бензин всего на 98 центов, протянул для уплаты сертификат слишком большого номинала. Это выглядело так, словно человек совершил покупку для того лишь, чтобы разменять под благовидным предлогом сертификат. Когда клиент прочёл на лице Лила недовольство, то реакция его оказалась довольно странной. «Что-то не так? Это — хорошие деньги!» — постарался уверить Лайла незнакомец, но сказанное лишь подхлестнуло сомнения управляющего бензоколонкой. Он принял деньги, но поспешил к окну, чтобы получше рассмотреть автомашину, на которой подъехал незнакомец.

Это был 4-дверный «додж» модели 1930 г. Уолтер Лайл со своего места не мог видеть номерной знак на бампере, а выходить следом за подозрительным мужчиной он не желал, опасаясь вызвать подозрения последнего. Поэтому он крикнул помощнику Джону Лайонсу (John L. Lyons), чтобы тот бросил все дела и быстро вышел на улицу, посмотрел на машину клиента и запомнил её номер. Лайонс так и сделал. Вернувшись в помещение, он продиктовал Лайлу номер подозрительного «доджа».

Сдавая через несколько часов дневную выручку в банк, последний обратил внимание кассира на 10$ сертификат и поинтересовался, может ли тот проверить его на возможную причастность к «делу Линдберга»? Кассир проверил номер, и оказалось, что этот золотой сертификат действительно был частью выкупа, заплаченного за Линдберга-младшего.

Джон Лайонс (слева) и Уолтер Лайл воистину стали «королями на час». Репортёры написали о них замечательные заметки и даже сделали фотографии внимательных работников автозаправочного сервиса. Но этим дело и ограничилось. Лайл и Лайонс всерьёз рассчитывали на получение денежной премии за изобличение похитителя ребёнка, но их ждало жестокое разочарование. Никто никаких денег им не дал и даже не предложил. Детективы полиции разъяснили Уолтеру и Джону, что разоблачение преступников является гражданским долгом всех честных людей. А потому чувство честно выполненного долга должно быть лучшей для них наградой.

Последовавшая проверка показала, что упомянутый автомобиль принадлежал некоему Ричарду Хауптманну, 35 лет, проживавшему в доме №1279 по Восточной 222-й стрит в Бронксе, Нью-Йорк.

Это был эмигрант из Германии, нелегально проникший на территорию США еще в 1923 г. и впоследствии успешно натурализовавшийся.

С рождения он носил имя Бруно, но считая его неблагозвучным, предпочитал, чтобы его называли Ричардом. За годы жизни в США он постарался превратиться в настоящего американца. Хауптманн был хорошим плотником и одно время держал мастерскую; с началом экономического роста по окончании Великой депрессии он увлёкся игрой на фондовом рынке. В 1925 г. Хауптманн женился на официантке Анне Шоеффлер, немке по национальности, и в 1933 г. у них родился сын Манфред. Ричард Хауптманн был членом немецко-американского общества в Бронксе, в различное время состоял в нескольких спортивных обществах, увлекался, в частности, греблей.

Бруно Ричард Хауптманн с сыном Манфредом.

Тот факт, что Хауптманн был плотником, сразу насторожил полицейских. Такому человеку не составляло труда изготовить складную лестницу. Полиция Нью-Йорка решила провести задержание Хауптманна и допросить его в полицейском управлении, коллегам из штата Нью-Джерси было предложено принять участие в операции. Детектив Китон специально для этого приехал в Нью-Йорк.

Хауптманн был задержан прямо перед собственным домом. Его подвергли тщательному обыску, в ходе которого Китон извлёк из бумажника Хауптманна золотой сертификат номиналом 20 $. Сверившись со списком номеров сертификатов, выплаченных в качестве выкупа, Китон с удовлетворением констатировал попадание «в десятку»: сертификат оказался из «списка Линдберга». «Где остальные деньги?» — поинтересовался Китон. «У меня вообще нет денег», — ответил задержанный.

