сразу поняла я о чем вообще речь. — Мы на Земле?

— Конечно на Земле, а где же нам еще быть, — пожал плечами мой страж.

Двое других стояли рядом и как мне показалось, завороженно смотрели в окно. Судя по всему, они здесь впервые. Но зрелище, действительно было прекрасным. Необузданная стихия, завораживала своей мощью. Жуткое и одновременно восхитительное зрелище.

Я подошла к другому окну и увидела совершенно спокойное море, с плавающими то тут, то там льдами.

— Как такое возможно? — протянула я.

— Вы своей силой это сделали, — это был уже Аргус, в голосе которого мне почудились уважительные нотки, но когда я посмотрела на мужчину, то опять увидела лишь равнодушие.

— Если я это сделала, то почему ничего не помню? — спросила я у всех сразу.

— В следующем окне, вы можете увидеть континент Антарктиду. А там тундру и Аляску. А в следующем другие более мелкие острова, находящиеся на Северном и Южном полюсе, — сказал Теурус. — В этих окнах видны, только ваши владения.

Я прошла к следующим окнам и действительно увидела то, о чем сказал мужчина, и повернувшись, внимательно посмотрела на него.

— Если мы на Земле, почему Снежную Королеву и Мороза считают сказочными персонажами?

— Основные главы правительств знают о вашем существования, моя повелительница, остальным смертным знать это не обязательно, для их же спокойствия. Как и о наличии богов на других континентах.

— Богов на других континентах? — чуть ли не по буквам произнесла я, пока мои брови улетали от удивления куда-то к небесам.

— Велес, он же оборотень медведь — в северо-восточной Евразии, наиболее значимая фигура у славян, а также единственный… можно сказать друг, вашего отца — начал со скучающим видом перечислять Теурус, — множество богов в Северной и Южной Америке. Их список могу дать вам позже. Они для нас не столь важны, мы с ними очень редко пересекаемся. У скандинавов — Один. Тоже довольно значимая фигура. Скорее всего навестит вас в ближайшем будущем. — А пока я пыталась поднять челюсть с пола, Теурус продолжил: — Есть еще множество африканских и азиатских богов. Как и южно-европейских. Когда-то люди о вас знали, и даже почитали, но позже пришли новые боги и случился, скажем так… конфликт. Большинству богов пришлось уйти в тень, дабы их полностью не уничтожили. Вашему отцу — Морозу, было по большей части вся эта возня за власть неинтересна. Ведь он не зависел от веры людей, он был самой стихией. И в его власти уничтожить весь мир. Причем однажды он уже это чуть не сделал, уничтожив почти всё живое на Земле. Слышали, наверное, про ледниковый период. Но затем отступил. Ваш отец самое древнее божество на Земле, я думаю… — добавил задумчиво Теурус, пока я с открытым ртом всё это слушала. — Впрочем не берусь утверждать, потому что сам он никогда ни о чем подобном не заявлял.

— Зачем ему вообще дочь? — спросила я,