— Да, всё очень мило, — прощебетала она и сама себя похвалила мысленно: ровно так, как и положено юной девице, очутившейся на торжестве!

— Всё-таки вы ничем не отличаетесь от прочих девиц, — самодовольно заявил нахал, чьего имени она по-прежнему не знала. — Восхищаетесь мишурой, радуетесь балу! Небось, и прибыли, чтобы подцепить жениха побогаче и познатнее, а?

Это еще что за тон⁈

— Я пока не думаю о замужестве, — вежливо отозвалась Сабина, старательно удерживая на лице выражение безмятежности.

Что-то ей стремительно переставало нравиться это знакомство! Тем паче, его и знакомством-то не назовешь: кто этот нахал⁈

— А вы высказываете редкие суждения, — она, как могла, обворожительно улыбнулась. — Не каждый день встретишь человека, который столь прямо заявит, что его раздражает роскошь и великолепие королевского дворца! Вы, сударь, оригинал.

Ответом послужила насмешливая улыбка. Что это — презрение, превосходство? Новый знакомый нравился Сабине всё меньше. Она уже жалела, что обещала ему танец.

— Позвольте угостить вас, — он цапнул два кубка с подноса, что проносил мимо слуга, один протянул ей. — Здесь — сравнительно тихо, можно дождаться спокойно следующего танца, — и указал ей на пару низких пуфов в уединенной нише.

— О, давайте постоим здесь, прошу вас, — Сабина изобразила еще одну улыбку. — Я насиделась в карете по дороге к столице! Помилосердствуйте.

Слишком уж эта ниша отгорожена от остального зала! Ее еще и прикрывало деревце в широкой кадке. Слишком будет напоминать это свидание наедине. И она шагнула ближе к свету, шуму и небольшим компаниям, беседующим по три-четыре человека.

— Боитесь упустить хоть каплю этого блеска? — он понимающе усмехнулся, перемещаясь следом за ней. — Понимаю: солдатские лагеря, биваки, палатки — и вдруг королевский дворец! Из дурнушки сделаться вдруг почти принцессой.

Сабина улыбнулась, пригубила немного из бокала, изо всех сил стараясь не зарычать. Что он прицепился к ее неосторожной фразе, которой она лишь пыталась прогнать неловкость?

И вдруг сообразила. Понял он прекрасно, куда она хотела вывернуть разговор — невзначай спросить его имя. Судя по тому, как косятся на них другие — он не просто так забыл назваться! И отец, как назло, пропадает где-то, когда она не знает, как поступить. Где все эти люди, когда помощь нужна по-настоящему? Да хоть те же дамы с их глупой болтовней!

А еще она сообразила, что оскорбительные замечания по поводу ее ума и вкусов — лишь способ вывести ее из себя.

Зачем-то этому типу понадобился скандал. С деятельным ее участием.

Дело дрянь. Этот тип явно привык добиваться своего — не мытьем, так катаньем. А значит, неудача его не устроит. Не вышло сделать скандал сразу, примитивными средствами — он применит чего изысканного. И так-таки получит то, чего хочет.

Сабина едва коснулась губами содержимого кубка.

— Ах, какие здесь тонкие вина, — протянула жеманно. — Право слово, сударь — вы чертовски правы! — она хихикнула — пусть думает, что захмелела с пары глотков. — На солдатском биваке такого не попробуешь. Нам, простым воякам, такого не подают! — и свободной рукой от души хлопнула его по спине.

Хлопнула попросту, по-солдатски. Не слишком сдерживаясь. Наоборот.

Расчет оправдался — даже сверх меры. Грубого рукоприкладства ее визави точно не ожидал. Он как раз отпивал из кубка — и мощный хлопок заставил его поперхнуться. Вино фонтаном плеснуло изо рта, забрызгало рубашку и светлый