class="p1">Сколько бы они так сидели по обе стороны от двери в обоюдном молчании (разве что она, успокоившись и отревевшись, время от времени тихонько пошмыгивала болезненно распухшим от плача носом да утирала беспощадные слёзы, не желавшие останавливаться) – неизвестно.

Но, шмыгнув в очередной раз, Аня замерла, прислушиваясь. Кто-то шёл по тёмному коридору сюда же, к двери в сад. Впрочем, по коридору уже не совсем тёмному, потому как у идущего в руках был подсвечник с махоньким огоньком. Вздыхая, Аня поднялась и увидела за плечом подходящего к ней Никаса испуганную Кристал. Остановившись перед старшей сестрой, Никас указал свечой на дверь и тихо спросил:

- Он там?

- А-ага… - только и сумела прерывисто выговорить Аня.

Брат постоял немного, глядя в темноту. Потом вздохнул и оглянулся. Аня упорно стояла сбоку, не собираясь уходить и приготовившись защищать место своей личной казни, где так хорошо плачется и жалеется.

- Кристал, отведи Агни в гостиную, - попросил Никас и шагнул к двери на улицу. Тоже стукнул в неё. – Таеган, это Никас. Я сейчас выйду к тебе.

Горячая ладошка Кристал ухватилась за кисть Ани. Послышался шёпот: «Пойдём, Агни, пойдём…» Выдёргивать свою руку из пальцев девочки – не хотелось. Кристал, насколько заметила Аня, и так в растрёпанных чувствах. Ей страшно до такой степени, что глаза влажно блестят от непролитых слёз. Именно это и повлияло, наверное, на Анину, неожиданную для неё самой покорность… Уходя, ведомая за руку девочкой, она пыталась прислушаться к ответу Таегана. Но, уже будучи на выходе в гостиную, заметила лишь открывшийся в сад далёкий тёмно-синий прямоугольник дверного проёма, а в нём необыкновенно яркий огонёк – Никас открыл дверь и поднял свечу.

- Как ты узнала, что я здесь? – спросила Аня у Кристал, нисколько не сомневаясь, что именно она разбудила брата, испугавшись за старшую сестру.

- Меня Конгали позвала к тебе и показала, - тоненьким, срывающимся голоском ответила Кристал – чувствительно на грани слёз.

Прикосновение Конгали ощутимо холодное. Пару раз Аня ощущала его, когда нечаянно прикасалась к призрачной девочке… Понятно, как она разбудила сестрёнку, а потом и позвала за собой, чтобы показать плачущую Агни.

До гостиной Аня и Кристал дойти не успели: хоть коридор и короток, но ни одна не сообразила взять с собой свечу. Вот и шаркали по полу, чтобы не наткнуться на стены. А на самом деле не успели дойти по одной, довольно странной причине: за их спинами Никас вдруг громко расхохотался! Так, слишком громко, смеются мужчины, внезапно увидев что-то очень уж неожиданное и забавное для них. Мало того!.. В паузах, когда Никас набирал воздуха для нового взрыва неудержимого хохота, отчётливо слышалось, как Таеган говорит что-то негромко и чуть ли не жалобно. А потом захохотал и он, видимо увлечённый заразительным смехом Никаса.

Так что и Аня, и Кристал резко замерли на месте, оглянувшись на конец коридора и пытаясь понять, что же там происходит.

Они там что – анекдоты травят?!

Вздохнув, теперь уже Аня поторопила Кристал:

- Пойдём, зажжём свечи на столе!

Уже на выходе в гостиную услышали знакомый тихий стук – закрылась потайная дверь. Услышали, потому что Никас перестал смеяться, а сразу за закрытой дверью в коридоре замельтешило пламя свечи в его руках – более ярко, чем недавно, потому что брат повернулся идти следом за сёстрами. И слышались не только его шаги. Никас ведёт Таегана в дом?! Зачем?!

- Мы поднимемся на второй этаж? - прошептала растерянная Кристал.

- Не оставляй меня одну! – испугалась Аня. – Подождём немного!

- Агни, в доме дина Вилея произошло что-то ужасное? – осмелилась-таки спросить девочка.

- Потом расскажу, - пообещала Аня, насторожённо глядя на пока ещё тёмный вход в коридор.

Сначала вошёл Никас со свечой. За ним Таеган – насквозь мокрый, аж вода с него капала: и поплавал, и под дождь попал, пока бежал к дому. Мокрый, смущённый, с каким-то мешком в руках. Остановился, увидев Аню с Кристал. Никас дошёл до стола и, приглушив зевок ладонью, высказал всё сразу:

- Дин Вилей застал его за подготовкой к побегу и помог незаметно выбраться из дома. С тамошними дамами Таеган обещал разобраться завтра. – И хмыкнул: - При свете дня. Так что… Кристал, идём спать. Агни покажет дину Таегану его комнату. – И, снова едва не зевнув, добавил: - И никаких разговоров сейчас! Будете разговаривать завтра, когда можно будет взглянуть на сегодняшний вечер со стороны. Спокойной ночи, Агни. Спокойной ночи, Таеган!

- Спокойной, Никас, - так же дружески отозвался ночной гость.

Хм. Между собой они давно без «динов» обходятся. Но сейчас опущенное обращение звучит как-то ещё более… дружественно. Никас… простил его?

Обняв смутившуюся (брат при чужом фамильярен!) сестрёнку за плечи, Никас вместе с ней начал подниматься на второй этаж.

Когда их шаги затихли в верхнем коридоре, Таеган поднял тёмные глаза на Аню и неловко пожал плечами. Он стоял на освещённом месте, и Аня наконец разглядела на полу следы от его мокрых босых ног – ботинки, небось, в том самом мешке? Следы, которые постепенно расплывались – вода с него всё ещё стекала, хоть и не так активно... И тут же мысленно охнула: сколько ему пришлось в таком виде сидеть на улице, на холодном каменном полу, под сильным холодным ветром? Она-то в коридоре сидела – и за временем не следила… Простынет ведь. Ещё не хватало потом за ним, больным, ухаживать!..

Пытаясь думать сердито, Аня взяла со стола канделябр и приблизилась к Таегану.

- Пойдём. Я проведу тебя в твою комнату.

Слава Богу, что он мокрый. Когда не знаешь, с чего начинать разговор, легче, когда можно заняться каким-то реальным делом.

В одной из тех комнат, которые предполагались для гостей, Аня велела ему снять мокрую одежду и переодеться в сухое, взятое им с собой в кожаном саквояже. И отвернулась, дожидаясь, пока он выполнит её распоряжение. Забрав влажную одежду, она понесла её в бельевую, где быстро сполоснула рубаху и штаны в высоком тазу с набранной с утра водой, а затем, хорошенько выжав, повесила на растяжках-шнурах для сушки белья. К утру должно высохнуть: в доме влажность от долгих дождей пока не поселилась.

После бельевой быстро сбегала на кухню и поставила греться чайник. В заварочном оставалась садовая трава, которую в последнее время смешивали с обычным чёрным чаем. Трава была полезная, из тех, что от воспаления. Таегану