крутились вокруг вчерашнего вечера, вокруг того, как близко я была к тому, чтобы совершить непоправимую ошибку. Старательно отвлекала себя от целителя и его возни.

Анель начала готовить всё необходимое для перевязки.

Не в силах больше изображать аппетит, я подошла к кровати. Наблюдая за служанкой и лекарем, я почему-то почувствовала укол ревности. Показалось каким-то неправильным, если какая-то другая женщина будет касаться этого мужчины. А уж о неопрятном шарлатане вообще молчу.

— Анель, — произнесла я, взяв с тумбы чистые бинты, — Я сама займусь перевязкой.

Помощница кивнула.

— Как вам будет угодно, госпожа.

Я посмотрела на целителя. Его компетенция вызывала вопросы, но в комнату ворвалась лели Серра. Бледная и взъерошенная.

Она посмотрела на сына, затем на целителя. Глаза ее расширились от ужаса.

— Прочь! — выкрикнула она. — Я думала, Мердок займется раной!

Я и понятия не имела, о чем она, но надеялась, что в замке есть другой целитель. Хотя бы в чистой мантии.

12

Лели Серра, оттолкнув целителя, сама склонилась над постелью сына. Её ладонь бережно коснулась лба Адриана.

На лице отражалась боль и отчаяние.

— Убирайтесь! — приказала она, повернувшись к горе-лекарю. — Вон!

Старик, ворча что-то себе под нос, наконец-то покинул комнату, бросив на меня последний недовольный взгляд.

— Госпожа, — Анель подала матери лорда чистую ткань. — Позвольте помочь.

Лели Серра кивнула, и вместе они начали осматривать рану. Я молча наблюдала со слезами на глазах.

Дожили, я уже жалела негодяя, который так обращался со мной…

Адриан метался по постели, его губы что-то бессвязно шептали. На коже то и дело проступали странные темные узоры, похожие на чешуйки.

— Это лихорадка, — тихо произнесла леди Серра, заметив мой удивленный взгляд. — Для драконов огромная редкость, но всё же опасное состояние.

— Он умрет? — прошептала я, чувствуя, как холодеет в груди.

— Я не знаю, — всхлипнула она, не отрывая взгляда от сына.

Прошли сутки, а жар не спадал. Адриан продолжал метаться, его кожа то пылала, то покрывалась холодным потом. Я сидела рядом, постоянно меняя компрессы, собирая стекающие капли пота.

— Элли, — вдруг прошептал он, и его глаза на мгновение сфокусировались на моём лице. — Элли…

— Я здесь, — ответила я, сжимая его руку. — Всё будет хорошо.

Но он уже снова погрузился в пучину бреда.

Его тело содрогалось от озноба, а потом вновь его бросало в жар. На коже проступали всё новые и новые чешуйки, словно черная паутина.

Лели Серра принесла какие-то травы и начала готовить новый настой дрожащими руками, а я просто не знала, чем ей помочь. В такую сложную минуту хотелось поддержать как-то, ободрить, но я не знала, как это выразить словами. Хотя, казалось, и не нужно. Она ведь и так отлично понимала, что я давно ушла бы, если бы мне было плевать.

— Думаете, поможет? — спросила я, не в силах больше молчать.

— Надеюсь, — ответила она, не отрываясь от своего занятия. — Но от нас многое не зависит. Он сильный и должен сам справиться.

Я продолжала ухаживать за Адрианом, меняя компрессы, обтирая пот, пытаясь хоть как-то облегчить его страдания.

Его дыхание становилось всё более прерывистым, а жар — всё сильнее.

В какой-то момент я заметила, что его кожа начала светиться едва заметным светом. Это было так странно и одновременно завораживающе, что на мгновение я замерла, не в силах отвести взгляд.

— Это хорошо, — прошептала лели Серра, заметив моё удивление. — Это значит, что его драконья сущность борется за жизнь.

Я не могла разделить её оптимизм. Адриан продолжал метаться в бреду, а я могла лишь беспомощно наблюдать, молясь о его выздоровлении.

Часы тянулись бесконечно. Я перестала замечать, когда день сменяет ночь и наоборот. Казалось, что всё слилось в одно.

Усталость накатывала волнами, но я не позволяла себе уснуть дольше, чем на пару часов, пока леди Серра сменяла меня. Всё боясь пропустить что-то важное.

В какой-то момент Адриан затих.

Его дыхание стало ровным, а лицо — бледным как полотно.

— Он борется, — твердила я себе и леди Серре, хоть не очень-то и верила в это. — Просто сейчас его тело собирает все силы для последней битвы.

Внутри всё холодело от страха. Оставалось только ждать и надеяться, что Адриан найдёт в себе силы победить эту страшную напасть.

Сон сморил меня незаметно.

Я примостилась в изножье кровати, намереваясь лишь на минутку прикрыть глаза, но усталость взяла своё.

Мне приснилось, что Адриан пришёл в себя. Как же я хотела этого…

Проснулась я от того, что кто-то осторожно тряс меня за плечо. Открыв глаза, я увидела встревоженное лицо Анель.

— Госпожа, проснитесь! — прошептала она. — С лордом что-то происходит.

Я резко села, оглядываясь по сторонам.

В комнате царил полумрак, только свечи и лунный свет, падающий через распахнутое окно, едва освещали комнату. Адриан лежал всё так же неподвижно, но что-то в его облике изменилось.

— Леди Серру позвать? — все же решилась спросить Анель.

Я покачала головой.

— Пусть отдыхает, — прошептала я.

Женщина и так была измождена волнениями последних дней. Пусть хотя бы немного отдохнет.

Я наклонилась ближе к Адриану. Его грудь ровно поднималась и опускалась. Я прислушалась к дыханию.

Внезапно его губы дрогнули, и он издал слабый стон. Мы замерли, не веря своим ушам.

— Адриан? — прошептала я, беря его за руку.

Его пальцы слабо сжали мою ладонь.

От облегчения я почувствовала, как по щеке скатилась слеза.

— Все хорошо, — шептала я, не веря, что страшное позади.

Я не отходила от его постели ни на шаг. Все так же протирала выступившие бисеренки пота на его теле. Наблюдала, как постепенно бледнеют и сходят черные узоры чешуи с его кожи. Жар совсем немного, но спал.

Уверенности не было, что все позади, но хотя бы появился лучик надежды, которого так не хватало.

— Элли… — прошептал он едва слышно.

— Я здесь, — ответила я, сжимая его руку.

Его губы тронула слабая улыбка.

Впервые за эти дни я увидела в его глазах проблеск жизни, а не лихорадочный блеск.

— Ты спасла меня, — прошептал он. — Снова.

Снова?

13

Я осторожно присела на край кровати, стараясь не тревожить Адриана. Решив, что он крепко спит, я начала аккуратно снимать старую повязку.

Ткань прилипла к ране, и я поморщилась, понимая, что придётся быть предельно осторожной. Анель оставила на столике всё необходимое: чистые бинты, травяной отвар для обработки и мазь.

Сначала я смочила кусок ткани в отваре и осторожно начала отмачивать повязку. Адриан слегка поморщился, но не проснулся.

Я замерла,