— На стекле, — крикнул Ник, — должно быть серебряное напыление.

Саймон схватил большой осколок зеркала, словно кинжал, и полоснул им оборотня. Зверь зарычал и схватился за грудь, хотя рана была неглубокой. Саймон бросился за своим мечом, а Ник швырнул еще один огненный шар через плечо Саймона и попал оборотню в морду. Ослепленный болью и пламенем, оборотень развернулся и выскочил в открытую дверь в коридор. Саймон выругался и бросился за ним.

Навстречу зверю вышла одинокая фигура. Стройная фигура. Женщина. Это была Кейт Анструтер.

Ужас охватил его при мысли о еще одной смерти, которой он не смог предотвратить.

— Убирайся отсюда к чертовой матери! — рявкнул на нее Саймон.

Но она не послушалась. Вместо этого она шагнула вперед и сунула руку в свою сумку. Вот идиотка! Чудовищный лорд Окем, это вам не сэр Уильям Тичмарш.

Кейт достала из сумки пузырек с усыпляющей пылью и брызнула ею в лицо оборотню. Существо снова взвыло, попятилось и яростно зачихало. Вместо того чтобы пронестись мимо решительной женщины к лестнице, где в шоке стояли несколько зевак, оно слепо бросилось через холл и врезалось в закрытую дверь.

— Бешеная собака! — громко крикнула Кейт, разгоняя гостей, столпившихся за ее спиной. Они бросились бежать в ту сторону, откуда пришли.

Саймон бросился на существо и повалил его на пол. Они ввалились в комнату. Саймон собрал все силы и схватил мускулистые руки оборотня, отдергивая их назад и пытаясь обездвижить зверя. Но оборотня было не удержать. Он напрягся и с силой рванулся, отбросив Саймона на пути несущихся к нему Кейт и Ника. Все трое упали.

Возмущенные крики показали, что они в комнате не одни. У Саймона кровь застыла в жилах. Он почувствовал пьянящий аромат горящего опиума. Четверо мужчин и одна женщина лежали, растянувшись на диванах и стульях с высокими спинками. Саймон вскочил на ноги и бросился на зверя, но оборотень оказался быстрее и прыгнул на бильярдный стол из красного дерева в центре комнаты, а оттуда, на вяло лежащих гуляк. Они даже не пытались защититься, лишь в немом изумлении смотрели на жуткое существо, словно оно было порождением наркотического дурмана, пока оно терзало их когтями и зубами. Саймон схватил оборотня за плечи и швырнул через всю комнату.

Кейт подбежала к стене, на которой был изображен герб с двумя скрещенными мечами. Она выхватила сверкающую саблю и встала между ранеными и оборотнем. Воздух наполнился стонами и криками, а также запахом крови. Когда Саймон попытался оттолкнуть ее, она оттолкнула его в ответ и не сдвинулась с места. Зверь снова поднялся на ноги. Он был воплощением необузданной ярости. Саймон счел ее либо безрассудной, либо чертовски храброй, но не собирался позволять ей испытывать себя на прочность в схватке с таким разъяренным существом.

Ник бросился на оборотня, пока тот отвлекался на Саймона и Кейт. Его рука снова вспыхнула пламенем, и он схватил зверя за морду, облив его огненной волной. Оборотень взвыл, его кожа начала дымиться. Кейт внезапно бросилась вперед и нанесла точный удар между ребер. Оборотень взмахнул лапой и отшвырнул Ника к стене. С воем он набросился на Кейт. Она попятилась.

Саймон произнес еще одно руническое слово. Он схватил тяжелый бильярдный стол, поднял его, словно детскую игрушку, и швырнул в оборотня. Стол врезался в зверя, и тот отлетел к противоположной стене с такой силой, что обрушил картины и оставил в штукатурке большую вмятину.

Оборотень в ярости разбрасывал разбитые портреты, ревел и пытался подняться во весь рост. Саймон не позволил ему этого сделать. Стол из красного дерева снова взметнулся и ударил монстра прямо в морду, так что тот мотнул головой, забрызгав все вокруг кровью и выбитыми клыками. Зверь слизнул кровь, стекавшую по морде, и устремил горящий взгляд на Саймона.

Ник поднялся на четвереньки и заговорил на грубом гортанном языке, который совсем не походил на плавные и почти поэтичные слова, слетавшие с губ Саймона. Воздух в комнате дрогнул.

Саймон сверкнул на напарника глазами, собираясь сделать предупреждение, но было уже слишком поздно. Вокруг зверя начал сгущаться тошнотворный желто-зеленый дым. Оборотень отмахнулся от него, и в его горящих глазах появился страх. Дым окутал его, и зверь забился в конвульсиях. Он пошатнулся и слабо нащупал перевернутый диван.

— Сейчас! — прохрипел Ник и рухнул на пол.

Саймон еще раз взмахнул своим массивным оружием. Комнату наполнил хруст ломающихся костей. Саймон еще дважды со всей силы ударил по беспомощному существу, разнеся в щепки бильярдный стол. Зверь обмяк на ковре под обломками красного дерева.

Оборотень был мертв.

Саймон отступил на шаг и с грохотом уронил на пол то, что осталось от бильярдного стола. Кейт опустила окровавленный меч, тяжело дыша. Он уставился на ее раскрасневшееся лицо и торжествующий блеск в глазах.

— Бешеная собака? — произнес он, недоуменно склонив голову набок.

Кейт отбросила меч в сторону.

— Ну, кричать "оборотень!" было бессмысленно.

Он пьяно расхохотался, устало опираясь на перевернутый бильярдный стол, превратившийся в оружие. Она в замешательстве покачала головой и повернулась, чтобы помочь выжившим. Их было всего двое, мужчина и женщина. К счастью, опиум помог им сохранять спокойствие, несмотря на тяжелые ранения. Кейт оторвала лоскуты от своего изорванного платья и принялась перевязывать их раны.

Саймон повернулся к Нику, который все еще сидел на полу. Его тон был резче, чем он рассчитывал, но он старался говорить как можно тише.

— Что ты на него наложил, Ник? Это была не вивимация. Это было проклятие, да?

Ник устало улыбнулся Саймону.

— Мне нужно было что-то посильнее, чтобы ослабить эту тварь. Некромантия, лучший друг того, кто оказался в невыгодном положении.

— Ты же говорил, что будешь использовать только вивимацию. У некромантических заклинаний непредсказуемые последствия.

— Как и у оборотня, который пытается оторвать мне голову. Я не стал использовать некромантию против зверя в Рукери, а ты ныл, что нас чуть не убили и что вся твоя жизнь пошла насмарку. Теперь я ее использую, а ты опять ноешь. Определись уже, черт возьми. В таких обстоятельствах вивимация бесполезна. — И все же эти две дисциплины? две стороны одной медали. Ник намеренно не смотрел на неподвижных жертв.

— Цена того не стоит, — отрезал Саймон.

— Трудно философствовать, когда у тебя в глотке зубы. — Ник подошел к Кейт, которая перевязывала раны двум выжившим, и положил руки на их тела. Его окружило легкое зеленоватое свечение. Обе жертвы дернулись и стали дышать глубже и спокойнее, а Ник поник еще больше. — Ну