– Если ее хватит, чтобы завоевать ваше доверие раз и навсегда. – Сайлас смотрит на нас. – Я хочу помочь вам спасти мою семью, а не просто стоять в стороне. – Его взгляд останавливается на мне. – Однажды ты сказала, что мир слишком велик, чтобы оставаться взаперти. Но без них мне некуда пойти. Как только они будут свободны, я уйду и больше никогда не вернусь. Вам не придется беспокоиться, представляю ли я опасность, потому что мой след простынет.

Снова повисает молчание. Наконец я смотрю на Твино, и он встречает мой взгляд. Я слегка киваю в ответ на его невысказанный вопрос.

– Заходи, – произносит Твино. – Нам нужно многое обсудить, и Бристара должна принять в разговоре участие.

* * *

Присс устраивается рядом со мной; ее пушистая голова лежит у меня на бедре так же, как голова Кэйлиса лежит на столе. Принц задремал где-то между отрисовкой Шестерки и Семерки Пентаклей. Я бы встала заткнуть его чернильницу, но по кошачьему закону прикована к месту, пока Присс не сдвинется.

Несмотря на то что уже довольно поздно, я сосредоточена на работе. Кэйлису удалось создать невероятные чернила из материалов, найденных в мастерской Шута, и мое перо словно оживало, танцуя по картам. Зима все же оттаивает, уступая бразды правления весне. Пир Кубков все ближе и ближе.

И сегодня вечером я закончу работу над копиями.

Я вожу пером как одержимая. Почти год работы подходит к концу. Меня не беспокоят ни судороги в руках, ни боль в спине от постоянной сутулости.

Каждая линия должна быть правильной. Безупречной.

И к наступлению рассвета я добиваюсь своей цели. Откладываю перо и откидываюсь на спинку дивана, давая отдых голове и глазам. Я даже не поняла, что задремала, пока меня не разбудил запах горячего чая и теплых булочек с сыром и ветчиной. Прежде чем открыть глаза, я почти благодарю Джуру. Но потом быстро вспоминаю, где нахожусь.

На рабочем столе Кэйлиса уже ждет поднос. Он сам стоит напротив маленького столика, собранного им специально для меня и идеально подходящего по высоте для дивана. В какой-то момент Присс ушла, и мы остались вдвоем.

Кэйлис поднимает карты одну за другой. Я чувствую себя такой уязвимой, как будто лежу перед ним голой. После изучения последней он поворачивается ко мне.

– Ты превзошла саму себя.

– Невозможно сделать хорошие карты без хороших чернил.

Принц с легкой улыбкой протягивает мне руку.

– Давай за завтраком обсудим детали того, как мы украдем карты у моего отца буквально из-под носа.

* * *

Посылка приходит без имени, письма или хоть какого-то словечка. Я нахожу ее на кровати после дневных занятий. Черная шелковая лента скреплена серебряным кинжалом.

– Ну серьезно, сколько драматизма. – Я тяжело вздыхаю, но у меня на губах все равно появляется улыбка. Он и правда любит театральщину… Убрав кинжал, я развязываю ленту, поднимаю крышку и замираю со вздохом.

А потом раздеваюсь как никогда быстро.

Я стою перед зеркалом во всю стену, кружусь направо и налево, изучая каждую складку, и тяжелый атлас шелестит, скользя по плюшевому ковру. При слабом освещении платье кажется почти черным из-за своего насыщенного оттенка. Но когда двигаешься, становится заметен глубокий ржаво-красный цвет, похожий на кровь. Платье прекрасно дополняет мои глаза. Из-за шнуровки спереди оно облегает все мои изгибы от бедер и выше. Лиф в форме сердца поддерживает грудь. А их округлости прикрывает кружево, которое выглядит как серебряные листья, осыпавшие мой торс. Кружево тянется до самой шеи, где виднеется серебряная застежка, а затем спускается по рукам.

Я считала потрясающим последнее платье, присланное Кэйлисом. Но это настоящий шедевр.

Тихий свист отвлекает меня. В дверном проеме, прислонившись к косяку, стоит Алор. Поскольку в коридоре нет других комнат, кроме наших, у нас вошло в привычку оставлять двери приоткрытыми на случай, если мы не хотим уединения. Никто другой сюда не заходит. Я уже успела узнать, что Мечи обладают чувством такта. Еще одна причина, по которой я люблю этот факультет.

– Только посмотрите, кто тут выглядит так, будто могла бы сидеть на балу среди членов королевской семьи?

– Не слишком? – Я провожу рукой по платью, задевая пальцами кружева и ленту.

– Оно подходит невесте принца. После твоего появления на праздновании Солнцестояния Мечей все будут наблюдать за тобой, ожидая дальнейших действий.

Я киваю. Похоже, Алор немало знает о моем посещении праздника, хотя ее самой там не было. Мне интересно, что ей рассказал отец, но я не расспрашивала ее, опасаясь, что она начнет пристальнее присматриваться ко мне.

– Будет ли там кто-нибудь из клана Луны?

– Беспокоишься о семье Изы? – Она читает мои мысли. Я впервые выхожу в свет после его смерти.

– Я бы хотела, чтобы вечер прошел гладко. – Меньше всего мне нужно, чтобы кто-то бросался на меня с праведным желанием отомстить. К счастью, в академии все шло гладко. Никто из других студентов не вознамерился нести возмездие за Изу. Кейл и Найдус старались держаться подальше.

– Ты можешь их одолеть.

– Не хочу, чтобы возникла такая необходимость.

– Клан Луны – главные шпионы Орикалиса. Они не из тех, кто в открытую создает проблемы. Скорее будут мстить из тени.

– Хочешь сказать, мне нужно быть настороже? – Теперь я задаюсь вопросом, сколько знати из клана Луны учится в академии… на факультете Мечей.

– Надеюсь, ты и не переставала, – говорит Алор, и я устало смотрю на нее. Она опускает руки по бокам. – Если за кем и будут охотиться, так это за моей сестрой.

– Не хочу, чтобы Эмилия сражалась за меня в моих битвах.

– Это ее долг. Как только медальон оказался у тебя на шее, она взяла на себя обязанность охранять и защищать тебя, как свою собственную семью. А когда в этом году закончит академию, этот титул перейдет к следующему Королю. Мечи могут перегибать с защитой и нападением, но они никогда не бездействуют. – Тон Алор становится легкомысленнее. – И, как и ты, она может постоять за себя.

– В этом я не сомневаюсь. – И тут на поверхность всплывает то, что давно меня терзало. – Сочувствую насчет Изы.

– Моей сестре правда ничего не угрожает.

– Я не об этом, – качаю я головой. – Ты говорила, что в начале года проводила с ним время, чтобы получить информацию. Мне жаль, что ты потеряла источник.

Она пожимает плечами.

– Я получила от него все, что мне было нужно.

– Что именно?

– Это личное. Не только у тебя есть секреты, – улыбается Алор, давая мне понять, что вопрос ее не