Его повели в квартиру, в которой он проживал, и при этом Китон обратил внимание на то, что задержанный тревожно посмотрел в сторону какой-то постройки во дворе дома. Детектив Китон пригласил домовладельца и поинтересовался, кто ведёт строительство. Оказалось, что угол двора отдан Хауптманну для постройки гаража, который уже подведён под крышу. Китон обратился к нью-йоркским полицейским с просьбой получить ордер прокуратуры на обыск этого строения.

Во время обыска квартиры Хауптманнов полиция обнаружила на стене в кухне записанный карандашом номер домашнего телефона Кондона («Джафси»). Оказалось, что над квартирой подозреваемого находится просторный чердак; обыскали и его. Исходя из факта обнаружения в бумажнике Хауптманна 20 $-го сертификата, полиция Нью-Йорка попросила прокуратуру выписать ордер на его арест. Более Ричард Хауптманн в свой дом уже не возвращался.

Запрос на Хауптманна был послан в Германию. Ответ, полученный с исторической родины обвиняемого, придал американским полицейским уверенности в своей правоте: оказалось, что в 1919 г. Хауптманн был пойман при попытке хищения одежды и продуктов питания из квартиры, расположенной на втором этаже. Тогда он проник в окно… по приставленной лестнице.

Анна Хауптманн с сыном Манфредом.

В полицейское управление были приглашены все кассиры, когда-либо принимавшие к оплате сертификаты из «списка Линдберга». Им показывали арестованного в надежде, что кассиры смогут опознать Хауптманна. Расчет полицейских оправдался: Силия Барр, продавщица билетов в кинотеатре, как-то раз получившая сертификат на 5 $ из «списка Линдберга», опознала Ричарда Хауптманна.

20 сентября в штаб-квартиру Департамента полиции Нью-Йорка были приглашены директор ФБР Эдгар Гувер и начальник полиции штата Нью-Джерси полковник Шварцкопф. Начальник Департамента полиции Джон О'Райан (John F. O’Ryan) сообщил приглашённым последние новости, связанные с идентификацией Хауптманна и его задержанием, после чего поинтересовался их мнением о состоянии расследования и его дальнейшем движении. Шеф городской полиции явно намеревался разделить ответственность за возможную ошибку с руководителями других ведомств.

Гувер и Шварцкопф, уже получившие кое-какие сообщения об успеха нью-йоркских коллег, оказались настроены очень оптимистично и считали, что с арестом тянуть не следует. Ведь и правда же, всё очень хорошо сходилось — профессиональный плотник, опознанный кассиром-свидетелем, при себе имел сертификат из числа выплаченных похитителям, ну над чем тут ломать голову?! О'Райан поначалу колебался, но затем уступил и пригласил в кабинет репортёров, которые постоянно дежурили в холле здания в ожидании каких-либо полицейских новостей.

Начальник городской полиции сделал краткое заявление для прессы, в котором сообщил о задержании человека, подозреваемого в участии в похищении Чарльза Линдберга-младшего и оформлении его ареста в ближайшее время. О'Райан назвал имя и фамилию задержанного и сообщил кое-какие детали, упомянув, в частности, о том, что тот имел при себе сертификат, переданный в своё время Кондоном в качестве выкупа за похищенного младенца. Также шеф полиции Нью-Йорка заверил журналистов в том, что задержанный будет предъявлен прессе в ближайшее время и руководство полиции намерено сотрудничать с представителями прессы для объективного освещения хода дела.

Этот снимок сделан 20 сентября 1934 года в кабинете начальника Департамента полиции города Нью-Йорка Джона О'Райена (в центре фотографии) после его совещания с полковником Шварцкопфом (слева от хозяина кабинета) и Эдгаром Гувером (справа). Через несколько минут О'Райен сообщит приглашённым журналистам, что предполагаемый похититель Чарльза Линдберга-младшего взят под стражу и сейчас решается вопрос о его аресте, этот человек