Кампании 1702 и 1703 гг.

в Германии и на Рейне[16]

Что касается борьбы с империей, то два первых года войны с ней были для Франции гораздо более удачными. Правда, в апреле 1702 г. императорские войска окружили Ландау. Катина, посланный в эту провинцию с немногочисленными силами, не смог выручить город, который капитулировал в сентябре, после доблестной обороны. Но тогда же Максимилиан Эммануил Баварский захватил Ульм и приблизился к французской границе. Катина получил приказ послать ему воинский контингент. Им командовал Виллар.

Виллар при Фридлингене

(октябрь 1702 г.)...

Виллару тогда было пятьдесят лет. Его отец, генерал-лейтенант, одновременно солдат и дипломат, был для сына «примером, который стал бы обескураживающим для любого другого, что слабо компенсировали большие заслуги». Ему самому пришлось «долго ждать». Став полковником кавалерии в двадцать один год, во время Голландской войны, он был произведен в генерал-лейтенанты лишь в конце войны Аугсбургской лиги. Теперь, имея под началом армию, он получил возможность показать, что обладает «военным гением». Он был смелым до отчаянности, искателем опасных приключений, умелым исполнителем своих замыслов, любимцем солдат, увлекавшим людей за собой словом и делом, он был гордецом и даже бахвалом. «Пусть мне дадут две тысячи конных, тысячу драгун и пятьсот гренадеров, — писал он 25 июня 1702 г., — и все увидят, что с этими силами я сделаю в черных горах», то есть в Шварцвальде, отделявшем французские позиции от владений баварца. Ему дали тридцать батальонов и сорок эскадронов — около пятнадцати тысяч пехотинцев и пяти тысяч кавалеристов. Он навел мост через Рейн, у Гюнингена, но на другом берегу реки, близ Фридлингена, его поджидал маркграф Баденский. 14 октября Виллар перешел мост и атаковал. Его войска уже потеснили противника, но когда немецкая пехота перешла в контратаку, французов охватила паника. Виллар ринулся в ряды своих солдат: «Друзья, победа за нами! Да здравствует король!» Он убедил их повернуть обратно. Маркграф отступил с поля боя. Французские солдаты приветствовали Виллара, называя «маршалом Франции», и король действительно присвоил ему это звание.

...и при Гохштедте

(сентябрь 1703 г.)

Это блистательное дело не имело последствий, потому что сезон для военных операций был неблагоприятным. Виллар соединился с Максимилианом-Эммануилом только в начале мая 1703 г. в Ридлингене, на Дунае. Следуя приказам короля, он требовал от курфюрста двинуться по долине Дуная, на Вену, вблизи которой не было армии, способной ее защитить, потому что императору пришлось отправить войска в Венгрию, где вспыхнуло восстание, инспирированное Францией. Максимилиан предпочел экспедицию в Тироль. Овладев этой местностью, можно было перерезать коммуникации между Австрией и Италией, где императорские войска оказались бы изолированными. Можно было бы вступить в контакт со французской армией под командованием Вандома и потом пойти на Вену вместе с этим генералом. Итак, в то время как Виллар, встав на Дунае, прикрывал Баварию, Максимилиан-Эммануил двинулся в Тироль; но из этого края его изгнали восставшие тирольцы. В августе 1703 г. он вернулся в Баварию, которой со всех сторон грозили опасности. Армия имперских округов численностью в 20 тыс., набранная по решению Рейхстага, северней Ульма соединилась с армией маркграфа Баденского. Маркграф решил взять франко-баварцев в клещи. Он направил армию имперских округов под командованием Штиру-ма на северный берег Рейна, а сам обосновался в Аугсбурге. Тем самым франко-баварцы оказались зажаты с двух сторон, причем в местности, где держаться было трудно. Но 20 сентября 1703 г. Виллар напал на Штирума близ Гохштедта [Хёхштедта], разбил его и уничтожил его армию.

Ссора Виллара с курфюрстом Баварским;

его отзыв

С самого начала войны маршал и курфюрст плохо понимали друг друга. Со стороны французского генерала трудно было ожидать уважения к немецкому князю. А со стороны Виллара — еще трудней, чем со стороны любого другого. Максимилиан-Эммануил казался ему заурядным, робким, медлительным. Виллар не понимал ни того, что курфюрст ведет более крупную игру, чем он сам, ни того, почему баварец обращается за советами к кому-либо, кроме него. «Я Вам и министр, и генерал, — сказал он курфюрсту накануне сражения при Пэхштедте. — Зачем Вам другой совет, кроме моего, когда нужно дать бой?» С другой стороны, маршал не ладил с государственным секретарем Шамийаром, который, по словам Вольтера, был «столь же предубежден против него, сколь и невежествен». Он попросил, чтобы его отозвали. Король послал его подавлять восстание крестьян в Севеннах и заменил Марсеном.

Успехи Таллара на Рейне

На Рейне после того, как маркграф Баденский ушел в Баварию, Таллар сумел разрушить укрепления на реке Лаутер, 6 сентября захватить Альт-Брейзах, 15 ноября под Шпейером наголову разгромить князя Гессенского и 17 ноября отбить Ландау.

Кампании 1702 и 1703 гг. в Италии.

Виллеруа в Кремоне

В Италии 1702 г. начался плохо, но завершился много лучше. Виллеруа в январе был в Кремоне, где расположил свою штаб-квартиру. Он жил там спокойно, и, как обычно, его больше занимали «почести и удовольствие, положенные командиру, чем замыслы, достойные крупного военачальника». В ночь на 31 января в город по сточной канаве проник отряд принца Евгения. Проснувшийся гарнизон после долгих уличных боев вытеснил имперцев; но Виллеруа в первый же час, когда спустился на улицу, чтобы выяснить, что за шум до него доносится, был взят в плен, «так и не сумев понять причину столь странного события». В Париже сложили песенку:

Возблагодарите Беллону,

Французы, как все замечательно:

Вы сохранили Кремону,

А генерала утратили.

На смену Виллеруа приходит Вандом

Людовик XIV сожалел о маршале, не упрекая его, и на замену ему послал Вандома. Правнуку Генриха IV тогда было пятьдесят лет. Это был веселый гуляка, слегка беспутный, неряшливый до бесстыдства, ленивый настолько, что вставал в четыре пополудни, плохой военный администратор, дурной ревнитель дисциплины, однако на полях сражений он проявлял военные способности, быструю сообразительность и присутствие духа. Он изгнал врагов из Пармской и Мантуан-ской областей и вынудил принца Евгения занять оборону за рекой По. Когда он осаждал Луццару, 15 августа принц напал на него. Этот день или, скорее, вечер (ведь сражение началось в четыре пополудни) выдался очень кровопролитным. К армии, сражавшейся за него, приехал молодой король Филипп V. Он показал себя очень храбрым воином. Евгений же приложил все усилия, чтобы захватить его в плен. Получилось чудовищное побоище, почти безрезультатное. Каждая из сторон объявила о своей победе, но Вандом взял Луццару и еще несколько крепостей.

1703 год: неудавшаяся кампания

В начале кампании 1703 г. Вандом мог бы, действуя быстро, изгнать австрийцев из Италии. Он располагал 45 тыс. солдат против 30 тыс.