своей боли незнакомым людям? А они будут смотреть, перешёптываться, полоскать моё имя за кулисами? Эта мысль пугала, хотя… Нет, это всё лишь для того, чтобы его напугать…

- А если он не испугается? - спросила я.

- Тогда будем действовать через суд, - пожала плечами Елена Сергеевна. - Но я знаю таких мужчин, как ваш муж. Они дорожат своим лицом больше, чем деньгами. Он согласится - уверена на девяносто процентов.

Я молчала, переваривая информацию.

Ток-шоу. Угроза. Шантаж.

Эти слова звучали грязно, но внутри меня, где-то глубоко, уже разгорался холодный огонь. Сергей не оставил мне выбора, он пришёл в мой дом, посмотрел в мои глаза и сказал, что никогда меня не любил. Что я была для него тюрьмой и он задыхался рядом со мной.

Почему я должна щадить его репутацию?

- Что я должна сделать? - спросила, поднимая глаза на Елену Сергеевну.

- Для начала - поговорить с ним наедине, - ответила она. - Скажите ему, что вы знаете о своих правах. Что вы не согласны на квартиру в спальном районе и на деньги на первое время. Что вы хотите половину всего, включая бизнес. И если он откажется, вы пойдёте на ток-шоу. Названия я вам потом дам, хотя они в общем доступе и так. Уверяю вас - если вы решитесь и отправитесь на передачу - они за вас ещё передерутся.

Она немного помедлила, только в кресле покрутилась туда-сюда, размышляя.

- Ирина, - сказала адвокат немного мягче, - я понимаю, как вам сейчас тяжело. Но поверьте: лучшая месть - это ваша счастливая жизнь на те деньги, которые уже и так ваши по праву. Не отказывайтесь от того, что принадлежит только вам.

Мы ещё немного поговорили, после чего я покинула её кабинет. В коридоре меня немного накрыло чем-то сродни возбуждения от ощущения, будто я наконец-то держу в руках оружие.

Антон ждал в машине, листал что-то в телефоне. Увидев меня, отложил мобильник и внимательно посмотрел.

- Ну как? - спросил он.

- Всё хорошо, - ответила я, садясь на пассажирское сиденье. - Отвези меня домой, пожалуйста. Мне нужно позвонить твоему отцу.

Антон не стал переспрашивать, он лишь завёл двигатель, и мы поехали.

По дороге я смотрела в окно на вечерний город, на витрины магазинов, на людей, которые спешили по своим делам, и думала: они не знают, какая война идёт внутри меня. Они не видят, как я умирала несколько дней, а теперь воскресаю с холодным сердцем и горячей решимостью.

Дома я прошла на кухню, взяла телефон и набрала номер Сергея.

Он взял трубку не сразу - после четвёртого гудка. Голос был усталый, чуть раздражённый.

- Ир? Что случилось? - тут же выдал, давая понять, что ему сейчас не до меня.

- Сергей, - сказала я совершенно спокойным тоном, - нам нужно встретиться, наедине, завтра. В кафе на набережной, где мы часто бывали. В три часа.

Он замолчал. Пауза затянулась, и я уже подумала, что он откажется.

- Хорошо, - сказал муж наконец. - Я буду.

- Окей, - ответила я и нажала отбой.

Руки немного задрожали, но внутри у меня было спокойно. Даже как-то глухо, что ли…

Я сделала первый шаг и больше не являюсь жертвой, которая сидит и ждёт, когда её жизнь рассыплется окончательно.

Я сама теперь управляю своим падением.

И своим взлётом.

ГЛАВА 8

ГЛАВА 8

Сергей ехал на встречу с Ириной и думал об Анжеле.

Он размышлял о ней весь день - на переговорах, в машине по пути в офис, за обедом, который просто поковырял вилкой в тарелке. Прошлая ночь не прояснила, а только запутала всё окончательно. Диана пришла поздно, уставшая после лекций, и он, вместо того чтобы говорить с ней о переезде, просто молча занялся с ней любовью. Механически, без того огня, который был раньше. И она, кажется, ничего не заметила - или сделала вид, что всё так и должно быть.

А потом, когда она уснула, он лежал с открытыми глазами и снова вспоминал Анжелу. Её улыбку. Её запах. Её слова: «Ты заслуживаешь счастья».

Чего он, чёрт возьми, заслуживает? Линьков уже не знал.

Такси остановилось у набережной, Сергей расплатился и вышел. Намеренно приехал не сам за рулём, чтобы немного выпить.

Кафе «Старый город» - то самое, где они с Ириной частенько бывали, внешне казалось оплотом привычности. Но сейчас эта самая привычность уже не давила рамками со всех сторон, а была необходимостью.

Он вошёл в кафе, огляделся и с трудом узнал Ирину.

Она сидела у окна, спиной ко входу, и когда он увидел её, понял - что-то изменилось в осанке, в том, как она держит голову. Раньше Ирина всегда немного сутулилась, будто извинялась за то, что занимает место в этом мире. Сейчас она сидела прямо, сложив руки на столе, и ждала.

Сергей подошёл, устроился напротив и только тогда понял, что именно его удивило. Она была собрана и ухожена. Волосы уложены, макияж - спокойный, но безупречный, тёмно-синий брючный костюм, который он раньше не видел. Она выглядела как женщина, которая пришла на деловую встречу, а не на свидание с мужем, который её бросил.

- Ты изменилась, - сказал он, не скрывая удивления.

- Я просто перестала быть твоей женой, - ответила Ирина, пожав плечами, и в её голосе не было ни горечи, ни боли. Только спокойная, ровная уверенность.

Она не стала тянуть. Не спросила, как дела, не предложила заказать кофе. Просто открыла сумочку, достала лист бумаги и положила его на стол.

- Я была у адвоката, Сергей, - сказала Ира. - И у меня есть два варианта. Первый: мы всё делим по закону, но договариваемся на берегу, без судов и без лишних трат. Второй: я иду на ток-шоу, куда меня уже пригласили, и рассказываю там, как бизнесмен Линьков бросил жену после двадцати пяти лет брака ради двадцатилетней любовницы, дочери своей бывшей невесты.

Сергей замер. Он ослышался? Она совсем ку-ку, что ли? Какое, мать его, ток-шоу?

- Ты… - начал он, но она перебила, даже не повысив голоса.

- Дай договорить! Условия такие: ты покупаешь мне квартиру в центре, не в спальном районе, как собирался. Площадь - хотя бы половина от той, в которой мы жили. А ещё даёшь сумму на открытие бизнеса. Нашу общую квартиру мы продаём и