Напоминаю про свой Бусти:) Если вам интересно продолжение книг „Игры с наследником“ и „Непрошенная, но любимая“, то буду рада видеть вас там!

Ссылка: https://boosty.to/taelweiauthor/donate 

Глава 14: Прощание с домом

На кухне пахло мёдом и яблоками. Лена аккуратно нарезала яблоки для пирога, стараясь, чтобы ломтики были ровными, тонкими, как учила Элира. Тепло от печи приятно касалось лица, а в щёлку окна струился рассеянный утренний свет. Пыль в нём казалась золотой, как россыпь крошечных светлячков. На душе было тревожно — но не гнетуще, а будто перед чем-то важным, необратимым.

Это было не просто волнение — это было предчувствие, похожее на мечту. Как перед прыжком с высоты: страх есть, но под ним таится нечто большее — радость от возможности взлететь. Лена чувствовала: её жизнь готова свернуть в новое русло. Не страшное.

Ларс ушёл ещё с утра. Сказал — по делам, но Лена знала, куда он направился: к магам из столицы. Те всё ещё снимали свои репортажи, брали интервью у старосты, у знахарей, у детей, рассказывающих про «летающий свет» в лесу. Лена будто застыла между надеждой и страхом. Если они согласятся, если действительно возьмут её…

Она нарезала последние яблоки, сложила их в миску и на секунду задержала взгляд на окне. Там, за стеклом, пёстрые фигуры магов мелькали у домов. Репортёр в алом жилете что-то записывал в блокнот, позади стояла тренога с зачарованным кристаллом. Всё казалось одновременно далеким и невероятно близким.

Прошло больше часа, потом ещё. Лена то помогала Элире, то переставляла вещи в узле, который мысленно собирала уже второй день. И вот, когда она уже почти смирилась с ожиданием, дверь распахнулась. Ларс влетел в кухню, запыхавшийся, с растрёпанными волосами и глазами, горящими ярче солнца.

— Они согласны! — выдохнул он, утирая лоб рукавом. — Через три дня уезжают, и возьмут тебя с собой. Я договорился.

Лена выронила полотенце и, забыв про всё, бросилась к брату. Обвила руками его шею, громко, радостно рассмеялась:

— Спасибо! Спасибо тебе! — голос дрожал, в нём были слёзы, облегчение, взволнованная радость.

— Не за что, — Ларс крепко прижал её к себе. — Ты заслуживаешь этого. Просто не забывай, кто ты или кем ты стала.

Следующие три дня пролетели, как в тумане. Элира не отходила от дочки, собирая её вещи, наставляя, то смеясь, то стирая слёзы украдкой. Ларс принес мешок сушёных трав — «чтобы не забыла деревенский запах», — и каждый вечер вручную шлифовал дощечку. Он вырезал фигуру дракона, стройного, с изогнутыми крыльями и надменным лицом. Лена чувствовала, что в этом было больше, чем просто подарок.

— Он похож на него, да? — спросил Ларс однажды вечером, когда они сидели у очага. — На Барса.

— Наверное, — Лена провела пальцами по гладкому дереву. — я же его не видела.

— Вот и носи, чтобы знала, как выглядят те, кто может ранить, и кто даёт повод стать сильнее.

Последний вечер прошёл тихо. Они долго сидели за столом, ели тушёную фасоль с хлебом, слушали, как потрескивают травы на верёвке у окна. Мать дала Лене маленький оберег — вышитый лоскут с символом защиты. Ларс молча положил в её вещмешок нож, которым вырезал травы — с деревянной рукоятью, с выгравированной буквой «Т».

Поздно ночью, когда весь дом уже спал, Лена зажгла свечу, села у стола и открыла свой дневник. Пальцы дрожали, но в голове было удивительно ясно. На странице, между строками старых записей, она начала новую:

Личный дневник: Ночь перед отъездом.

Я не знаю, кем стану завтра, не знаю, что ждёт меня в столице, но я точно знаю, кто я сейчас.

Я — Лена, которая стала Тейлой. Я — та, кто боится, но идёт. У меня есть дом, и я его покидаю, чтобы однажды вернуться — не прежней, а сильной.

Ларс дал мне дракона, мама — оберег. А я оставляю здесь кусочек сердца и приеду на каникулы. Вернусь с дипломом и найду ответы. Возможно, что найду себя.

Тейла Айрвуд.

Когда утром Лена вышла из дома с вещмешком за спиной, солнце только поднималось. Деревня была в утренней дымке — лёгкой, серебристой, как пар над речкой. Дети бегали у обочин, прячась за колесами фургонов, в восторге от магических кристаллов, которые плавно парили над треногами. Один из магов, хмурый, с темными очками, диктовал что-то невидимому писцу, а зачарованное перо скользило по свитку в воздухе. Лошади фыркали, пар шел от их боков. Кто-то смеялся, кто-то поправлял сумки на крыше экипажа. Всё было необычным — и от этого ещё более реальным.

Маги уже собирали свои кристаллы, заклинания гудели в воздухе, а три экипажа стояли на главной дороге. Элира плакала, но улыбалась. Ларс держал сестру за плечи.

— Помни: если кто-то назовёт тебя чужой — это их беда. Ты стала собой.

— Я вернусь, — прошептала Лена.

Она ступила на подножку экипажа и когда колёса тронулись по дороге, ветер приподнял прядь её волос, будто шепнул: «Теперь ты на правильном пути».

Она обернулась. На крыльце стояли Ларс и Элира, прижав ладони друг к другу, как в прощальной молитве. Дом за их спинами тонул в тени, а солнце освещало дорогу впереди.

И путь только начинался.

Глава 15: Столица

Путь до столицы оказался долгим, но не утомительным. Лена сидела в зачарованной карете с мягкими подушками, поглядывая в окно. Колёса мягко катились по дороге, выложенной плоским серым камнем. Лес, такой родной и густой вначале, постепенно редел, превращаясь в низкие перелески, потом в редкие посадки, а после — и вовсе уступил место просторам. Поля тянулись вдоль дороги ровными полосами, а вдали уже угадывались очертания холмов, на которых раскинулась столица.

Маги из столицы, те самые, что снимали репортаж в деревне, сопровождали её. Роэн, высокий и молчаливый, листал документы, зачарованное перо само делало пометки на свитке у него на колене. Сайра же, наоборот, говорила почти без остановки, то рассказывая о том, как устроена Академия, то вспоминая какие-то нелепые случаи из своей практики. Она казалась немного строгой, но с каким-то внутренним теплом, как у учительницы, которая многое повидала.

— Не бойся быть собой, — сказала она, когда солнце коснулось горизонта и поля окрасились золотом. — Академия не ищет идеальных. Магия упрямая, она бежит от тех, кто врет себе.

Лена слушала, не перебивая. Пальцы её сжимали резного дракона, которого дал ей Ларс. Она не выпускала его с утра, словно эта маленькая