В субботу утром я отправился в отель «Коммодор» на встречу с Бруно. Я позвонил в гостиницу накануне и попросил соединить меня с господином Вайсом. Господин Вайс откликнулся сразу.

— Здравствуйте, Рэй! Рад вас слышать, — пророкотал он в трубку. — Как поживаете?

— Спасибо, неплохо. Могу ли я навестить вас, чтобы обсудить вопросы, представляющие взаимный интерес?

— Что так официально? Сказали бы, что просто хотите зайти и поболтать о том о сем со стариной Бруно, — хохотнул Вайс.

— Это у меня такой юмор, мистер Вайс. Да, нам надо поговорить.

— Раз надо, значит, поговорим. Сможете завтра прийти в «Коммодор»?

— Во сколько?

— Часов в двенадцать.

— Да, смогу.

— Я остановился в триста девятом номере. Поднимайтесь прямо ко мне, нам никто не помешает.

Я едва не опоздал. Неожиданную трудность вызвал вопрос, как одеться. С одной стороны, приглашение в номер предполагало неформальную встречу. С другой — я, по сути дела, отправлялся на важные деловые переговоры, и слишком уж свободный стиль тоже был бы неуместен. Провозившись полчаса, я наконец надел серый льняной костюм, белую сорочку без галстука и светло-коричневые мокасины. И, уже выходя из дома, зачем-то взял с вешалки шляпу-федору.

«Коммодор» был старым, солидным отелем. Несколько лет назад его купила международная сеть «Холидей Инн». Но, к счастью, новые владельцы ничего не стали в нем менять, сохранив стиль и обстановку великолепных 1950-х. И, надо сказать, я в своем летнем костюме со шляпой в руке смотрелся в лобби вполне уместно. Подойдя к ресепшен, я поинтересовался, у себя ли мистер Вайс из триста девятого. Портье, миниатюрная азиатка, то ли малайка, то ли филиппинка, улыбнулась мне и набрала номер. Несколько секунд никто не отвечал, и я успел окинуть взглядом вестибюль. Здесь царила приятная, умиротворяющая атмосфера дорогого отеля. Несколько пожилых американцев развалились в кожаных креслах. Мальчики в форменных пиджачках везли к лифтам тележки с багажом. Когда они пересекали солнечные полосы, пуговицы на униформе, дуги-поручни на тележках и другие металлические детали ярко вспыхивали. Здесь все дышало спокойствием и достатком, здесь никто никуда не торопился и не думал про деньги, точнее, про их нехватку. Я никогда не жил в «Коммодоре», лишь однажды в начале отношений с Мэрион Монкада привел ее сюда. Это стоило дорого.

Наконец на другом конце ответили. И девушка-портье с милой улыбкой сообщила, что мистер Вайс меня ожидает. Я уверенным шагом направился к лифту, и, глядя на меня, никто бы и не сказал, что идет мелкий торговец, находящийся на грани банкротства.

Вайс занимал шикарный угловой номер из двух комнат — спальни и большой просторной гостиной, из окна которой открывался великолепный вид на бухту. Я мысленно присвистнул: либо Вайс богач, либо у него жирные командировочные.

Бруно встретил меня в белом махровом халате с эмблемой отеля. Он прошлепал в дальний конец гостиной, куда не добивало солнце, и плюхнулся в глубокое кожаное кресло, вытянув вперед волосатые ноги. Вид у него был довольно помятый, как у человека, всю ночь предававшегося всякого рода излишествам. Я устроился на другом конце комнаты, возле окна, бросив шляпу на стоявший у стены комод.

— Господи, Рэй, куда вы так вырядились? На мессу, что ли?

— Нет, я не хожу в церковь, — ответил я сухо.

Вальяжная расслабленность Бруно меня слегка раздражала. Сам я был изрядно напряжен, кроме того, про себя решал сложный вопрос: считать ли неформальный наряд Вайса проявлением неуважения, на которое стоит обидеться?

— На самом деле вам идет, — ткнул в меня пальцем Вайс, — выглядите авантажно. А я вот толстый. — Бруно энергично похлопал себя по брюху. — На мне плохо сидят костюмы. А вы такой поджарый.

Я вдруг услышал, как в ванной комнате зашумела вода, — мы были в номере не одни. Я с удивлением посмотрел на Вайса. Тот ухмыльнулся.

— Маленькие мужские радости, — заявил он. — Выпьете чего-нибудь?

— Рановато.

— Это все предрассудки, — категорично заявил Вайс. — Главное — знать, что пить и сколько.

— Возможно, у вас большой опыт на этот счет.

— Так, Рэй, в чем дело? Я, честно скажу, был рад, когда вы вчера позвонили, думал, мы хорошо поболтаем, а вы, кажется, на меня дуетесь. За что, спрашивается?

Мне действительно было как-то не по себе.

— Слушайте, Бруно, я бы выпил воды или спрайта.

— Возьмите из мини-бара, он там, прямо рядом с вами.

Я встал, подошел к длинному комоду и наугад открыл одну из дверок. Оттуда сверкнул на меня всеми своими богатствами мини-бар дорогого отеля. «Черт, а может, действительно хлопнуть коньяка?» — подумал я. Но отчего-то мне не хотелось менять решение на глазах у Бруно. Я взял бутылочку швепса и вернулся в кресло.

Шум воды в ванной стих, и через секунду в комнате появилась стройная темнокожая девушка, на которой не было ничего, кроме тюрбана, скрученного из махрового полотенца. Присутствие в комнате незнакомого мужчины ее, похоже, нисколько не смутило. Она просто развернулась и, не говоря ни слова, скрылась в спальне. Двигалась девушка неторопливо, и у меня было достаточно времени, чтобы рассмотреть ее как следует. Надо сказать, что фигура у нее была отменная. Бруно озорно поглядел на меня и развел руками.

— Извините меня, старина! Мне ужасно неловко, — затараторил он, поглядывая на дверь спальни, — я, честно говоря, не думал, что она останется до утра, но все было так хорошо, что я попросил ее задержаться. Думаю, вы меня понимаете.

Мне не оставалось ничего другого, кроме как слегка наклонить голову в знак того, что я понимаю.

— Скажите, Рэй, а у вас были черные женщины? — продолжал интимничать Бруно.

Я на секунду задумался.

— Нет, скорее мулатки. Они были посветлее.

— Нет, это другое, — махнул рукой Бруно, — а вот чтобы совсем черные, как эта. — Он показал большим пальцем за спину.

— Нет, не было.

— И у меня не было. Знаете, как-то не сложилось. А мне всегда было интересно попробовать.

Мне хотелось прекратить этот разговор, но тогда Бруно укрепится во мнении, что я на него злюсь. А нам еще предстояло говорить о важных вещах, и, возможно, в этом разговоре доброжелательная атмосфера будет нелишней.

— И каковы ваши впечатления? — спросил я, постаравшись вложить в свой вопрос совсем немного иронии.

— Совсем неплохо! — оживился Бруно. — Алиса очень темпераментна!

В этот момент дверь спальни отворилась, и на пороге появилась гостья, уже одетая. Она подошла к креслу, где сидел Бруно, наклонилась и чмокнула того в щеку.

— До свидания, милая! — проворковал Вайс.

Девушка направилась к выходу. Походка у нее была грациозная, тигриная, и я подумал, что она вполне могла бы украсить