охватывает все страны Европы» (Пашуто В. Т. Место Древней Руси в истории Европы // Феодальная Россия во всемирном историческом процессе / Ред. В. Т. Пашуто. М.: Наука, 1972. С. 191).

549

Гудзь-Марков А. В. История славян. М.: ВИНИТИ, 1977. С. 57. Для всех славянских языков характерны общие индоевропейские термины, обозначающие главнейшие земледельческие операции: «пахать», «сеять», общее индоевропейское название плуга – «орало». См.: Покровский М. Н. Очерк истории русской культуры. 2‑е изд. Ч. 1. М.: Мир, 1917. С. 42.

550

Гуревич А. Я. Походы викингов. С. 85–87.

551

Павлов-Сильванский Н. П. Феодализм в Древней Руси. 2‑е изд. М.; Пг.: Госиздат, 1923. С. 52–58.

В киевский период дань взимается с покоренных племен. Со своего населения князья получают добровольные приношения – дары, подобные вайцилле в Скандинавии. См.: Кулишер И. М. История русского народного хозяйства. Т. 2. М.: Кооп. изд-во «Мир», 1925. С. 400–401.

552

Плодородные почвы степной и лесостепной полосы до XVI века были недоступны для земледельческого освоения из‑за опасного соседства со скотоводами-кочевниками.

553

О трудности ведения сельскохозяйственного производства в России, его влиянии на специфику эволюции российских социально-экономических институтов см.: Pipes R. Russia under the Old Regime. London: Weidenfeld and Nicolson, 1974. Р. 4–6.

554

Прокопий Кесарийский пишет: «Эти племена, славяне и анты, не управляются одним человеком, но издревле живут в народоправстве (демократии), и поэтому у них счастье и несчастье в жизни считается делом общим <…> Живут они в жалких хижинах, на большом расстоянии друг от друга, и все они часто меняют места жительства» (Прокопий Кесарийский. Война с готами. О постройках. М.: Арктос, 1996. С. 250–251).

555

В Западной Европе нет ни одного города, который находился бы дальше чем на 300 километров от моря. Расстояние от Москвы до моря – 650 километров. Для значительной части России оно больше.

556

О связи взятия крестоносцами Константинополя, открытии прямой морской коммуникации по Средиземному морю, закате торгового пути «из варяг в греки» и кризисе российской государственности см.: Pipes R. Russia under the Old Regime. Р. 35–36. Впрочем, есть исследователи, считающие представление об упадке Киева после Крестовых походов и практическом прекращении торговли по пути «из варяг в греки» преувеличением. См.: Новосельцев А. П., Пашуто В. Т. Внешняя торговля Древней Руси // История СССР. 1968. № 3. С. 103–104.

557

Pipes R. Russia under the Old Regime. Р. 8.

558

О тенденциях к феодализации в Древней Руси, подобных тем же тенденциям, характерным для Западной Европы, но разворачивающимся на два-три века позже, см.: Павлов-Сильванский Н. П. Феодализм в Древней Руси.

559

К. Леонтьев пишет: «Я хочу сказать, что Царизм наш, столь для нас плодотворный и спасительный, окреп под влиянием Православия, под влиянием Византийских идей, Византийской культуры» (Леонтьев К. Восток, Россия и славянство: Сб. ст. Т. 1. М.: Типо-Литография И. Н. Кушнерева и Ко, 1885. С. 98). О влиянии идущей от Византии традиции подчинения церкви государству на эволюцию российских государственных институтов см.: Florinsky M. T. Russia: A History and an Interpretation. Vol. 1. New York: The Macmillan Company, 1953. P. 126–151.

В. К. Кантор отметил: «П. Я. Чаадаев писал, что беда России в принятии христианства от всеми презираемой Византии». Г. Г. Шпет поправляет Чаадаева: «От Византии было бы и неплохо, но беда не в Византии, а в провинциальном (болгаро-македонском. – Прим. составителя) языке, на котором не было великой самобытной, тем более античной культуры» (Кантор В. К. Густав Шпет: русская философия как показатель европеизации России // Вестник Европы. 2005. Т. XIII. С. 194). «Нас крестили по-гречески, но язык нам дали болгарский» (Шпет Г. Г. Очерк о развитии русской философии. М.: Правда, 1889. С. 28).

