в родной стихии практически непобедим, так что мне даже интересно было бы испытать на деле свои новые амулеты. Амулет-коннектор временно прикрепил к накопителю. Только между ними проложена специальная термоизоляционная прокладка. Сами амулеты размещены на поясе в специальных чехольчиках и в случае необходимости мне достаточно сказать условную фразу. Я решил пойти по пути вербального правления. Вместо судорожных попыток выудить амулет из-за пазухи и нажатием привести его в действие, мне достаточно дважды произнести «атака, атака». При этом мысленно указать направление для цели. Аналогично с лечебным амулетом. А вот щит активизируется и сам при попытке напасть на нас. Его чувствительный сенсор определит атаку стрелой или атакующим заклинанием.

В принципе такой связки никто в этом мире не разрабатывал. Просто не видели необходимости. Маги идут по пути совершенствования своего тела, источника и развития энергоканалов. В случае необходимости маг кастует заклинание, тот же щит. И подпитывает его из внутреннего источника. Это довольно эффективно. От момента осознания опасности до срабатывания защиты проходит не более двух секунд. Это у опытного мага. А вот если ему требуется поддерживать ещё и накопитель амулета, то это сделать в условиях боя не так и просто. Допустим маг поддерживает свою защиту от внутреннего источника. А вот соединиться с внешним накопителем, усвоить его ману, наполнив свой внутренний источник и передать на накопитель амулета для продолжения атаки — тут потребуется немалое время и главное нужно сосредоточиться. Что весьма непросто в форсмажорных обстоятельствах.

А вот у меня нет такой длинной связки. Внешний накопитель посредством амулета-коннектора связан с несколькими амулетами. Коннектор в первую очередь поддерживает защитный амулет, так я его настроил. Это если я не вмешиваюсь напрямую, меняя порядок очерёдности. Таким образом активация щита происходит автономно в течении секунды, амулет атаки — чуть дольше. Так что в этом плане я чувствую себя довольно уверенно. Поэтому и развалился на мягком сидении возка, с ленцой посматривая в окошко.

А на ночь, как и любые нормальные люди, мы останавливались в населённых пунктах, где стояли трактиры для путешественников.

Кстати, свою мысль построить на нашем берегу подобный трактир я отмёл начисто. Просто после бесед с понимающими людьми понял, что овчинка выделки не стоит. Прибывающие загадят нам всю территорию. Иван только поморщился, когда я ему предложил развивать это направление.

— Не стоит, Константно Павлович. Мы больше имеем на нашей рыбке и заготовке леса. Где мы возьмём лишних людей обслуживать приезжих? У нас все заняты, все при деле.

Ну нет так нет, может он и прав. Иван здесь прожил много лет и не мне его учить.

В Долинку мы въезжали под вечер, Саломатин накануне присоединился к небольшому санному каравану до Шенкурска, а мы налегке добрались до поместья Мелеховых.

Ба, какие люди! Вместе с батюшкой выскочила встречать меня и Сима. Она приехала на праздники погостить в отчем доме. Видимо скучно мне точно не будет. Меня сводили в баньку с дороги где мы с Григорием Яковлевичем знатно попарились. При этом в предбаннике крутилась дебелая девица с пышным задом. А когда барин смачно шлёпнул ту по заднице, стало ясно, что это его новая фаворитка. При мне этой самой Глаши тут не было. Это говорит о том, что ничто человеческое нашему целителю не чуждо. Ну а что, он ещё мужчина хоть куда. И девке, явно не свободной, тоже при барине поди легче выживать. Вот она фальшиво смеётся на грубоватые ласки Мелехова, при этом не забывает посматривать на меня.

— А что, Константин, может прислать тебе девку, постель погреть? Нет? А зря, от застоя этого самого много неприятностей здоровью бывает. Это я тебе как целитель могу сказать.

Ну не говорить же ему, что мне противно трахать местных селянок. Они как службу отстаивают, с привычной покорностью и безразличными глазами. И эти потужные улыбки, если рассчитывает на преференции, нет спасибо.

Зато Сима на ужине прямо блистает. Девушка повзрослела и стала писаной красавицей. Пухлые щёчки ещё сохраняют подростковую застенчивость, но зато глаза хороши. Живые и ироничные, и откуда это взялась у нас манера закатывать их, перед тем как засмеяться? Наверняка домашняя заготовка перед зеркалом.

— Константин Павлович, а я обручена, вот — и девушка продемонстрировала мне безымянный палец правой руки.

— И вы скрывали это от меня? Кто же этот счастливчик? Он опередил меня, о я несчастный! Немедленно дуэль, стреляться. А лучше драться на мечах. Назовите скорее мне его имя. О бедный я бедный!

Ну так-то лучше, манерность исчезла и передо мной вновь прежняя Серафима. Простая и непосредственная. Хорошая жена будет неведомому жениху. Наивность пройдёт и если её суженный сможет подобрать к этой девице правильный ключик, то она его осчастливит.

— Обручение состоялось три недели назад. Это сын моего товарища, Аркадий Семёнович Полуэктов. Его отец — крупный землевладелец, ну по нашим меркам конечно, — добавил Мелехов.

В это время произошли два события, которые помешали мне и дальше наслаждаться ужином.

Во-первых, зашёл управляющий Мелехова Огородников. Он нагнулся к уху благодетеля и стал негромко ему нашёптывать. И буквально через пару минут в обеденную залу просочилась моя Варвара.

По этикету в этот момент может мешать благородным наслаждаться ужином только челядь, связанная с этим процессом. Ну или особо доверенный слуги. Варвара же по моей просьбе зашла сообщить, что она подготовила подарки, которые я приготовил Мелеховым в честь праздника. И надо же, здесь её мучитель и тот который покрывал и его и его паскудную жёнушку.

— Варенька, милая. Какое ты у меня золотце, — начал импровизировать я.

— Вы помните Варвару Потаповну? Я Вам так благодарен, Григорий Яковлевич за эту девушку. Она моя домоуправительница и правая рука. Без неё как без рук, — и я даже поднял руки, показывая, что выражение фигуральное и руки пока на месте.

А на Мелехова без смеха смотреть невозможно. Он таращится на Варьку в попытке рассмотреть позолоту на девчонке и понять, о чём я толкую. Но я серьёзен как никогда и даже погладил ручку своей домоправительнице. На этом спектакль закончился и та исчезла, оставив меня наслаждать картиной под названием, — «что это было?»

Серафима просто не понимала происходящего. Она, конечно, признала мелкую девчонку, которая бегала по дома и выполняла самые противные поручения.

Мелехов всё-таки заподозрил, что я делаю из него дурака. Но помещик решил промолчать. А вот Иван Огородников покраснел как свекла и пробормотав извинения испарился.

— Хм, так мы говорили Симочка о вашем женихе. Ну каков он, хорош лицом? И чем занимается?

— Аркаша