хорошенькой девушкой из знатной семьи. А у него в голове магия, вернее её раздел, касающийся артефактов. Когда Костя говорил о своих планах, у него менялись глаза. Они становились мечтательными и светящимися. Анне внезапно захотелось стать частью его планов, но это было абсолютно нереально. Она для графа всего лишь чуть выше по положению чем служанка в его доме. Да и к тому же запятнавшая себя близостью с графом. Ну не доказывать же ему, что она не подпускала Синичева старшего к себе до намечавшейся свадьбы. За долгие годы у них ничего не было. Но кому это интересное.

Как правило Костя встречал Анну вечером, они гуляли, обсуждали некие моменты, а потом отправлялись в ресторацию. Анне казалось что между ними порой устанавливалась особенно доверительная атмосфера. В этом плане Костя очень прост в общении, никакого чванства и снобизма. Жаль, что между ними большая разница в возрасте и они не встретились при других обстоятельствах.

Увы, жизнь развела их, дороги разошлись окончательно. Анне повезло получить хорошую работу в доме богатого купца, а Константин пошёл по своему пути.

Этот день не обещал никаких потрясений, пока вечером слуга не принёс записку. Писал Игорь Павлович Синичев, которого Анна давненько не видела. Он исчез вскоре после оглашения завещания и Анне была не совсем понятна причина, по которой он просит о встрече.

В кофейне на углу они и встретились, Игорь уже ждал, сидя за столиком. Как он изменился, парень всегда был молчаливым. А сейчас наоборот он многословен. Выглядит неважно, бледная кожа, воспалённые глаза и трясущиеся руки.

Мужчина сразу огорошил Анну известием, что его старший брат погиб некоторое время тому назад. И ему нужна помощь Анны в опознании. Этого требует судебная процедура.

— Подождите Игорь Павлович, а зачем я-то там нужна? И каким образом я могу опознать тело, если, как Вы говорите это невозможно сделать обычным способом.

— Ну, Анна, не будьте букой. Всем известно, что наш Костик был к Вам неравнодушен. И значит Вам лучше других известно особенности его тела.

— М-да, непочтенную роль Вы мне отвели.

— Да бросьте, я Вам заплачу. Три тысячи полновесных рублей только за то, чтобы Вы подтвердили личность покойника.

— А без обмана значит не получается?

Догадка женщины подтвердилась. Младший Синичев задумал аферу. Наверняка выдумал смерть брата, чтобы вступить в наследство. Но почему он так уверен, что Костя не вернётся?

Анна отказалась помогать младшему Синичеву и нашла того стряпчего, который помогал Константину с делом о наследстве. Ну и проинформировала его о сути предложения Игоря.

После того момента прошло почти полтора месяца и жизнь женщины вернулась в прежнее русло. Так ей казалось. В одно прекрасное утро она решила посидеть в кофейне, насладится настоящим турецким кофе. А выйдя на улицу столкнулась с молодым мужчиной. Анна непроизвольно заметила его взгляд, напряжённый и в то же время будто отрешённый. И самое странное — этот человек смотрел именно на неё, выделяя среди остальных прохожих, будто их связывало что-то сверхъестественное. Проходя мимо он немного толкнул её в бок и быстро пошёл дальше. А Анну вдруг скрутила слабость. В боку запекло, ноги подогнулись и она бесчувственная упала на тротуар.

Сыскной пристав попросил меня о встрече только через десять дней, — как в Доме презрения? — я не сразу его понял. Полицейский нашёл Анну, предположительно её. Приставу пришлось пройтись по всем учреждениями включая больницы, госпитали и даже морги. Наиболее подходящая под моё описание нашлась именно в этом странном заведении. Пришлось ехать туда для опознания, тамошняя больная лежала без сознания. Сразу скажу, это уже пятый мой выезд в сопровождении сыскаря, все в медицинские учреждения, где лежали похожие женщины.

Наступил вечер, мрачное двухэтажное здание барачного типа расположено на окраине Твери. Несколько окон могли похвастаться выбитыми стёклами, а дыры просто завесили тканью. На воротах висит потемневшая дощечка, я с трудом прочитал, что это что-то для бедных и убогих. А сторож сразу поинтересовался, что мы забыли в «убожне».

— Позови-ка начальство, любезный, — и я дал ему монету для скорости. Вскоре объявился некий господин в грязном фартуке, он представился фельдшером и согласился нас провести по своему хозяйству.

Внутри царила непередаваемая атмосфера. Отвратительный воздух шибанул по мозгам. Это смесь кислого пота, лекарственных настоев и прелой соломы. Длинный коридор был освящён редкими коптящими лампами. Периодически вдоль облезлых стен сновал персонал в серых халатах.

В нужной нам палате койки теснятся в два ряда. Здесь лежат вперемешку представители обоих полов. Часть в грязных бинтах, некоторые сидят, но большинство лежит без движений. Запах гнилой плоти и страданий гнал наружу, но нужная мне кровать в самом углу.

К сожалению на сей раз пропажа нашлась, но выглядела женщина ужасно. От неё осталась лишь тень, черты лица заострились и лицо неестественно бледное.

— Что с ней и почему она лежит в таких условиях?

— А тут все на равных, Ваше благородие, — усталый фельдшер не питает пиетета к титулам. Видимо работа в таком месте не способствует повышенному чинопочитанию.

— И давно она у вас так, — и я махнул рукой в сторону койки.

— Да дней десять как, мы пытаемся кормить жидким, но её организм отторгает. Только воду удаётся влить сквозь зубы, в сознание не приходит. Такую нам привезли, отсюда только на кладбище, другой дороги нет.

Вскоре я узнал, что эту женщину в бессознательном состоянии привезли на полицейской телеге в городскую лекарню. Там ей оказали первую помощь и зарастили рану. Но каким-то образом в организм попал то ли яд, то ли другая зараза. Короче ей нужен настоящий целитель и нанятый мною сыскарь решил вмешаться, чтобы пояснить этот момент.

— Ясно, мы забираем её. Нужно что-то подписать?

Я ещё не обращался к целителям в этом городе, поэтому поехали в морской госпиталь, в котором вроде был целитель высокого класса.

Не скажу, что мне было легко устроить сюда свою знакомую. Пришлось поднять некие знакомства и давить графским авторитетом. И только когда женщину повезли в палату интенсивной терапии, я успокоился. Целитель ранга магистра пообещал поднять её на ноги в течении пары дней.

— Оставите её под наше наблюдение дня на четыре, а потом сможете забрать, — он так уверенно говорит, что я невольно успокоился и со спокойной совестью поехал домой, в гостиницу. По-прежнему я вынужден останавливаться в таких заведениях. Мне ещё долго ждать решения суда. И пока-что только дополнительно