Хозяйка в одно мгновение изменилась, рассыпалась в витиеватых, хоть и коротких приветствиях, предложила нам лучший столик у окна, так что из-за шторы можно было наблюдать за фонтаном на площади, и положила перед нами меню в кожаных папках. Вдобавок поставила по чашечке кофе, назвав это комплиментом от заведения.

Мы сделали заказ, к которому я попросил пару бокалов хорошего вина на выбор хозяйки, потому как сам в нём ни черта не разбирался. Но вот, решил шикануть, отметив долгожданную встречу супругов, да и денег у нас вдруг стало ну просто очень много. В памяти даже всплыла мысль про то, что война — дело выгодное. Но только если ты победитель.

Пока я делал заказ, подруга молчала, очень талантливо изображая из себя парнишку, который в таких заведениях никогда раньше не бывал и потому стесняется. А когда мы остались вдвоём, начала рассказывать:

— Своих родителей я не знаю, и это общее в наших вторых жизнях. У нас нет крепкой связи с родственниками этих тел. Я выросла в приюте, но жаловаться особо не на что. Приюты в Кастонии очень хорошие, благодаря стараниям Шилы. Мальчишек готовят в основном в воинов, но кто хочет, может и на науки налегать, или же просто учить гражданскую профессию. Но это не престижно, мозгов-то ещё нормальных нет. Все хотят быть сильными, вдобавок даже простые пешие рыцари в Кастонии получают личное дворянство. Так что все недоросли хотят быть солдатами. А вот девчонок готовят в домохозяйки. У каждого солдата должно быть две жены, а чуть позже и три. Войны без потерь не бывают.

— Что? Прям так и заставляют? — хмыкнул я.

— Нет, конечно! Просто так принято. Но желающие девчонки могут учиться и магии, управлению, наукам и даже военному делу, но не для службы в армии, а для работы в страже. Но последнее только для крепких девчонок, а я была очень хилой и болезненной. У нас учатся в школе восемь лет — с восьми до шестнадцати. Я же проболела первый год и закончила школу совсем недавно, уже почти в семнадцать. Но я всегда знала, что мне надо быть готовой к чему-то не понятному. Тем более, что никакого замужества мне не светило, с моими-то ростом и здоровьем. Да и не хотелось. Я знала, что должна сделать что-то очень важное, вот и училась как заведённая. Науки всякие, взлом замков, разгадывание шифров, подделка всего чего можно, шпионаж, актёрское мастерство. Из библиотек и мастерских не вылезала. Но надо сказать, о божественном муже даже не мечтала. Наверное потому, что просто не верила, что кому-то понравлюсь.

Я кивнул, кажется начав понимать, откуда у Риты некоторая неуверенность в себе. Неуверенность, порождающая ревность даже там, где не надо.

— Прежнюю жизнь я вспомнила в один день с тобой. И даже в один час, — тем временем продолжила жена. — Я уже прикинула разницу во времени. И я сначала вспомнила тебя, потом нашу смерть, а затем воспоминания хлынули просто волной. Но недолго. Я не вспоминала каждое событие, потому что меньше чем через сутки я просто стала Ритой, и могу вспоминать всё как нормальный человек. Но память стала даже острее, чем была. Не во всём, конечно, но иногда в голове всплывают некие события, которые ещё в прошлой жизни выветрились из памяти. Надо только очень сильно напрячься.

Рита кинула на меня виноватый взгляд и со вздохом добавила:

— А потом я накосячила. Пришла в порт, подстерегла одного капитана, сошедшего с океанского парусника, и произнесла пароль: «Говорят, что в Кастонии ищут уникальные свитки». Тот сначала выпучил глаза, а затем пришёл в себя и сказал, что мне надо подождать, пока он разберётся, как мне лучше помочь. Отвёл меня в хороший трактир, снял самую дорогую комнату и попросил ждать. А когда он ушёл, до меня стало доходить. Капитан не мог знать, как мне можно помочь. Он вообще не должен был знать кто я, а просто тут же проводить меня на свой корабль, срочно собрать команду и отчалить в город Кастонию. Так что я ушла из того трактира и сняла комнату в доме напротив. Живущая там семья ничего не сдавала, но я предложила много денег, сказав, что слежу за неверным женихом. Отдала почти все свои скромные накопления. Ну и стала наблюдать из окна. Уже вечером капитан пришёл в трактир с каким-то богато одетым человеком. Меня не застали, естественно, и кажется догадались, что я сбежала. А когда вышли на улицу, новый тип, судя по всему, сильно ругал капитана, но тихо. Чуть позже я конечно же сбежала оттуда на другой конец города. А на следующее утро капитана нашли убитым. И о чём это говорит?

— И твой капитан, и мой работают на наших врагов, — уверенно сказал я. — Все капитаны океанского флота Кастонии предатели.

— Ну не обязательно все, — не согласилась девушка, — но большинство. И ещё это говорит о том, что у них есть связь с их куратором с помощью какой-то магии. И тот пришёл в Рим порталом. А это высший уровень магии. И ещё это говорит о том, что у врагов нет большого количества исполнителей.

— Нет, это говорит о том, что они не умеют работать тонко, — хмыкнул я.

— Откуда ты знаешь? Что-то вспомнил?

— Не знаю… Вспомнил только, что наши враги сильные, но не очень умные. Или скорее неопытные в шпионских делах.

— А ведь действительно, — задумалась Рита. — Кром-Кигир может влиять на мир смертных только одним способом — посылая карану. С ними он работает очень хорошо, но уже для нас хорошо, что у него их очень мало.

— Кто это такой? Кром-Кигир, — нахмурился я.

— Мда… — покачала головой Рита. — И это долго рассказывать. Поэтому сначала про мой косяк закончу. Я чувствовала, что ты начал приближаться к Риму, и рискнула сходить в порт. Переоделась в мальчишку и изображала слугу из какой-нибудь лавки. Хотела побольше пошпионить за капитанами океанских кораблей. Не знаю, что надеялась увидеть, но заметила такое, что чуть не умерла от страха. Я увидела карану в моём образе из прежней жизни. И поняла, что тебя хотят перехватить.

— А как ты догадалась, что это карану?

— Понаблюдав. Она сидела почти не двигаясь, и читала одну страницу книги. А ещё я знала на что надо обратить