class="p1">— Ну не знаю, Константин. При наличии артефактов контроля и мощных накопителей эксперимент можно обратить на любой стадии.

Мы договорились следующим образом. Григорий Яковлевич приедет ко мне в усадьбу и останется на всё время «лечения». Он уверяет, что дома и стены лечат. Оказывается, внедрение зерна — долгий и довольно болезненный процесс. И пациенту предстоит в несколько этапов пройти «лечение» с реабилитацией.

Но это состоится не ранее мая месяца. Как раз подоспеет праздник водяной стихии. Всё мне в помощь, когда в воздухе разлиты моря влаги.

В Шенкурске мы сняли домик и устроились совсем по-семейному. Домина большой трёхэтажный и мы в принципе не мешали друг другу. До заявленного бала ещё три дня, но неугомонная Серафима настояла приехать пораньше. Надо ей обновить гардероб. И вроде не первый выход в свет и жених имеется, а всё туда же — мандражирует и даже заставляет меня терпеть её примерки. К сожалению, у Симы нет закадычной подружки, с которой можно посоветоваться насчёт фасона и цветовой гаммы нового наряда к балу. А я вроде как почти член семьи, типа дальнего родственника. Вот и сижу, мужественно борясь с зевотой и изображаю активный восторг от очередной тряпочки.

Владимир Босин

Движение льда 2

Глава 1

Бал состоялся вечером в здании городской управы. Но за день до этого мы посетили главную площадь города, где состоялись праздничные гуляния. Ближе к вечеру зажгли огромные костры, молодёжь прыгала через огонь, по одиночке и парами. Чем-то напоминает наш староземной праздник Ивана Купалы. А потом каждый подходил и кидал в костёр определённые вещи, связанные с болезнями или неудачами. В частности амулеты, которые делались одноразовыми. Они зачастую изготавливались из дерева или тканей. А когда энергия иссякала, от них следовало избавиться. Такая вот примета.

А сам бал, собственно ради которого мы и приехали, начался часов в одиннадцать вечера. Собственно зима ещё не уступила свои права, но днём снег активно таял, и сейчас наши лошади натужно тащили экипаж по снежной каше.

А и в самом деле неплохой парень. Серафимин жених оказался невысоким и щупловатым молодым человеком лет двадцати трёх. По началу при нашем знакомстве он больше напоминал боевого забияку, впервые оказавшемуся на петушиных боях в главной роли. Думаю, что из-за своей не вполне геройской внешности и отсутствия дворянского титула он не раз попадал под пресс сверстников. А тут ещё парень решил, что я его потенциальный конкурент за внимание Серафимы. Но мне удалось с ним неплохо поладить. Когда Аркадий понял, что я не собираюсь кичиться своим дворянством и посягать на его невесту, он сделался вполне приятным собеседником. И даже взялся меня знакомить с наиболее важными представителями местной знати.

Специфика этого бала в том, что он как бы для всех. То есть уездный глава никого особо не приглашал, сами приходили. Но, разумеется, быдла здесь не было. Зато наряду с дворянскими фамилиями присутствовали и сильные купеческие рода. И зачастую последние смотрелись куда представительнее. По крайней мере их женщины уж точно. Деньги и тут рулят.

— Прошу господа, мой хороший знакомый Константин Павлович Синичев, помещик.

В мою сторону развернулись несколько человек:

— Барон фон Ратке Карл Фёдорович, — мы кивнули друг другу, и Аркаша горячо зашептал мне на ухо, давая краткую оценку представленному, — наш предводитель дворянства, немец по происхождению. Служил в инженерных войсках, на пенсии по ранению. Страстный покровитель сельского просвещения. Содержит школу для мальчиков при нашем храме.

Да, барон вальяжен и знает себе цену.

— Графиня Селищева Анна Васильевна, — и тут же оценка этой дамочки средних лет, — вдова, владелица крупнейшего имения в уезде. Была при дворе, слывёт просвещённой, влиятельная особа среди именитых дам. Любит молоденьких кавалеров, все гарнизонные офицеры — её «питомцы». Поддерживает сиротский приют, может устроить судьбу молодого человека.

При этом Аркадий многозначительно посмотрел на меня. Я что выгляжу как человек, которому нужна помощь подобного рода?

— Платонов Николай Ефимович, капитан инфантерии в отставке. Наш уездный исправник.

М-да, полицейский глава выглядит внушительно. Суров, выбрит до блеска. Смотрит так, будто подозревает всех окружающих в краже панталонов у нищей старухи. Землевладелец средней руки.

— А это Гаврила Игнатьевич Богомолов, купец первой гильдии. Владелец кожевенного завода, половина местного рынка под ним, — это уже шёпотом добавил Аркадий.

— Богат неимоверно, любитель французского парфюма и театра. На балах щедр, разбрасывается деньгами, играя в карты. Поэтому его любят звать на вечера с играми на интерес. Удержу не знает. Ходят слухи, что он скупает заложенные дворянские земли через подставных лиц.

— Василиса Прокопьевна Мелёхина, купчиха, вдова. Держит торговый дом и постоялый двор с баней. Хозяйка с железной хваткой, знает всех и про всё.

А купчиха вполне ничего, фигуристая и не старше тридцати пяти лет. Посмотрев на нас с Аркадием, громко и заразительно засмеялась. Но не обидно, а скорее чтобы привлечь к себе внимание.

— Тихон Кондратьевич Лысов, купец второй гильдии. Снабженец ярмарки, держит чайные склады и лавки в двух уездах. Все сделки ведёт на «бумаге», не доверчив. Почётный блюститель благотворительного комитета.

— Коллежский советник Корнилов, Артемий Семёнович. Секретарь уездного правления.

— Ах, Аркадий, давайте оставим в покое честных служащих. Ты мне лучше расскажи про вон тут даму.

— В углу, что стоит с подругой в темном платье? Так это Наталья Львовна Оболдина, урожденная Мясоедова.

Аркадий — настоящая находка. Помнит не только имена и должности, но также может дать краткую или даже более развёрнутую характеристику.

— Аркадий, вы истинный кладезь, откуда такая полнота картинки местного дворянства. Вы ведь даже…

— Даже не дворянин? Ничего, я не обижаюсь. Я и в самом деле из купеческого сословия и горжусь этим. Тут всё дело в моей должности. Все уважаемые жители города и прежде всего дворяне, пользуются услугами почтового ведомства. Да и городок у нас небольшой, а я вырос тут. Так что и в самом деле, пожалуй, знаю всех более-менее значимых персон, — и Аркадий продолжил, подтверждая свой статус знатока:

— Мелкопоместная дворянка, дочь отставного штабс-капитана, батюшка в 17 лет выдал её замуж за вдовца-чиновника в губернском ведомстве.

Мне удалось узнать, что молодой женщине не более 25 лет, скорее даже меньше. На момент заключения брака её супругу стукнуло 60 лет. Но статский советник Оболдин Алексей Михайлович обладал солидным состоянием, что и стало решающим при выборе супруга. Умер тот