её быть не должно. Вот оно. Откуда я это знаю? Вопрос, на который у меня не было ответа.

— Дело не в упаковке, — произнёс я, поворачиваясь к Свинёву. — И не в товаре. С ним всё в полном порядке. Проблема вот здесь, в уплотнителе на крышке. Видите? Маленькая деформация. Скорее всего, из-за резкого перепада температур, когда грузили. Термоизоляция была нарушена, но совсем чуть-чуть.

Я повернулся к побагровевшему капитану.

— Мы можем это исправить прямо сейчас. Минут за тридцать, не больше. Пара мотков армированного термоскотча и внешний подогреватель. Это будет стоить сущие копейки.

Свинёв недоверчиво уставился на меня, его глазки-бусинки бегали.

— И что мне с того? — прохрюкал он.

— А то, — я снова повернулся к нему и посмотрел прямо в эти маленькие глазки, — что вы получите свой товар в идеальном состоянии. Без малейших поводов для претензий. А мы, в качестве небольшой компенсации за причинённые вам моральные страдания, сделаем скидку на следующую перевозку. И, скажем, доставим вот ту небольшую партию, — я кивнул на несколько ящиков, стоявших чуть поодаль, — в соседний сектор. Совершенно бесплатно. Получается, все в выигрыше. Никаких штрафов, никаких испорченных отношений и нервов.

Торговец на несколько долгих секунд замолчал. Было видно, как в его голове крутятся шестерёнки, просчитывая выгоду. Предложение было слишком хорошим, чтобы так просто от него отказываться.

— Ладно, — нехотя выдавил он. — Показывайте, что вы там умеете. Но если хоть один скальпель будет испорчен…

И в этот самый момент, когда напряжение, казалось, вот-вот снова взорвётся, из нашего шлюза с тихим жужжанием выкатился Гюнтер. Наш робот-повар, видимо, решил, что деловые переговоры на пыльной планете — это лучшее время для внеплановой дегустации. На блестящем подносе, который он ловко держал в одном из своих манипуляторов, дымились свежеиспечённые булочки.

— Йа принёс вам угощение, чтобы поднять деловую атмосферу! — с невероятной гордостью объявил он своим механическим голосом с чудовищным немецким акцентом. — Фирменные булочки «Полярной Звезды»! Попробуйте!

Матвей Свинёв с большим подозрением покосился на поднос, но аромат, который исходил от выпечки, был таким аппетитным, что он не удержался и взял одну. Он поднёс её к своему пятачку, чтобы как следует понюхать, и его лицо вдруг скривилось в такой гримасе отвращения, будто ему подсунули дохлую крысу.

— Фу! Что это за гадость⁈ Они же рудой воняют!

Гюнтер ни капли не смутился.

— Йа, йа! Это мой новый, инновационный рецепт! — с гордостью заявил он, сверкая хромированным корпусом. — Булочки с добавлением пряности «Скальдийский Металл»! Очень полезно для организма, особенно для тех, кто работает в шахтах! Повышает содержание железа в крови! Sehr nützlich (Очень полезно)!

Я не выдержал и прыснул со смеху. Кира, которая как раз притащила моток скотча и уже собиралась мне помогать, тоже не удержалась и тихонько хихикнула. Даже суровые шахтёры, которые с интересом наблюдали за нашей сценой, заулыбались в свои пыльные бороды. Свинёв посмотрел на надкушенную булочку, потом на нас, потом снова на булочку. Его злость и жадность куда-то испарились, сменившись полным и абсолютным недоумением.

— Ладно, — махнул он своей толстой рукой. — Чините свой ящик. И… дайте мне ещё одну эту вашу… металлическую булочку. Странный вкус. Но, кажется, мне начинает нравиться.

Работа тут же закипела. Пока мы с Кирой быстро и аккуратно латали несчастный контейнер, капитан, который уже заметно повеселел, вовсю обсуждал с торговцем детали следующего контракта. А Гюнтер с видом великого кулинара раздавал свои «инновационные» шедевры, наглядно доказывая всем, что даже в самом пыльном и грязном порту галактики всегда найдётся место для маленьких, пусть и очень странных, радостей.

* * *

После того как мы успешно залатали контейнер и угостили Матвея Свинёва нашими фирменными «металлическими» булочками, тот заметно потеплел. Он даже перестал хрюкать от недовольства и теперь смотрел на нас почти с дружелюбием, сыто поглаживая свой необъятный живот. Мы уже собирались отчаливать, когда он жестом остановил капитана, который уже отдавал команду на отстыковку.

— Постойте, капитан, — проговорил он, вытирая жирные губы шёлковым платком, который выглядел на удивление чистым. — Не торопитесь так. У меня к вам есть ещё одно предложение. Деловое.

Семён Аркадьевич тут же навострил уши. Слово «деловое» действовало на него, как валерьянка на кота, заставляя забыть обо всём на свете. Его глаза, обычно хмурые, загорелись огоньком чистого, неподдельного интереса.

— Я тут краем уха слышал, — Свинёв понизил голос до заговорщического шёпота, оглядываясь по сторонам, будто боялся, что нас подслушают стены его собственного корабля, — что вы собираетесь в сторону туманности «Сад Гесперид». Места там дикие, неисследованные. И, говорят, опасные до чёртиков.

— И что с того? — настороженно спросил капитан, пытаясь сохранить невозмутимый вид, хотя я видел, как напряглись его плечи.

— А то, что по пути, в поясе астероидов у нашей планеты, есть одно очень интересное месторождение. Редкий минерал, иризиум-7. На рынке за него сейчас дают бешеные деньги. Но есть одна проблема, — он хитро прищурился.

— Какая же? — не выдержал Семён.

— Мои шахтёры — ребята хорошие, работящие, но они привыкли работать на стационарных платформах. На твёрдой, так сказать, почве. А там, в поясе, нужна манёвренность. Нужен корабль вроде вашего, который может подойти к астероиду, зависнуть на волоске от него, высадить бурильщиков и так же быстро убраться, пока его не пришибло соседним валуном. Мои корабли для такого не годятся, слишком неповоротливые.

Он сделал паузу, давая нам время переварить информацию. Я видел, как в голове у капитана уже завертелись шестерёнки, подсчитывая будущие барыши. Он даже губы закусил от напряжения.

— В общем, предложение такое, — наконец, выложил карты на стол Свинёв. — Вы делаете для меня эту работу. Я даю вам в аренду своих лучших роботов-бурильщиков и всё необходимое оборудование. Вам даже не придётся тратиться. Вы добываете руду, привозите её мне, и мы делим прибыль. Семьдесят на тридцать. Семьдесят, разумеется, вам.

Капитан аж крякнул от удивления, словно его ударили под дых. Семьдесят процентов — это была неслыханная щедрость, особенно для такого известного скряги, как Свинёв. Я был уверен, что Семён Аркадьевич сейчас начнёт торговаться просто по привычке, рискуя всё испортить.

— Это очень… выгодное предложение, — осторожно произнёс он, пытаясь скрыть свой азарт и напустить на себя вид опытного дельца. — Но почему такая щедрость? В чём подвох?

— Скажем так, — усмехнулся торговец, — это моя благодарность за спасённую партию. И за те булочки. Уж больно они мне понравились. Ваш повар — гений!

Я понимал, что дело не в булочках. Скорее всего, Свинёв просто не хотел рисковать своими людьми и кораблями в опасном астероидном поле. Проще было нанять нас,