class="p1">Согласно нашим наблюдениям, собаки воспринимают межпространственный переход не как физическое перемещение, а как сенсорную катастрофу. Возможно, причиной является то, что их лимбическая система ориентирована на непрерывное фиксированное «здесь и сейчас» с опорой на обоняние и локальное пространство, которое в момент прохода межпространственного барьера становится для них непредставимым.

IV. ПРЕДЛОЖЕНИЕ (инициировано соавтором отчёта, студенткой 3-го курса МИ им. Сеченова Гариной Л. М.)

Переход к тестированию кошек (Felis catus domesticus), известных способностью:

V. ЭКСПЕРИМЕНТ №5–ПТ (кошки)

Повторный эксперимент с представителями пород турецкий ван, канадский сфинкс и рэгдолл — подтвердил закономерность. Только у рэгдолла зафиксировано кратковременное увеличение частоты сердечных сокращений, но без клинического значения.

VI. ВЫВОДЫ

VII. ЗНАЧЕНИЕ

VIII. ПРИЛОЖЕНИЕ

Подпись:

Шемаханская А. И.

Заведующая лабораторией ППСИ

27.01.2011

Конец документа 3

Глава 4

Ошибка резидента

Понедельник, 21 октября. Утро

«Альфа»

Ново-Щелково, проспект Козырева

Деревья, на зиму глядя, раздевались — желтые листья, кружась и порхая, долетали до круглого озера Оппенгеймера и бессильно опадали на теплую воду. По-над волнами, гулявшими от берега к берегу, завивался легчайший парок.

Купальщиков и купальщиц плескалось немного, двое-трое от силы, зато дайверы ныряли вовсю, кувыркаясь с лодок и забавно вскидывая ласты.

Глебскому показалось, что на пирсе мелькнула Наталишка — агент «Стоун» была заядлой аквалангисткой. Русалочкой…

Холодком коснулась печаль. Ириску бы сюда — она не вылезала бы из озера… И Талю. Вот будет славно, если они подружатся!

Комиссар сурово насупился, будто боясь, что его мысли, его мечты читаемы по лицу.

— Надо же, купаются… — заворчал Векшин, выруливая на стоянку. — Меня так нипочём не загонишь… Плюс восемнадцать! Не-е… Душ мне милей. Горяченький!

— Горячо поддерживаю, — хмыкнул Глебский.

Он посмотрел на верные «Ади»[1] — восьми еще нет — и перевел взгляд на стеклянные этажи Объединенного научного центра.

Аарон специально явился пораньше, в тот час, когда сотрудники Института Времени еще только собирались на работу, а в службе безопасности шла пересменка. Губы Глебского дрогнули, намечая улыбку.

Спасибо Лее — девушка попросила отца, и тот всё устроил — комиссару выписали пропуск в ОНЦ — в самый настоящий секретный «ящик». А Дима Ерошин свёл Аарона с полковником Векшиным, местным «важняком». Геннадий как раз и подбросил Глебского — на том самом «козлике», что засветился в Беэр-Шебе.

— Пошли, погутарим с тутошними безопасниками, — добродушно пробурчал полковник, вылезая из-за руля. — Юсупов должен быть на месте, а он первый в первом отделе, хе-хе…

— Пошли, — кивнул Аарон, поглядывая на нового знакомца.

И Дмитрий, и Геннадий чем-то походили на него самого — такие же спокойные, уверенные в себе, не терпящие суеты и показухи. Разве что один из морпехов, а другой — из «ментов».

«Как я!» — развеселился Глебский.

Векшин завел его на проходную — дежурный сначала внёс «гостей» в компьютер, придирчиво сличив с паспортами, а затем вытянул руку, указуя верный путь. Хотя и так было ясно, куда идти — двери первого отдела были единственными во всем обширном фойе, распахнутыми настежь.

