Каштановый будет выглядеть модно и естественно.

– Тогда почему вы красите волосы своей жены в фиолетовый и желтый?

– Она сама выбирает цвет.

В обычной жизни я почти не наряжаюсь, не делаю макияж и не укладываю волосы. Я купила первую губную помаду и решилась на завивку волос только перед свадьбой.

Я вышла замуж более двадцати лет назад, когда в деревнях уже начали перенимать некоторые городские свадебные обряды – пошив свадебных платьев по западной моде, приглашение ведущего и проведение куда менее непристойных, чем прежде, свадебных конкурсов.

В начале церемонии деревенская невеста надевает красное платье, затем ее переодевают столько раз, сколько смогут, но в белое – никогда, потому что в Китае белый цвет – это символ смерти. Количество платьев невесты демонстрирует богатство семьи жениха. В моем случае хвастаться было нечем, так как денег у жениха не было. Мама сама сшила мне красное платье, и это был единственный раз в моей жизни, когда я надевала праздничное платье (свои наряды для комедийного дуэта и для работы плакальщицы я никогда не считала настоящими платьями).

У нас с мужем осталось несколько фотографий, сделанных в день свадьбы, и они до сих пор лежат где-то в конверте. Это единственные фотографии, на которых мы с мужем вместе.

Даже спустя столько лет после свадьбы муж продолжает издеваться над тем, как я выгляжу на фото.

– На всех снимках у тебя ярко-красные щеки. Они похожи на обезьяньи задницы.

– Я намазалась помадой вместо румян. Кстати, на свадьбе ты ничего мне не говорил об этом.

– Тогда я не заметил.

– Как это «не заметил»?

– Я был слишком занят выпивкой. Мне было не до того.

Свадебное платье я храню в платяном шкафу. Оно до сих пор как новое, но теперь мне не подходит. А даже если бы подошло, я бы не стала его надевать. Куда мне ходить в платье, тем более в красном? Кроме свадебного платья в шкафу висит еще несколько нарядов для комедийного дуэта. Все они безвкусные и пошловатые и годились только для наших с мужем выступлений. Их качество было ужасным, но этого никто не замечал, когда я выходила на сцену. Еще у меня было два одинаковых белых платья для работы на похоронах.

В моей родной деревне большинство женщин моего возраста или старше красились, скорее всего, как и я, лишь один раз в жизни – на собственную свадьбу. Все молодые женщины, и моя дочь в том числе, уезжали из деревни на заработки в города, придумывали себе новые имена – Мэри, Хелен, Катрин, – привыкали делать яркий макияж, перекрашивать волосы в желтый, красный или фиолетовый цвет, носить мини-юбки или шорты, а также топы с глубоким вырезом и туфли на высоких каблуках. Возвращаясь ненадолго домой, в отпуск, они вновь становились деревенскими девушками, называли себя старыми именами – Большой Цветок или Маленькая Красота, – и надевали ту же старую одежду, какую носили до того, как покинули родную деревню.

Однажды я спросила у дочери:

– У тебя тоже есть английское имя?

– Конечно, есть.

– И как же тебя зовут в городе?

– Ты не сможешь выговорить.

– Я попробую.

– Лидия.

– Ли…

– Тебе не обязательно его учить.

Возможно, она права. К чему мне это? У меня никогда не было английского имени. Зачем? Я учила английский в школе, и он всегда давался мне с трудом. Теперь я его почти полностью забыла. Однако среди молодежи английские имена в большой моде. Английское имя показывает, что его носитель – современный человек, что он часть огромного мира, а не только родного города. Честно говоря, я даже не стремилась знать английское имя дочери. Для нее и таких, как она, девушек, переехавших в мегаполисы, английское имя было тем, что отделяло их от неблагополучной родной семьи и прежнего дома. Молодые люди не хотели, чтобы старшие родственники проявляли даже малейший интерес к их жизни, не говоря уже об их английском имени.

Раньше я мечтала, что буду давать дочери полезные советы о том, как должна жить и вести себя молодая девушка. Но потом я отказалась от этой идеи, попытавшись как-то раз поговорить с дочерью об отношениях с мужчинами.

Я была неприятно удивлена, когда она сказала, что живет вместе со своим парнем.

– Нет, ты не можешь жить с мужчиной! – раздраженно сказала я.

– Почему это?

Дочь продолжала выщипывать бровь, не отрывая взгляда от зеркала.

– Люди подумают, что вы спите вместе.

– Люди подумают так в любом случае – даже если мы не будем жить вместе.

– Никто не возьмет тебя замуж, если ты не сохранишь девственность.

– Кто тебе такое сказал?

– Никто не говорил, все и так это знают.

– Мама, часто ли в наше время девушки выходят замуж девственницами?

– Я была девственницей, когда выходила замуж.

– Это потому, что у тебя не было парня до того, как ты встретила папу.

– Не говори со мной так. Я не шучу.

– Я тоже.

– Я твоя мать.

– Ты памятник древности, мам.

– Ладно, я памятник древности. Но по крайней мере, когда-то этот памятник имел некоторую ценность.

Честно говоря, по сравнению с другими деревенскими женщинами моего возраста я не такой уж антиквариат. Я же крашусь и укладываю волосы, правда, только для похорон. Вместо старушечьей одежды ношу модную одежду дочери. Я не выгляжу ни толстой, ни потасканной.

Я внимательно посмотрела на себя в зеркало. Только что вымытые волосы были еще влажными. Седые корни становились все заметней. Я медленно расчесала волосы.

– Ты слишком часто ходишь в парикмахерскую, – внезапно сказал муж.

– Мне нужно туда ходить.

– Ты можешь туда ходить. Но ты ходишь слишком часто.

– Это не так.

– Это так! Люди говорят, что я не должен отпускать тебя в парикмахерскую одну.

– И чем же, по-твоему, я там занимаюсь?

– Я не думаю, что какой-нибудь мужчина может на тебя позариться. Ты стара и уродлива.

– Да, пожалуй, ты прав.

Мне захотелось закричать на него, но я сдержалась.

– Ты тратишь слишком много денег на уход за волосами. Ты все время их красишь.

– Они быстро седеют.

– Так купи себе черный парик!

– А зачем мне черный парик?

– Ты сможешь носить его вечно.

– Парик выглядит неестественно.

– Никто этого даже не заметит.

– Я замечу.

– Тебе он будет нужен только на похоронах. Бо́льшую часть времени ты проводишь дома. Кого волнует, какого цвета у тебя волосы?

– Тебя разве не волнует?

– Конечно нет. К тому же они у тебя редкие. А вот парик ты можешь купить с пышной копной.

– Я не хочу