– Другие имеются?

– «Нет», конечно. – Катька шмыгнула носом. – Но зачем тогда ты звонила?

– А вариант «не определилась» есть?

Катька упёрла руки в бока:

– То есть ты не определилась?

Кристи бросило в жар, и она тоже подбоченилась:

– У тебя сейчас все разговоры о Рафаэле, а он мне дома осточертел! В твоей жизни не стало места для меня, а только о нём слушать я не могу.

– Не буду я о нём больше, – буркнула Катька и, развернувшись, двинулась обратно.

Кристи мигом догнала подругу:

– Почему?

– Видите ли, я ему не нравлюсь. Точнее, нравлюсь как друг. Фу-у-у, самое противное, что можно услышать от парня.

– Но при виде тебя у него загораются глаза!

– Он в новом месте, ему плохо, а со мной круто и интересно общаться. И он верит в дружбу между мужчиной и женщиной.

– Цену себе набивает, – махнула рукой Кристи. – Он сто процентов в тебя влюблён!

– Он любит другую! – уже рыдая, прокричала Катька.

– Да ну?

– Ну да!

– Да он же здесь никого не знает, кроме… – Кристи запнулась. – Меня…

– Не-е-е, не в тебя. А то я бы к тебе плакаться не пошла. Он знает, что ты его не переносишь. И что они лишние в вашей квартире. А ему пятнадцать! Он хочет быть самостоятельным, а не лишним.

– В кого тогда? – Мысли Кристины бешено крутились.

Теперь она может и побороться. С подругой же не станешь соревноваться за парня, а с незнакомкой можно. Она уже не скована вопросами совести и морали, можно поменьше на него фырчать и перестать строить буку, всеми силами стараясь, чтобы он чего-нибудь не заподозрил.

– В Девочку со смартфоном.

– На улице влюбился? А чего не подойдёт?

– Неа. – Катька размазала по щекам слёзы. – В инете. Он её ни разу не видел, но говорит, что душа важнее. Но вдруг она страшная?

– В к-к-какую девочку со смартфоном?

– Чего? Не читала? Вот и я не читала. Я поспрашивала у ребят – её знают. Не все, конечно. Пишет, что думает, и ему нравится. Говорит: я так же думаю, а сказать боюсь. А она, видите ли, смелая. Он в восхищении.

– А чего он тогда к ней не подкатит? – почти прокричала Кристи.

– Она спряталась. Комментарии отключила, адрес почты не оставила, фамилию и имя скрывает.

– Да где ж тогда смелая?! Ты ему так и скажи: трусиха, каких свет не видывал!

– Я говорила…

– А он?

– Любит. Я ему… даже гордость отбросила… предложила так встречаться, для развлечения. Ну, тусить, целоваться. А он… отказался. Благородный! И верный какому-то выдуманному образу!

– Тьфу, – смачно сплюнула Кристи. – Это как влюбиться в актёра.

– Говорит: я чувствую родную душу. Будто не одну жизнь её знает. Повторять тошно. А представляешь, что со мной было, ко-гда он мне это в лицо говорил?

– Что?

– Рыдала как дитя малое. Самой противно!

Кристи вернулась домой в шоке. Мир перевернулся. Оказывается, она себе придумала реальность и в этом выдуманном пузыре жила.

Пост в блоге

Придуманный мир

Как часто мы решаем за людей, какие они, что думают, что чувствуют, как считают. И вот ходишь с человеком, даже дружишь или живёшь под одной крышей, а он чужой. Незнакомец, которого ты записала в хорошо знакомых людей, и думаешь, что его знаешь.

Ау, люди!

Те, с кем мы делим кров.

Те, которые видят меня почти каждый день.

Те, которых я не видела глаза в глаза вовсе.

Но вы все, вместе взятые, не знаете меня! Вам некогда со мной познакомиться, потому что нет времени пробивать панцирь, который я вырастила вокруг себя.

Он как-то незаметно вырос сам, чтобы защитить, когда было плохо. И я в нём спряталась. В своём привычном мирке, из которого лишь иногда высовываю нос. Хорошо замаскированный нос, чтобы не было больно, если ударят, скажут не то, посмотрят косо. Внутри панциря не больно, он хорошо защищает. Но зато никто не может полюбить меня, потому что меня не знает. Настоящую. А те, кто любят панцирь, любят не меня, а придуманного человека.

Такого же придуманного, как вы, которых я тоже создаю сама в голове. Каждый день. Каждый миг. А вы настоящие даже рядом не лежали с теми, какими я вас воображаю.

Я боюсь выдуманных людей.

Меня бесят придуманные мной люди.

Я плачу от того, что представила себе сама.

Нереальная реальность. Я же её придумала, и я же в ней страдаю.

Мне не понятно, что теперь делать. И как выбираться из всего этого в настоящий мир.

Почему мне так трудно? Потому что я боюсь. Просто дико боюсь, до дрожи в коленях и холодеющих пальцев рук.

Вы меня не знаете! Я не знаю вас! Поэтому нам легко общаться. Вот так, по-простому, зная, что не будет продолжения, не будет боли, которую мы можем причинить друг другу.

Даже в панцире мне больно. Просто в нём никто не видит, как кровоточат раны, и я могу притворяться, что всё в порядке.

Вокруг множество девочек со смартфономи. Запомните: у каждой всё в порядке! В это хотите верить вы. В это хочу верить я.

Вот так и живём в придуманном мире. Даже книг покупать не надо, чтобы убежать от реальности. Мы это успешно делаем каждый день, и не важно, со смартфоном в руках ты или нет.

Глава 10

И что теперь делать?

Если бы Кристи ударили по голове, она и тогда не испытала бы такого шока. Сейчас её будто нокаутировали и она впала в состояние комы. Вроде глаза хлопают, рот жуёт, даже что-то ответить можно, но внутри бьёт в набат сердце, и от этого звона голова гудит и ничего не соображает. Все действия – на автомате. Даже привычных, уносящих в неведомые дали мыслей не было. Их просто отключило, будто рубильник дёрнули.

Утро. Мама убежала по делам. Хорошо, в школу не надо. Кухня. Чашка. На автомате взяла нужную. Подлетел Клод и плюнул в чай, а Кристи с улыбкой потрепала его по голове и подносла чашку ко рту.

– Стой! – Клод вырвал чашку. – Ты чего?

– А-а-а, – с блаженной улыбкой отозвалась она.

– Всё, довели, – выдал Винни. – Крыша поехала.

Рафаэль, которого Кристи и не заметила, скомандовал:

– А ну, мигом из кухни. Скрылись, и тишина.

Зычный голос, который парень использовал крайне редко, возымел эффект. Мелкотня исчезла, а Кристи будто проснулась и моментально покраснела.

– Ты чего, а? – спросил Рафаэль.

Кристи замотала головой, неловко вскочила. Чашка полетела. Дзинь. Осколки разлетелись по кухне, а Кристи