«Добро пожаловать!» или «Посторонним вход воспрещён!», — подумал Аарон. — Нужное подчеркнуть…'

Он первым провернул тугой турникет, Геннадий шагнул за ним, роняя на ходу:

— Чуешь, чем пахнет?

Глебский принюхался.

— Чем? — неуверенно спросил он.

— Секретностью! — торжественно объявил Векшин.

— Да ну тебя…

Их встретил сам Юсупов — плотный мужчина восточной наружности, уже в годах, но по-прежнему крепкий. Его жгуче-черные волосы изрядно засеребрила проседь, но смуглое мужественное лицо дышало силой и не поддавалось морщинам.

— Салам алейкум, Умар-джон! — ухмыльнулся Геннадий.

Юсупов, расплываясь в улыбке, резво поднялся и крепко пожал руку милицейскому чину.

— Салам! — сипло выдохнул он. — Какими ветрами?

— Попутными! — хохотнул Векшин, и положил руку на плечо Аарона. — Знакомься, наш коллега из «Гаммы» — комиссар Глебский.

— О, наслышан, наслышан! — оживился Умар. — Это же вы вычислили группу Ерошина?

— Пусть скажут спасибо, что не догнал, — криво усмехнулся Аарон.

Юсупов рассмеялся, сверкнув идеальными зубами, и протянул руку. Глебский потискал жесткие пальцы безопасника.

— Ну, выкладывайте, — велел Умар, и сказал для комиссара, тыча пальцем в Векшина: — Этот тип никогда просто так не заходит!

— Бесцельные хождения ведут к противоправным деяниям, — изрёк Геннадий милицейскую мудрость. — Запиши, а то забудешь!

— Любомудр! — фыркнул Юсупов. — Философ бочкотарный!

Быстренько прикрыв дверь, Умар вытянул руку, приглашая к старому, продавленному диванчику. Аарон сел в уголку, сразу начиная портить себе настроение, как вдруг понял, что стеснение покинуло его — он в компании крутых профи, и ему стыдиться нечего. Свой среди своих.

— В общем, я обещал Лее найти шпиона из ФБР, но не здешней, а «гаммовской»… — слегка натужно начал комиссар. — Там как… Весной группа Ерошина выручала агента «Воланда» с подругой, и нарвалась на засаду. Оперов оглушили электрошокерами, буквально на пять секунд, но этого времени хватило, чтобы фэбээровец прошмыгнул сюда, к вам.

— Та-ак… — напрягся Юсупов. — А КГБ?

— Это внутреннее расследование СБС, — сказал Векшин с неохотой. — И, вообще, о том, что у нас завелся «крот», догадались недавно.

— Джаляб! — выцедил Умар. — Только шпиона мне и не хватало!

— Я продолжу? — невозмутимо поинтересовался Глебский. — Портал открывался в гараж НИИВ… М-м… Это как бы основной вход и выход? Межпространственный, я имею в виду?

— Да, — очень серьезно сказал начальник первого отдела, — тут как бы центр обширной аномальной зоны… Нуль-области.

Аарон кивнул.

— Я так и понял… Сам выходил отсюда в «Гамму». Меня Тимка выпускал, ну… Тимофей!

— А-а… Зимин это, — выдал Юсупов, — Тимка Зимин. Агент «Винтер».

— Запомню, — кивнул комиссар. — В «Гамме» на этом самом месте — коттеджный поселок «Медвежье озеро», и там штатовцы… цэрэушники или джи-мены, не разобрал… В общем, сняли они там особнячок — и принимают сообщения отсюда! По «самопальному» трансконнектору. Кое-как я заделал прослушку… Инфы надоил немного, но довольно занятной — «гаммовцы» ругали шпиона! Материли и по-своему, и по-здешнему! Полночи я там проторчал, а потом весь день разбирал записи. В общем, ситуация странная. Поначалу сообщения от шпиона шли нормально — короткие и четкие. Но, чем дольше этот фэбээровец сидел тут, в