– Извини, – проворчал он, наблюдая за тем, как я сползаю с постели и поправляю одежду.

– Все в порядке, – выдохнула я в бесконечном ужасе, одергивая платье и приглаживая волосы. – Не беспокойся…

– Эй… ты как? – спросил он, с опаской глядя на меня. – Шан?

– Я просто… – Я окинула взглядом его комнату и беспомощно пожала плечами. – Я просто не знаю, как теперь себя вести. – Сжав руки, я показала на его кровать. – Я… мне так неловко…

Джонни усмехнулся и шагнул ко мне.

– Но было хорошо? – тихо и хрипло спросил он, гладя меня по волосам и приподнимая пальцем мой подбородок. – То, что я делал… тебе понравилось?

Я кивнула, заливаясь краской:

– Да…

– Тогда не стесняйся меня, – прошептал он, поглаживая мой подбородок большим пальцем. – И я не стану смущаться. Я люблю тебя, ясно?

– Я тоже тебя люблю, – шепотом ответила я, пряча лицо у него на груди.

– Дверь, Джонатан! – рявкнула миссис Кавана, продолжая стучать. – Сейчас же!

– Ладно-ладно, – рявкнул в ответ Джонни. – Боже ж ты мой, да я уже вот-вот, мам!

– Этого я и боюсь, – сердито буркнула его мать. – А теперь открывай.

41. Хлопающие двери

ДЖОННИ

Да, у меня были проблемы. И девушка рядом со мной в машине была тому доказательством.

Телефон Шаннон непрерывно звонил – он не умолкал последние двадцать минут. Я знал, что мне прилетит за то, что я увез ее на весь вечер, я знал, что мне будут угрожать, понимал все другие сотни и сотни ожидающих меня бед, когда я сверну на ее улицу, но не находил в себе тревоги. Наплевав на волнения, я был охрененно доволен собой.

Непримечательная суббота каким-то чудом закончилась субботним вечером вместе с моей девчонкой, лежащей на спине и с моими пальцами внутри ее. Господи, звуки, которые она издавала во время оргазма, до сих пор стояли у меня в ушах.

Я не хотел везти ее обратно, но и не хотел, чтобы мать моя подвергла ее допросу с пристрастием. Я сегодня зашел слишком далеко. Я это знал, но не жалел об этом, потому что она была просто… крышесносная. Видит бог, я настолько слился с ней, что мог бы и утонуть. Родители посадили бы меня под замок за то, что я сделал.

Колени Шаннон беспокойно двигались, когда она смотрела в лобовое стекло, наблюдая за проносившимися мимо машинами. Мне хотелось как-то успокоить ее, но я не знал, как это сделать. Непохоже было, что меня пригласят на чай с печеньками, когда я привезу ее домой. Скорее жди угроз и наручников.

– Надеюсь, Джоуи дома, – сказала вдруг Шаннон, отвлекая меня от размышлений.

– А?

– Джоуи, – повторила она, щелкая костяшками пальцев. – Я очень надеюсь, что он дома.

Я потянулся к ней и сжал ее руку, стараясь утешить. Она дрожала, и от этого я чувствовал себя ужасно.

– Он дома, – произнес я, мысленно молясь о том, чтобы так оно и оказалось.

По причинам, которых я никогда не мог до конца понять, Шаннон была близка с Джоуи. Он представлялся ей едва ли не богом. Я не слишком расспрашивал ее об этом, потому что боялся ответов. Кое-что из того, что она рассказывала о своем детстве, пугало меня до ужаса. Я не хотел знать о том, что им пришлось пережить, потому что не доверял своим реакциям. Хуже всего в мире – ощущение беспомощности, и я не умел толком с ним справляться. Мысли о том, что на самом деле испытывала Шаннон большую часть жизни, заставляли мои ребра сжиматься.

В ту самую минуту, когда я остановился у этого сраного дома кошмаров и заглушил мотор, до меня донесся пронзительный крик. Господи, может, у соседей что-то случилось? И я услышал звуки кровавой резни из-за забора?..

– Ну… – Тяжело сглотнув, Шаннон заправила волосы за уши и стала отстегивать ремень безопасности. – Спасибо за прекрасный вечер… – Она одарила меня сияющей улыбкой и потянулась за пакетом, который еще раньше положила в мою машину. – Я замечательно провела время, Джонни.

– Эй, погоди… – Я перегнулся через нее и захлопнул дверцу, которую она уже открыла. – Не надо этого.

– Не надо чего?

– Делать вид, что мы оба глухие и не слышим, что происходит в доме.

Шаннон обмякла на сиденье.

– Не знаю, что и сказать… – Она прижала ладонь ко лбу. – Для нас это обычное дело. – Вздохнув, она добавила: – Наверное, это из-за меня. – Она посмотрела на дом, потом снова уставилась на свои колени. – Потому что я сбежала.

Ну вот, отстой…

Отстегнув свой ремень, я вышел из машины и обошел ее.

– Что ты делаешь? – спросила Шаннон с испуганным видом и выбралась из машины, крепко сжимая пакет в маленьких ручках. – Джонни?

– Провожаю тебя до двери, – ответил я, стараясь, чтобы гнев не был слышен в моем голосе. – И убеждаюсь, что с тобой все в порядке.

– Со мной все в порядке! – поспешно сказала она.

– И я хочу убедиться, что так оно и останется, – заявил я, беря ее за руку. – Так что пошли.

Шаннон, идя к дому, превратилась в комок нервов. К тому времени, когда мы оказались возле входной двери, она заметно дрожала.

– Спасибо за все, – тихонько сказала она, прежде чем толкнуть дверь.

– Всегда рад, – мрачно произнес я, но мой ответ заглушил громкий крик, встретивший нас.

– Какого черта, где ты была? – требовательно спросил Даррен, появившийся из кухни.

Его глаза метнулись от Шаннон ко мне, и он сбился с шага.

Прислонившись к дверному косяку, я сложил руки на груди и уставился на него.

Ну да, урод, это я.

– Я была у Клэр, – объяснила Шаннон, заходя в дом и бросая пакет на пол. – А почему вы все кричите?

– Шаннон! – закричала ее мать, выбегая из кухни. – Зачем ты это сделала?

– Сделала что? – ответила вопросом Шаннон, и ее тон прозвучал резче, чем я привык слышать. – Я прогулялась в гости к подруге. Закон этого не запрещает, мам.

Во мне проснулась гордость.

Давай, детка! Не позволяй им тобой командовать!

– И какое отношение он имеет к этой прогулке? – злобно спросила ее мать слегка заплетающимся языком. – И эта одежда?

Я поднял брови и внимательнее взглянул на нее. Господи, да она бухая… Я прищурился, оценивая ее состояние. Или под кайфом?

– Ты напилась? – спросила Шаннон, озвучивая мои мысли.

– Нет, – выдавила ее мать. – Я приняла свои таблетки.

«Под кайфом, – мысленно констатировал я. – Под крепким кайфом, наглоталась валиума или еще каких-то седативов, судя по виду».

– А где ваши дети? – Слова