потому что это очень нечестно. И давать возможность этой мелкой шлюшке праздновать победу - предательство по отношению к самой себе.

Поэтому я буду действовать. Пока не знаю, как, но это не обсуждается.

На том и стану стоять…

На следующее утро я встала раньше Антона, сварила кофе, села на кухне и принялась ждать, когда он проснётся.

- Ты чего так рано, мам? - спросил сын через полчаса, выходя из гостиной растрёпанным и сонным.

- Антош, - сказала я твёрдо. - Мне нужен очень хороший адвокат по бракоразводным процессам. Ты можешь найти?

Он уставился на меня, потом улыбнулся - по-настоящему, с облегчением, будто бы ждал от меня именно этого и вот нужные слова прозвучали.

- Могу, мам. Вернее, я уже нашёл одного вчера, просто не знал, когда ты будешь готова.

Я кивнула и улыбнулась - робко, но с уверенной надеждой.

- Тогда звони ему сегодня, - сказала сыну. - Я хочу встретиться как можно скорее.

Антон подошёл, обнял меня и поцеловал в макушку.

- Вот теперь я вижу свою маму, - сказал он. - Теперь мы точно справимся.

Я в этом пока уверена не была, но сдаваться не собиралась. Потому кофе, завтрак с сыном и дела.

У меня их теперь будет много, поверьте.

ГЛАВА 6

ГЛАВА 6

Сергей вернулся в отель около девяти вечера.

День выдался тяжёлым - переговоры с поставщиками, проверка отчётности, два звонка от Ильи, который показывал, как мог, что он верен отцу, и один - от Антона, на него Сергей так и не ответил. Старший сын явно искал ссоры, но Линьков не был настроен выяснять отношения. Он вообще не любил разборок - предпочитал решать вопросы по-деловому, без эмоций.

Однако сейчас, поднимаясь в лифте на шестой этаж, он чувствовал непривычное удовлетворение. Всё шло по плану. Ирина, судя по её молчанию, смирялась. Он предложил ей квартиру в спальном районе - хорошую, с ремонтом, не какую-нибудь конуру, и деньги на первое время. Что ещё нужно женщине, которая двадцать пять лет только и делала, что сидела дома? Она не работала, не приносила ни копейки, не строила карьеру. Так что сейчас Сергей был более чем великодушен. Он мог бы вообще ничего не давать, но кто бы он тогда был?

Сегодня он решил сказать Диане: скоро они переедут из отеля. Он собирался занять ту квартиру, где до сего момента жил с женой. Там три спальни, большая гостиная, вид на город.

Ирина оттуда съедет - она получит своё жильё, и слава богу, а они с Дианой начнут новую жизнь. Он уже представлял, как она обрадуется. Молодая, наивная, она, конечно, мечтает о чём-то своём - о романтике, о внимании.

Он даст ей это. Он даст ей всё.

Сергей толкнул дверь номера и совершенно неожиданно для себя застыл на пороге.

В номере царил порядок, которого раньше они с Ди особо не придерживались. Постель была застелена, полотенца убраны, а его разбросанные вещи, которые он сам никогда не возвращал на месат, теперь висели на плечиках в шкафу.

Но заставило его замереть вовсе не это.

У окна, спиной к нему, стояла женщина. Высокая, стройная, с длинными тёмными волосами, собранными в небрежный пучок. Она поправляла штору, не слыша, как он вошёл. Её движения были плавными, привычными - она явно знала, что делает, причём двигалась она без лишней суеты.

Сергей узнал её мгновенно. Спину, осанку, поворот головы. Это знание ударило под дых, хотя он не сразу сообразил, кто это. А когда понял…

Он не видел эту женщину двадцать семь лет. Двадцать семь лет, чёрт возьми!

- Анжела? - вырвалось у него хрипло, почти неслышно, но в то же время царапая горло.

Женщина вздрогнула, резко обернулась, и он увидел её лицо. То самое, которое преследовало его всю жизнь. Которое он видел в Диане, в её улыбке, в разрезе глаз. Только теперь это лицо носило следы времени - тонкие морщинки у глаз, чуть опущенные уголки губ, седина, тронувшая виски. Но глаза - те же самые, дерзкие, насмешливые, с искрами, от которых у него когда-то всё бушевало внутри.

- Серёжа, - она прижала руку к груди, и он заметил, как дрожат её пальцы. - Ты так рано… Я думала, вернёшься позже.

- Что ты здесь делаешь? - спросил он, и голос его прозвучал глухо, как будто пробивался через толщу воды.

Анжела смутилась - он видел это по тому, как она отвела взгляд и поправила выбившуюся прядь. В этом жесте было что-то девичье, почти кокетливое, и Сергей почувствовал, как внутри него разливается тепло, которое он не испытывал очень давно.

- Я зашла немного прибраться, - сказала она, и в её голосе послышались виноватые нотки. - Диана сейчас в университете, у неё лекции чуть ли не до ночи. А ты знаешь, какие горничные в этих отелях? Полная фигня, Серёжа! Я уже несколько раз жаловалась, но они всё равно не убирают как следует. Вот я и решила… сама.

Она говорила быстро, словно оправдываясь, и Сергей смотрел на неё и не верил своим глазам. Анжела - в его номере. Анжела - прибирается в этом временном доме… За своей дочкой, которая по совместительству является его любовницей. Это было настолько абсурдно, что он не знал, смеяться ему или плакать.

- Ты не изменилась, - сказал Линьков вдруг, и эти слова вырвались сами собой, без его участия.

Анжела подняла на него глаза, и в них мелькнуло что-то похожее на удивление, а потом - на лёгкий флирт.

- Врёшь, - ответила она, и уголки её губ дрогнули в улыбке. - Я постарела. И ты, кстати, тоже. Но тебе идёт. Седые волосы делают тебя солидным.

Она прошла мимо него к двери, и он вдохнул запах её духов - тот самый, который помнил с юности. Сладковатый, с нотками жасмина и чего-то неуловимо знакомого. У Дианы пахло иначе - цветочно, нежно, по-молодому. У Анжелы запах был глубже, насыщеннее, как хорошее вино, которое выдерживали долгие годы.

- Вы ещё долго здесь жить будете? - спросила она, останавливаясь у порога. - Или уже нашёл что-то постоянное?

- Думаю переезжать, - ответил он, не узнавая свой голос. - В ту квартиру, где мы с Ириной… ну, ты понимаешь.

- Понимаю, - кивнула Анжела. - Наверное, жильё хорошее… Ты умеешь выбирать всё лучшее, Серёж… Диане