560

История крестьянства в Европе: В 3 т. Т. 1. Формирование феодально-зависимого крестьянства / Ред. З. В. Удальцова. М.: Наука, 1985. С. 328–338.

561

Разумеется, круговая порука за уголовные преступления была хорошо известна и в Западной Европе, и на Руси до монгольского нашествия. См.: История крестьянства в Европе. Т. 1. С. 451.

562

О переписи населения татарами как предпосылке формирования упорядоченной системы налогообложения на Руси см.: Милюков П. Очерки по истории русской культуры. Ч. 1. Население, экономический, государственный и сословный строй. СПб.: Типография И. Н. Скороходова, 1904. С. 160–161. Монгольские представления о налогообложении всегда предполагали, что у подданных надо изымать максимум возможного. Они имеют право на жизнь лишь в том случае, если создают доходы для правителей. См.: Hartog L. de. Russia and Mongol Yoke. London; New York: British Academic Press, 1996. Р. 55–56, 164–166.

Данные о первой татарской переписи населения российских княжеств, относящиеся к середине 40‑х годов XIII века, носят отрывочный характер. Проведенная в 1257–1259 годах перепись была частью общей программы административного упорядочения покоренных территорий. Хан Менгу велел провести поголовную перепись населения подчиненных Монгольскому государству стран. В 1252 году перепись была проведена в Китае, в следующем году – в Иране. В Русскую землю монгольские писцы-«численники» прибыли в 1257 году и переписали население Суздальского, Рязанского и Муромского княжеств. Не подлежало податному окладу только духовенство. В 1259 году на перепись согласился ранее сопротивлявшийся ей Новгород. О второй татарской переписи на Руси, произведенной в рамках кампаний общей переписи покоренных народов для упорядоченного обложения, см.: Соловьев С. М. Сочинения. Кн. 2. История России с древнейших времен. Т. 3–4. М.: Мысль, 1988. С. 154–155; Тихомиров М. Н. (отв. ред.) История СССР с древнейших времен до наших дней. В 2 сериях, в 12 т. Т. 2. Борьба народов нашей страны за независимость в XIII–XVII вв. Образование единого Русского государства. М.: Наука, 1966. С. 58–59; Halperin C. J. Russia and the Colden Horde. Bloomington: Indiana University Press, 1985. Р. 89–90; Blum J. Lord and Peasant in Russia. From the Ninth to the Nineteenth Century. Some Conclusions and Generalizations. Princeton, New Jersey: Princeton University Press, 1961. P. 230–232.

563

Милюков П. Очерки по истории русской культуры. Ч. 1. С. 142; Данилова Л. В. Сельская община в средневековой Руси. М.: Наука, 1994. С. 249–250.

564

Соловьев С. М. Сочинения. Кн. 2. История России с древнейших времен. Т. 3–4. М.: Мысль, 1988. С. 480.

565

Каштанов С. М. Финансы средневековой Руси. М.: Наука, 1988. С. 46.

566

Halperin Ch. G. Russia and the Golden Horde: The Mongol impact on medieval Russian history Bloomington: Indiana University Press, 1985. Р. 84–90.

567

О связи налоговых установлений Новгорода, Пскова и Вятки с традициями, перешедшими от античного полиса через североитальянские города, см.: Вернадский Г. В. Россия в Средние века. М.; Тверь: Леан Аграф, 1997. С. 13–15. О влиянии германского городского права на формирование установлений в славянских городах, близких к Балтике, см.: Epstein S. R. (ed.) Town and Country in Europe, 1300–1800. Cambridge: Cambridge University Press, 2003. P. 161–162.

568

Вряд ли к таковым можно отнести земские соборы. Это были в первую очередь совещания власти со своими представителями. См.: Ключевский В. О. Курс русской истории. Ч. 2 // Ключевский В. О. Сочинения: В 9 т. Т. 2. М.: Мысль, 1987–1990. С. 358.

569

«Все исследователи пореформенной сельской общины в качестве ее специфической черты отмечают наличие жесткой круговой поруки. Корни этой черты