— Нет, — покачал головой я. — Я начал вспоминать в день рожденья, когда мне исполнилось семнадцать. Немногим больше месяца назад. Наверное, прошло ещё слишком мало времени.

— Ну и? — подбодрила меня жена, слегка нахмурившись. — Сколько ты вспомнил из своей прошлой жизни? Точнее из двух прошлых, если жизнь на Земле считать за первую, но после смерти там мы всё-таки сразу сохранили и память, и тела.

— На Земле? — удивлённо спросил я. — Первая жизнь? Значит королём я был уже во второй? Мда… Я же действительно вспомнил очень мало чего. Только навыки всякие. И про то, что у меня было три жены — ты, Шила и Зю. И очень подробно про битву, в которой мы погибли. Хотя…

— Ну хоть про битву… — покачала головой Рита, и вид у неё стал встревоженный. — Но ты не мог вспомнить только про битву, не вспомнив и все её причины, а также выводы наших магов-теоретиков в те дни. А это же тянет за собой почти всю жизнь.

— Нет. Битву я просто видел глазами Алекса.

— Алекса? Не своими? — охнула подруга. — А кто ты тогда?

— Ну я Кес… — пожал плечами я. — Но я точно знаю, что в прошлой жизни был Алексом. И в этой жизни тоже думаю, что Алексом быть лучше.

— Дерьмо дракона! — уже не сдерживаясь завопила Рита. — Так ты, получается, ни черта и не вспомнил!

— Вспомнил… — постарался возразить я, но как-то неуверенно.

На что девушка покачала головой и пробормотала:

— Да уж… Я-то, дура, сокрушалась, что мне досталось фиговое тело, а тебе всё в двойном комплекте. Думала, что это надо мной проклятье вечной жизни поиздевалось. А оказывается, основной удар достался тебе.

— Какой удар? — я и вправду ни черта не понимал.

— Ну… первое… в нашей парочке теперь я умная, а ты красивый, — хихикнула жена, но как-то не радостно. — Ты наверное думаешь, что наши вечные жизни — это дар богов?

— Ну наверное… Прожить ещё одну жизнь. Даже не одну, а много. И каждый раз начиная молодыми.

— Проклятье! — рыкнула Рита. — Это не дар, а проклятье, как я всегда и считала. А две дуры, Шила и Зю, не верили, и даже убедили меня, что если мы сумеем победить богов и демона, то это станет даром. Даже ухитрились уговорили меня, а затем мы втроём и тебя, что им тоже надо стать твоими вечными жёнами. Мы же всё делали правильно! У нас не было никакой ненависти друг к другу, чтобы не начать соперничать в новой жизни, как Олаф и Берегиня. Но мы не учли, что какая-то извечная магия, которая и управляет этим дерьмовым миром, подкинет нам собственные гадости. Можно сказать, именные.

— Ты яснее говорить можешь? — уже начал немного злиться я.

— Да могу, конечно, — покладисто кивнула жена. — А не смогу, так научусь, иначе враз по шее получу.

— Я не подниму на тебя руку, — потряс головой я.

— Ну на неё же поднял, хотя так быстро понять, кто это на самом деле, не мог, — с ухмылкой показала на труп на полу Рита. — Так что возможно всё… Вопрос только в том, что для этого потребуется сделать. Мне потребуется сделать. Но я же старая кошёлка, так что пойму, когда надо остановиться.

— Старая? — удивился я.

— Мне пятьдесят один год, — хмыкнула жена. — И не смотри на подростковое тело. Главное в данном случае — это разум. И опыт, конечно. И ещё… вот сколько тебе лет и кто ты? И отвечай честно! Как ты это для себя представляешь.

— Семнадцать, — пожал плечами я. — Я Кес, ныряльщик с Пустынного континента. Но я уже точно знаю, что раньше был Алексом. Великим королём. Так что если для тебя я Алекс, то пусть буду Алексом. Имя, в конце-концов, не так и важно.

— Эффект Даннинга-Крюгера в чистом виде, — печально кивнула Рита.

— Чего? — не понял я.

— Ну… во время нашей жизни на Земле мало было девушек, не увлекавшихся психологией, — усмехнулась жена. — И меня это не миновало. А суть этого эффекта простая… Дурак не понимает, что он дурак, потому что он дурак.

Я, честно говоря, снова ничего не понял, но подруга тут же добавила:

— Не обижайся! Ведь в нашем случае он означает не то, что ты дурак, конечно. Но ты не понимаешь, что ты ещё не Алекс, потому что ты не Алекс.

Я всё равно ничего не понимал, вдобавок у меня на задворках сознания возник комментарий именно что Алекса, который звучал как: «Ну и балда! Читала что-то, но ни черта не поняла. Ну не её это!»

А Рита тем временем продолжила:

— Если бы ты был Алексом, то ты никогда бы не назвался Кесом. Ты бы сказал, что ты именно Алекс, и не король, конечно. Ты себя назвал бы попаданцем с Земли. И лет тебе сейчас пятьдесят два. А Кес, ныряльщик с Пустынного континента — это твоё временное воплощение, пока не вернулась настоящая память. И ты его семнадцать лет к своему возрасту не добавил бы. Чувствуешь разницу?

Я всё равно не понимал, и мне эти рассуждения не нравились. Кес что? Пустое место? Хотя и злости на девушку, стоящую напротив меня, никакой не возникло. Даже наоборот. Я ощущал как во мне поднимается любовь к моей вечной жене. Она именно такая, какой и должна быть! Не внешностью, но образом мыслей, действиями и характером. И пусть мне её слова не нравятся, но они искренни и имеют целью помочь мне. Хотя я пока и не понимаю в чём. И не понимаю именно потому, что не хватает чего-то в моих мозгах. Я что? Действительно дурак?

Рита тоже о чём-то напряжённо думала, и тут я сообразил, что мы занимаемся чем-то не тем. Именно сейчас есть дела поважнее. Так что потряс головой и быстро произнёс:

— Думаю, нам надо поскорее смыться отсюда. А то как бы не припёрся кто-нибудь на помощь этой… — я показал пальцем на труп. — Этой карану.

— Ну хоть про карану ты знаешь, — вздохнула девушка. — И опять же, это должно тянуть за