мы начали, какие бы вопросы ни задавали, монетка словно приклеилась к трем конкретным знакам и двигалась только по ним. Эти знаки были похожи на имя, но ни у кого в классе такого имени не было. Мы не знали, как быть, и вдруг кому-то в голову пришла блестящая мысль, и он задал такой вопрос:

– Дух, дух, это твое имя?

И тут же монетка сдвинулась с места и остановилась на «да».

Мы ужасно обрадовались, закричали «ура!» и стали обдумывать следующий вопрос, но тут монетка вдруг опять задвигалась. Какая-то мощная сила словно дергала нас за руки, и монетка металась по иероглифам: «с-п-а-с-и-т-е». Мы перепугались и, даже не успев подумать, что произошло, завопили: «Дух, дух! Уходи, пожалуйста!» Однако монетка не останавливалась. Пальцы оторвать было невозможно, их словно приклеили. Монетка двигалась все резче, бумага под ней порвалась…

И тут в церкви зазвучало торжественное пение.

Это был гимн, который включали каждый день в шесть часов, и монетка тут же плавно остановилась. Мы застыли и все так же не могли оторвать от нее руки.

Самые трусливые расплакались, а я, подняв глаза к кафедре, увидела, как в лучах вечернего солнца, падавших через витражное стекло, засверкал золотом крест. Даже теперь, вспоминая это богохульство – как перед лицом Бога мы обращались к божеству, – я покрываюсь холодным потом.

* * *

Сейчас, когда я думаю о том случае, мне приходит в голову, что кто-то просто хотел нас напугать. Но благодаря этому происшествию ребята в классе охладели к спиритическим сеансам, и постепенно все прекратили этим заниматься.

Следующее, что захватило всех после вызова духов, были городские легенды, распространявшиеся в интернете.

А в третьем классе зимой среди девочек стала популярна ворожба под названием «о-хаси-сама», «уважаемые палочки».

Состояла она в следующем. Нужно было раздобыть палочки для еды того человека, который тебе нравился, и потихоньку заменить их другими. И если за три месяца этот человек не замечал подмены, твое желание сбывалось и он мог в тебя влюбиться.

Палочек всегда пара, верно? Все школьницы в этом возрасте постоянно мечтают о любви, так что очень многие баловались этим. Ритуалы, призванные улучшить вашу судьбу, обычно довольно скучные и требуют сильной воли, но зато и не такие опасные, как вызывание духов. Однако и спиритические сеансы тоже – они бывают нудные, сложные, но ведь это естественно, так как за это божество выполняет ваше желание.

Впрочем, я никак не могла понять, что такого сложного в этой ворожбе. В то время большинство учеников пользовались самыми обычными металлическими палочками, две половинки которых свинчивались вместе, и максимум, чем они отличались, – наличием или отсутствием гравировки «подарок от родительского комитета», так что в целом все были примерно одинаковыми. Честно говоря, мне показалось, что даже гадание на ластике, когда быстро вырезают имя понравившегося тебе человека, и то выглядит серьезнее.

Поэтому, глядя, как мои подруги углубились в эту ворожбу, я так удивилась, что спросила:

– Но ведь у всех палочки одинаковые! Разве так сложно их подменить? Если этого достаточно, тогда бы пары вообще не расставались!

Я сказала это в шутку, без всякой задней мысли, но тут же попала под перекрестный огонь, а одна подруга, ткнув мне в нос пальцем, сказала так:

– Ну, знаешь, Чэн Люлян! Ты несообразительная и бесчувственная – вот поэтому у тебя и парня нет! Ты же не заметишь, даже если мальчик, которому ты нравишься, будет стоять рядом!

Да-да, меня все звали Люлян. Имя «Люлянъи» казалось им слишком длинным, поэтому они его по-дружески сокращали.

Пожертвовать одним цянем – это ведь не только единица веса, но и монетка – чтобы завести подруг? Мне это казалось невысокой платой.

– Чего это ты придумала?

– Ну, тогда попробуй!

– Что попробовать?

– Раз это так легко, возьми да сделай.

– Разве можно к ворожбе подходить так несерьезно?

– Какая разница, получится у тебя или нет. Ты ведь сама не веришь, что можно начать встречаться с парнем, подменив ему палочки!

Девчонки принесли список класса и вычеркнули оттуда имена мальчиков, с которыми сами хотели встречаться. Я, конечно, в эту ворожбу не верила, однако, когда одна из девочек сказала: «Будем тянуть жребий, кого выбрать», я растерялась. Из этого в беспорядке составленного списка – наверное, так говорить грубо, но все-таки – вычеркнули имена неплохих ребят, остались только те, с кем никто бы и не подумал встречаться.

А отказываться в этот момент уже было неловко.

Но ведь если есть хоть одна десятитысячная вероятность того, что ворожба сработает, хотелось бы выбрать мало-мальски приличного парня.

Я поспешно вставила:

– Погодите-ка. Не надо жребий, я сама выберу.

– Та-ак. Ты что, испугалась?

– Еще чего! Если вам все равно, интереснее выбрать такого, с кем нет шансов.

– И то правда. Лучше взять случай посложнее. Ну, кого выбираешь?

В этот момент мне в голову пришел один мальчик.

За эти три года мы почти не общались. Один раз я заговорила с ним, да и то по совершенной случайности.

Тогда были модными спиритические сеансы, и в тот день после уроков я осталась с компанией наших хулиганов поиграть в «монетку-перевертыш».

«Монетка-перевертыш» – это такая азартная игра. Нужно приготовить пиалу и три монетки, у которых одна сторона выкрашена красным. Мы брали монетки в 10 юаней, их было легче всего добыть.

Сначала мы намазывали монетки клеем, а когда он высыхал, наносили тонкий слой красной акварельной краски. Опять ждали, чтобы высохло, и сверху снова мазали клеем. Тогда краска снималась вместе с клеем, и не надо было тратить время на то, чтобы отмыть монетки. Зачем мы занимались этим? Потому что слышали, что, если на деньгах останется хоть чуть-чуть краски, человеком может овладеть «дух медной монеты», «тунцянь-сянь».

Определив того, кто начнет игру, бросали монетки по очереди, по часовой стрелке, и, если монета трижды падала красной стороной вверх, можно было загадать духу одно желание. Впрочем, дух не отвечал сразу. Говорили, что взамен, когда вернешься домой, он попросит что-то сделать в тот же день. И если такое сообщение приходило, то, в благодарность, нужно было сразу же потратить эти монетки.

Монетки и пиалу ребята уже приготовили, а меня попросили следить, чтобы никто не зашел, поэтому я бросала первой. В ослепительных лучах закатного солнца мальчишки внимательно смотрели, какой стороной упадет монетка. Я любила выделяться, поэтому решила непременно выбросить красный трижды. И тут…

Что-то загремело.

Дверь класса открылась, и там стоял он.

Любой, увидев, что ученики собрались у кафедры и играют в азартные игры, удивился бы.

Он вытаращился